Чтение онлайн

Амин нахмурился. Что-то мальчишка снова не договаривал. Или опять врал?

– Так ты умеешь видеть будущее?
– тихо поинтересовался он, вспомнив обещание добраться до воды.

Валид поднял глаза к порозовевшему небу и вздохнул.

– Ну, умею. Иногда.

– Иногда?
– переспросил Амин.

– Будущее, не связанное со мной, джинами и богами, - нехотя откликнулся мальчик.
– Человеческое - легко.

– Я смогу победить в Испытании?
– быстро спросил юноша.
– Султан Гариба меня поддержит?

Валид посмотрел ему в глаза и, неприятно улыбаясь, выдохнул:

– Нет.

***

Пекло.

Солнце нещадно сияло на голубой, без облачка, небесной дороге. Аллат вышагивала по ней во всей красе, сверкая длинными золотыми волосами. Песок в ответ загадочно мерцал - то белым, точно жемчуг, то розовым, как светлый аметист. Амин снова утопал в нём, но теперь идти было куда приятней. По крайней мере, сейчас он точно знал, куда они направляются.

– К вечеру будем в Иляфе, - пообещал Бакр.

Амин много слышал про этот город-мираж. Бедуины редко приводили туда чужаков, караваны всегда обходили это место стороной. Но именно в Иляфе располагалась своего рода столица кочевников… если таковая вообще могла быть. Побывавшие в ней рассказывали о чудесах из камня, изумительных пещерах, дворцах в скалах и лабиринте из красного камня.

Лабиринт и правда существовал - в скалах. Монолитной, громадной стеной они вырастали из песка, заставляя вспомнить сказки о творениях джинов. Сложно было представить, что подобное могло возникнуть естественным путём.

Ветер вздымал песок, и он вихрем, клочками дыма метался, бился о скалы, залетал в змеистые проёмы-проходы, совершенно одинаковые на первый взгляд. Большинство из них Бакр пропустил, и Амин совершенно не понимал, почему. И дальше, когда они оказались в узеньком коридорчике, который пересекали десятки похожих, как песчинки, проходов, юноша удивлялся, как бедуин находит дорогу - никаких опознавательных знаков не было.

– Камни и песок говорят со мной, - улыбнулся Бакр, когда Амин не выдержал и задал вопрос.
– Просто я слышу. Вы, побережники, не способны понять пустыню. Вас не любит Вадд.

Не поспоришь. Амин и не стал - он шёл следом за бедуином, предпочитая восхищаться красотой места: плоскими, словно специально стёсанными ало-розовыми каменными “стенами”, волнистыми узорами на них, причудливым солнечным светом, небом над головой, похожим на спокойную голубую речушку. И запахом - не пыли, а свежести. И древности - старых-старых камней. Они могли бы порассказать такие истории, которыми заслушались, наверное, даже иные джины…

Валид посапывал, уютно покачиваясь на верблюде.

– Брат твой?
– ещё утром поинтересовался Бакр.
– Забавный. У меня девчушка такая же. Шустрая! Твоего братишку скучать не заставит.

Амин только усмехнулся. Его “брат” сам кого хочешь развеселит…

Дорогу в “город” бедуинов преграждали ворота - вырезанные в камни, украшенные башенками, изящные, хоть уже и оплывшие от времени, точно Аллат расправляла их своим взглядом.

Небесная госпожа как раз куталась в алую накидку, уступая место брату-месяцу, когда невозмутимый Бакр, ведя на поводу столь же невозмутимого верблюда, провёл гостей через тёмные арки-проёмы ворот.

Амин вздрогнул, когда в сгустившейся темноте засияли знакомые значки-письмена на покатых стенах.

– Не один дух не пройдёт незамеченным, - улыбнулся Бакр.
– Только люди. Иляфа - чистый город.

Амин покоился на шагающего рядом мальчишку. Валид широко зевнул и раскинул руки, точно расправляя невидимые крылья. И на мгновение юноше почудилось, что длинная же, крылатая тень заслонила вязь значков. Но тут же исчезла. Заходящее солнце, конечно, играло с воображением.

А потом юноша и думать об этом забыл - проход кончился, почти оборвался на краю площадки, от которой вниз, в плоскую, как чаша, долину, вела широкая лестница.

Вся долина пестрила шатрами. Большие, малые, они клубились дымком, пахли кофе и пряностями, вздрагивали на ветру - изящные, гордые, точно дворцы. А настоящие, но давно оставленные дворцы, и правда вырезанные прямо в скалах, завистливо смотрели вниз провалами дверей и окон. От них тянуло только сыростью и могилой.

– Эй! Ну, чего застыл?
– толкнул его Валид.
– Вон, наш проводник уже внизу почти. Мы тоже вниз по дороге пойдём, или по лестнице?

Амин побежал по лестнице, сам чувствуя себя ребёнком - странная, непонятная радость уютно угнездилась в сердце. Словно легендарная хумай махнула крылом, заставляя забыть обо всём, кроме очарования ночи и надежды на тёплую встречу.

Пустынники не зря славились гостеприимством.

На чужаков косились, конечно. Особенно дети - показывали пальцем, хихикали, дёргали Валида за руку. Мальчишка поджимал губы и степенно, точно верблюд, вышагивал между шатрами.

– Не смущайся, - поддел его Амин. И, вслушиваясь в разговоры вокруг, добавил: - Вечером после молитвы Вадду, половина из них явится к нашему проводнику. Думаешь, сможешь тогда спрятаться?

– Я всё могу, - буркнул в ответ мальчик.

Амин усмехнулся, но промолчал.

Никуда Валид, конечно, не спрятался. Морщился, хмурился, когда бойкая сестра Бакра - тоненькая, как веточка, девчушка, перекидывая с плеча на плечо тяжёлые чёрные косы, с детской непосредственностью выспрашивала у мальчишки про его приключения в пустыне. Но очень скоро Валид поддался девичьему очарованию, приосанился… Амин с удивлением узнал, что их встречали джины - что там, чуть не все войска Иблиса. И как отважно Валид с ними сражался! Чтобы показать как, мальчишка даже канючил у Амина джамбию, но, получив от ворот поворот, обошёлся подручными материалами - камнями и ветками.