Рёв
Шрифт:
Новая одинокая слеза скатывается по его щеке и застревает в темной щетине. Я борюсь с собой, чтобы не смахнуть её, и ненавижу себя за то, как с ним поступаю. Хочу, чтобы он понял, что я делаю всё это для него.
– Ты не понимаешь… Я не хочу его красть.
– Тогда чего ты хочешь? – Он встряхивает меня, и его взгляд проникает сквозь стену, которой я пытаюсь оградить свою душу.
– Я хочу, чтобы ты сам отдал его мне, чтобы ты сам выбрал меня.
У него отвисает челюсть и теперь я вижу, что он понимает.
– Папа лишил тебя этого выбора, а теперь я возвращаю его тебе. Но единственный способ для меня искупить свой грех и знать, что ты разорвал ту цепь, которой был ко мне прикован, состоит в том, чтобы ты постарался и подарил своё сердце другой.
– Я не хочу этого.
– Я знаю. Для меня нет большего удовольствия, чем сказать тебе «да», но лучшее, что я могу сделать – сказать «нет» Полу. Я предлагаю тебе сделку – ты пытаешься найти свою любовь, а я порву с Полом.
– Мы могли бы начать нашу совместную жизнь с нуля прямо сейчас; жизнь, о которой мы всегда мечтали. Я хочу, чтобы ты бросила того придурка, но какой смысл тебе уходить от него, отправляя меня к другой женщине.
– Я ухожу от него, потому что знаю – если останусь, то в один прекрасный день он скорее всего меня убьет, и ты никогда не сможешь спокойно жить своей жизнью, желая спасти меня от моей.
– Я хочу убить его.
– Поэтому я уйду от него сегодня вечером.
– Куда ты пойдёшь?
– Я поеду в Грандвью на несколько дней.
– Ты знаешь… – я заставляю его замолчать, приложив палец к его губам.
– Прекрати спасать меня и живи своей жизнью. Я делаю то, чего ты хотел: собираюсь освободиться от этих ядовитых отношений и наконец-то быть в безопасности, стараясь преодолевать своих собственных демонов. Ты должен преодолеть своих… даже если это означает, что тебе придётся попрощаться со мной навсегда или отдаться другой женщине и просто быть моим другом. Если, в конце концов, мы снова найдём друг друга – мы поймём, что наша любовь реальна.
Нейт снова прижимает меня к своей груди, и я в последний раз вдыхаю его аромат. Он пахнет свежестью и древесиной, это то, что я никогда не забуду и не заменю. Я крепко сжимаю руками его лопатки, помня о повязке, а затем провожу по его мускулистым рукам, татуированным замысловатым узором. Надеюсь, что в один прекрасный день мне удастся обнимать его, как своего мужчину, но это маловероятно, поэтому мне нужно запомнить всё о нашем последнем объятии, о мужчине в моих руках, разделяющим со мной наш мрак. Я хочу всегда ощущать его дыхание на моей шее. В последний раз я позволяю ему меня поцеловать, и он доводит меня до дрожи. Я хочу, чтобы мы хоть раз занялись любовью будучи взрослыми, чтобы я могла его чувствовать полностью, обвиться вокруг него, пока он будет внутри меня – лишь раз, чтобы это воспоминание осталось со мной навсегда.
Прежде чем я передумаю, прежде чем моё тело в очередной раз возьмет верх над разумом и поддастся постоянному напряжению между нами, я вырываюсь из его объятий, и на этот раз он неохотно позволяет мне выскользнуть из них. Он стоит, расстроенный и побежденный, а я выхожу из тени деревьев, отступая на открытую местность, ведущую к озеру и любящим родственникам из Бивэр-Дема, которые проводят время со своими семьями.
Как я и предполагала – Пол уехал. Он должно быть в ярости и несомненно опасен. Я заберу свои вещи, всё еще упакованные в коробки и стоящие в гараже, не дожидаясь его возвращения домой. Всё, что мне нужно сделать – упаковать чемодан с одеждой. Я вынесу свои вещи и вернусь ждать Пола в садике перед домом, чтобы вернуть ему ключи и его свободу. Так безопаснее.
Я приношу свои извинения, целую Нону и прощаюсь с ней и с Дейви. Не оглядываясь, направляюсь в свою машину и уезжаю навстречу следующему шагу в моей жизни.
Я не слышу музыку, звучащую из моих колонок, и не замечаю смоляные реки, ведущие к дому Пола. Но когда я делаю последний поворот, я замечаю то, от чего кровь стынет в моих жилах. Коричневые коробки стоят вдоль тротуара, мусорный бак переполнен моей одеждой, а рядом с ним свалена еще куча шмоток – в этом заключалась вся моя жизнь
Я плавно отпускаю педаль газа и качусь оставшееся расстояние. Я полностью останавливаюсь посередине дороги, за пределами того места, где делила жизнь с человеком, который решил, что я больше его не достойна. Меня не должно это ранить; я даже должна почувствовать облегчение, но нет. Я напугана. Мои вещи могли бы сгореть прямо сейчас – и мне было бы совершенно всё равно.
Если даже монстр не хотел меня, тогда кто бы захотел?
16 лет
Чарли
Я почувствовала его запах прежде всего остального. У него древесный аромат, так пахнет только он, больше никто. Запах расслабляет и исцеляет, в нем я узнаю Нейта.
Я ощущаю его тяжелое дыхание на моём плече и легкую встряску от его резких шагов, прежде чем понимаю, что я парю. Меня несут. Мои глаза сопротивляются мне, но в конце концов открываются, как я их и заставляла. Я вижу его темно-серую футболку, красную клетку его рубашки и сверкающий серебряный крестик Св. Христофора 4,а затем поднимаю взгляд на блестящую оливкового цвета кожу его шеи, на его подбородок с небольшой небритостью и легким намеком на щетину. Он сбривает отрастающую щетину, но думаю, что большинство парней, которым только исполнилось восемнадцать, этого просто стесняются.
– Привет, – тихонько говорит он. Мне кажется, будто я сплю – он смотрит в мои глаза, над нами чистое голубое небо, но Нейта поглощает сумрак. Мой сон прекращается, когда я замечаю алый цвет. От его правого глаза и до скулы, на месте, где появился красный припухлый отек, тянутся две полоски уже свернувшейся крови. Виной тому небольшое рассечение у него на лбу. У меня мгновенно всё встает на свои места – почему он меня несет, почему я потеряла сознание, почему Нейт ранен из-за меня.
Я хнычу, не в состоянии сдержать этот глупый звук в себе, он просто вырывается из меня, и Нейт останавливается. Я даже не в курсе, куда он несет меня или как долго я была без сознания. Он опускает меня, и я оказываюсь стоящей на земле. Нейт не отпускает меня – то ли боится того, что я снова упаду или того, что потеряю сознание, то ли еще чего-то, но я благодарна ему, так как абсолютно не доверяю своему телу. Моя рука дрожит, когда я касаюсь одной из капель крови, похожей на смертельную слезу и ощущаю её влагу своим пальцем. Она такая яркая и такая реальная на моём пальце. Эта рана отличается от тех, которые когда-либо были у Нейта, от тех, за которыми я ухаживала. Одиннадцать лет я ухаживала за всеми его царапинами, порезами и синяками от падений, аварий или драк, но эта травма другая… она была от отца.