Чтение онлайн

Она принялась торопливо сгребать газеты в кучу, но, не собрав и половины, за-мерла, глядя на один из смятых газетных листов. Потом ткнула указательным паль-цем в край страницы и озадаченно пробормотала:

– Но этого же не может быть!

* * *

– Госпожа Варвара не может вас принять!
– храбро лепетала тощая особа в очках и с копной белесых афрокосичек, загораживая собой дверной проем. Казалось, вся она состоит исключительно из локтей и коленей, и венчавшая все это плетеная копна во-лос придавала особе сходство с метелкой.
– Вы не записаны. Нужно записываться за-ранее! Более чем заранее!

– Я не по работе! Мне всего-то нужно один вопрос задать!
– протестовала Шталь, пытаясь проскользнуть между метелкой и дверным косяком.
– Вообще-то я могу за-дать его и вам, если вы ведете записи распорядка дня...

– Конфиденциально!
– верещала метелка.
– Я сейчас милицию вызову!

– Вы и милицию умеете вызывать?

– Геля!
– вдруг раздался из-за занавесей густой бас.
– Впусти девчонку!

Метелка, окинув Эшу инфернальным взглядом, неохотно посторонилась, и та по-спешно юркнула в комнату. Тотчас остановилась и заморгала - переход от яркого света к густому полумраку оказался странно резким, и единственная горевшая в ком-нате лампа-шар, покоившаяся на подставке в виде ладони, ударила в глаза ослепи-тельной звездой. Но почти сразу же звезда потускнела, и, отморгавшись, Эша бегло осмотрелась. Ей уже доводилось бывать у ясновидящих и гадалок, но покои госпожи Варвары отличались от виденных ранее. Здесь не было никаких магических атрибу-тов, развешанных по стенам, но зато здесь повсюду были занавеси из тонкой воз-душной ткани разного цвета, и от стремительного вторжения Эши они мягко заколы-хались, поплыли, и Эше показалось, что сама комната качнулась и тоже поплыла ку-да-то. Она невольно ухватилась за спинку стула, потом отодвинула его и села, глядя на женщину по другую сторону стола. Госпожа Варвара была довольно массивной особой средних лет с пронзительно-едким взглядом школьной директрисы и тяже-лыми мужскими руками. Все это вместе выглядело довольно знакомо, и едва взгляд Эши скользнул к широкому янтарному ожерелью, обвивавшему шею госпожи, как она узнала в ней женщину, с которой столкнулась в зоомагазине.

– Я почувствовала тебя, едва ты вошла, - прогудела госпожа Варвара, закуривая трубочку, от которой по комнате почему-то поплыл укропный запах.
– Я видела тебя в свите этого уголовника. У тебя есть определенные способности, и значит либо ты беспринципная дрянь, либо не можешь видеть людей.

– Вообще-то я пришла к вам, чтобы узнать, когда именно...

– Я и раньше видела таких, как ты, - невозмутимо перебила ее женщина.
– Всегда на расстоянии, но и этого бывает достаточно. Вы кажетесь такими... чужими. Вы не-вероятно чужие.

– Видели?
– оживилась Шталь, выхватывая блокнотик.
– Где, когда, как они вы-глядели?

Ясновидящая подняла толстый указательный палец.

– Один вопрос. Потом уходи. Отвечу все, что знаю. Денег не возьму, дашь мне свои ладони, - в глазах госпожи Варвары что-то задрожало.
– Хочу узнать, что же вы такое...

А вот за "что", тетя, можно и получить, невзирая на свою авторитетность!

– Я знаю, что... известный нам обеим человек пытался воспользоваться вашими услугами. Вы можете вспомнить, когда именно вы были у него дома?

– Я не была у него, - госпожа Варвара выпустила изо рта облачко дыма - нет, оп-ределенно укроп!
– Я не хожу по домам. Я не участковый. Это он приходил сюда вместе со своими псами, - она презрительно скривила губы.
– Хотел получить защи-ту. Я ему отказала.

– Из-за того, что вы увидели в его будущем?

– Из-за того, что я увидела в его прошлом, - госпожа усмехнулась.
– Увы, немало кто из нас за деньги могут оказать услуги любому, но, к счастью, это все же меньшая часть. У нас тоже есть свой кодекс - это во-первых. А во-вторых, чужое зло может так прицепиться - век не отмоешься - и тебя сгубит, и на других перекинется... Я не помогаю таким людям.

– Все-таки...

Ясновидящая сделала раздраженный жест, после чего повернулась и вытащила откуда-то из-за занавесей серебристый ноутбук. Включила его и, пощелкав клавиша-ми, сообщила:

– Он приходил семнадцатого июня ровно в пятнадцать тридцать.

– А вот это плохо, - сказала Эша, хватаясь за голову. Госпожа кивнула.

– Ага, поняла? А я это поняла еще тогда. И другие тоже - естественно, те, кто на-стоящие. А ненастоящих он и сам отсекал превосходно. А потом приехала ты, - жен-щина затянулась трубочкой.
– Глупая, глупая...

– Оставим в покое мой интеллект, - мрачно произнесла Эша, и госпожа Варвара насмешливо прищурилась, потом похлопала ладонью по своему ожерелью.

– Так что не так с моим камнем?

– А разве вы сами не видите? Вы ж ясновидящая!

– Я вижу далеко не все. Мы основываемся на энергетике... но на чем основывае-тесь вы, мне не понятно. Вы видите как-то иначе... Или вы слышите?

– Вот этот камень, - Эша, вздохнув, показала пальцем, - раньше был кулоном. По-том его присоединили к ожерелью... не так давно. Но ему не нравится компания. Ему нравится быть единственным. Готова поспорить, что это ожерелье у вас рвалось - и не раз.

Госпожа Варвара вздрогнула и устремила на Шталь долгий взгляд.

– Вы чужие здесь, - она погрозила Эше мундштуком трубки.
– То, что вы умеете, противоестественно. Вы принесли сюда силы и законы какого-то другого мира, и ис-пользуя их, можете разрушить наш. Здесь и так хватает и тьмы, и бед. Лучше б вам уйти.

– Я сделаю это прямо сейчас!
– заверила Эша, вскакивая.

– Ты обещала!
– потребовала госпожа Варвара, протягивая руки. Шталь, пожав плечами, предоставила свои ладони, и та несколько секунд водила перед ними рука-ми, почти касаясь их, после чего вдруг пронзительно взвизгнула, словно дотронулась до раскаленного утюга, и отдернула руки, тряся пальцами.

– О, господи, - устало сказала Шталь, снова вставая.

– Я вижу поезд...
– госпожа Варвара закрыла глаза и прижала кончики пальцев к вискам.
– Много зеркал... много людей... украденные люди... Я вижу смерть!

– А я вижу дверь, - пробормотала Эша, разворачиваясь. Женщина открыла глаза и сделала такое движение рукой, словно отодвигала занавеску.

– Нет... туман, все пропало. Но вот ты... ты не такая, как другие. Ты - нелепость!

Эша обиделась. За всю жизнь ее называли по-всякому, но нелепостью ее не назы-вал никто, и это звучало не только оскорбительно, но и унизительно.

– Почему это я - нелепость?!

– Потому что тебе четыре года, - поведала ясновидящая, вновь принявшись попы-хивать своей укропной трубочкой.

– Мне двадцать четыре, - буркнула Эша, доставая телефон.
– Правда, если учиты-вать то дело с часами, то физиологически мне двадцать шесть, но официально мне двадцать четыре. Конечно, мне часто говорят, что я выгляжу значительно моложе, но чтобы на четыре года - это вы мне крупно польстили!