Чтение онлайн

–  Оставь меня в покое! - пробурчал Дэнуц, вспыхнув.

–  Voyons, mon petit, dis cela en francais, au moins... Дэнуц, comment dit-on en francais:* оставь меня в покое?

______________

* Послушай, дружок, по крайней мере, скажи это по-французски!.. как сказать по-французски... (фр.)

–  Laisse-le tranquille, maman, il ne comprends pas!* - сказала Ольгуца, выражая свое презрение словами, тоном и движением губ.

______________

* Оставь его в покое, мама, он не понимает! (фр.)

–  Ольгуца, sois plus aimable!*

______________

* Будь повежливее! (фр.)

–  Mais puisque je dis la verite, maman!*

______________

* Но ведь я правду говорю, мама! (фр.)

Господин Деляну прикусил губу. У него билось сердце от гордости, что Ольгуца свободно и с хорошим произношением разговаривает на языке, который он едва знал, да и то больше понаслышке. "Вот уж, действительно, темперамент адвоката!" - с сожалением подумал он.

–  Ольгуца, tu n'as pas raison!* - вступилась госпожа Деляну за Дэнуца, с трудом сдерживая улыбку.

______________

* Ты не права! (фр.)

–  Qu'il le prouve!* - ответила Ольгуца.

______________

* Пусть он это докажет! (фр.)

Дэнуц знал французский не хуже Ольгуцы. Но ему не хватало смелости, чтобы говорить. Он стеснялся, как стеснялся декламировать стихи в гостиной, полной людей.

–  Allons, mon petit, reponds*, - настаивала госпожа Деляну.

______________

* Отвечай же, дружок (фр.).

Кровь бросилась ему в голову. Собравшись с силами, он выбрал выражение, которое много раз слышал от господина Деляну, и бросил Ольгуце по-французски:

–  Je m'en fiche!*

______________

* А мне наплевать! (фр.)

–  Alors, va te coucher!* - сурово ответила госпожа Деляну.

______________

* В таком случае, иди спать! (фр.)

Дэнуц вышел. В прихожей было темно. Он вернулся на балкон и уселся на лестнице вместе с собаками, которые не знали французского, но зато умели кусаться... Моника тем временем перешла в стан врагов...

–  Патапум, comment font les avocats?*

______________

* Покажи - как делают адвокаты? (фр.)

–  Гав-гав!

–  C'est bien!.. Патапум, comment font les magistrats?*

______________

* Хорошо!.. покажи, как делают судьи? (фр.)

Патапум закрыл глаза и упал как подкошенный.

–  Видишь, Моника!.. Даже Патапум говорит по-французски! - громко сказала Ольгуца, проходя вместе с Моникой мимо Дэнуца.

Дэнуц, все так же сидя на лестнице среди собак, стиснул зубы и патриотически промолчал.

–  О чем ты задумалась, Алис?

–  ...Да так, ни о чем... мы стареем... Дети взрослеют...

–  Да...

–  И завтра-послезавтра дом опустеет... а мы совсем состаримся...

–  Что же делать?

–  Ничего! Будем растить их и пореже смотреть на себя в зеркало...

–  Зеркала теперь уже существуют только для них, да и мы тоже.

Они помолчали...

–  Ольгуца и Моника, наденьте пальто. И ты, Дэнуц!

–  Да и ты, Алис, а то простудишься!

Словно какое-то движение прошло по небу или, быть может, по земле. Не было ни ветра, ни даже шелеста листьев.

На миг умолкли лягушки. И в тиши их замерших сердец так печально и протяжно прокричала болотная выпь! И снова заквакали лягушки, но совсем по-иному, потому что из далекого далека тихо шествовала ночь с амфорой прохлады на голом плече полной луны.

* * *

–  Моника, тебе понравилось, как я ему отомстила?

"Бедный Дэнуц!" - подумала Моника, вспоминая, как он сидел один на лестнице в окружении собак. И вслух сказала:

–  Дэнуц не говорит по-французски?

–  Как не говорит?! - вступилась за брата обиженная Ольгуца, облачаясь в белую ночную рубашку.

–  А почему же он не хочет разговаривать?

–  Все мальчишки такие... дураки!.. Моника, застегни мне на шее.

–  Как? Дэнуц дурак? - удивилась Моника, застегивая пуговицу воротника.

–  А разве я так сказала?

–  ...Да. Ты сказала, что все мальчишки дураки.

–  Конечно.

–  Но как же тогда?

–  Он не дурак... Но все мальчишки такие!

–  Ольгуца, а туфли?

–  Не-ет! Хорошо и так! И ты разуйся! Правда ведь, босиком чувствуешь себя совсем по-другому?

–  Как красиво, Ольгуца! - улыбнулась девочка, вступая босой ногой в лунный свет.

–  Вот видишь, надо меня слушать!

–  А что же дальше?

–  Будем драться подушками. - И Ольгуца запустила в нее думкой.

–  Ты не будешь молиться перед сном, Ольгуца? - спросила Моника, увернувшись от удара.

–  Сначала будем драться подушками, а уж потом...

–  Нет. Я помолюсь перед сном.

–  Тогда и я тоже!

Стоя на коленях и закрыв глаза, Моника читала про себя "Отче наш иже еси на небесех...". Ольгуца молилась стоя, вслух... Она остановилась, чтобы поправить икону, которая накренилась от начавшейся было битвы подушками.

–  Моника, ты бы хотела быть Богородицей?

–  ...во имя Отца и Сына и Святого Духа, аминь... Что ты сказала, Ольгуца? - спросила Моника, возвращаясь с небес, где была ее бабушка, на землю.

–  Давай драться подушками!.. Имя... отца... сына... духа... аминь.

Дэнуц знал, почему Али спит на ковре в его комнате, а не на балконе. Но никто не должен был знать ни того, что знал Дэнуц, ни того, что Али мирно похрапывал у него в комнате, свернувшись на ковре, точно блошиный остров. По правде говоря, и сам Дэнуц предпочел бы не знать того, что было ему известно, потому что боязнь темноты и одиночества, о которой он старался не думать, поджидала его, готовая прийти по первому зову.