Е. Б. Ж
Шрифт:
– Это верно, – вдруг высказалась одна из женщин, которую звали Валентиной. – Мы и сами большие мастера прикинуться по телефону кем угодно. При всем моем уважении к вам, Виктория, – женщина произнесла это таким тоном, что Вика немедленно поняла, что уважения к ней не имеется ни на йоту, – вы многого не понимаете в нашем деле. Мне лично доводилось быть по телефону и сотрудницей Московской мэрии, и лечащим врачом, и учительницей школы, и журналисткой… Да кем только я не побывала! Люди удивительно доверчивы, как вы прямо, – с некоторой ехидцей добавила она, – и выкладывают нужную информацию, ничуть не усомнясь в личности звонящего!
Лицо второй женщины, Наташи, осветилось довольной улыбкой. Она явно разделяла точку зрения коллеги.
– А уж если намекнуть, что на нашей стороне сила, – добавил еще один сотрудник, самый молодой, по имени Костя, – то вообще улет полный. Я как-то дал понять, что мне известны сокровенные тайны моего собеседника, и это при том, что я не знал о нем ровнехонько ничего! И что вы думаете? Он мне поверил и принялся выкладывать интересующую меня информацию! А в случае надобности я могу и мафиози прикинуться, по телефону-то куда как легко! А народ, как верно заметила Валя, у нас доверчивый. Вроде вас. – И он метнул в нее вызывающий взгляд.
«Да они меня тут все ненавидят! – мысленно ахнула Вика. – А я даже не догадывалась об этом!»
Но она устояла: не дала слезам навернуться на глаза. Это было бы непростительной слабостью с ее стороны.
– Виктория, я сожалею, но ребята правы, – произнес молчавший до сих пор Брежнев. – Этот Икс, он ведь даже не сказал, о чем речь. На кого компромат-то?
– Вы все как-то упустили из виду, – холодно произнесла она, – что мне подбросили сначала мертвую кошку с кулоном-камерой на шее. А затем в моей кровати обнаружился труп девушки, с большой вероятностью именно той, которая носила на себе этот кулон. Да не просто носила, а снимала где-то что-то, что не понравилось мистеру Икс, как тут выразились. Но он, однако, уверен, будто делала она это для нашей фирмы, то есть для кого-то из вас!
– «С вероятностью», – иронично произнес Андрей Плиточников. – А еще есть вероятность, что у мистера Икс знакомые в морге работают. Которые одолжили ему незатребованный труп для спектакля, произведшего на ваши нежные нервы столь сильное впечатление.
– Иными словами, – медленно произнесла Вика, понимая, что она безнадежно проиграла поединок со своими подчиненными, – вы считаете, что мистер Икс подозревает нашу фирму совершенно ошибочно… Так? – Она обвела глазами свою аудиторию. – И при этом он разыгрывает спектакль, чтобы напугать меня, директора, и заставить выдать ему компромат, собранный на него, которого у нас на самом деле нет… Я вас правильно поняла, дорогие коллеги?
– Это тоже лишь вероятность, – ответил Брежнев. – Но давайте предположим, что кто-то из присутствующих здесь не сказал вам правду. Не солгал, но умолчал, не ответил на ваш вопрос, потому что, как вам хорошо известно, Виктория, конфиденциальность заказа – это честь нашей фирмы. Или можно сделать еще такое допущение: человек, который действительно занимается подобным заказом и задействовал проститутку для скрытой съемки, сегодня здесь просто не присутствует. Это лишь допущение, подчеркиваю! Так вот, дорогая Виктория: даже в этом случае нам не пристало идти на поводу угроз и силового давления. Иначе грош цена нашей – вашей! – фирме.
– Очень красиво сказано. А если меня убьют?!
– Да перестаньте вы! – выступила Валентина. – Кому вы нужны? Время криминальных разборок прошло! Сейчас все действуют аналитическими методами!
– Да?! Мы с вами живем, что ли, в разных странах? И читаем разные газеты?!
– А вы где-нибудь читали об убийстве сотрудника фирмы по охране бизнеса? – вступил снова Плиточников. – Вы путаете разные вещи, Виктория. Если еще и убивают, то бизнесменов или журналистов. А не специалистов по «конкурентной разведке»!
Более униженной она себя никогда не чувствовала. Никогда, никогда в жизни. Этот враждебный тон, эта высокомерная ирония… За что?! Ладно бы она, «розочка в казарме», действительно полезла ими руководить! Но Вика ведь была так деликатна, никому не пыталась навязать свое «директорство», с уважением отнеслась к ним, профессионалам! Почему ее приняли в штыки? Почему к ней относятся не только без уважения, но и даже без симпатии – простой человеческой симпатии?!
Она наткнулась на взгляд Жеки, не проронившего ни слова во время этого провального для нее собрания. В его глазах явственно читалось сочувствие. Единственный человек, который хорошо относился к ней и понимал… Вика снова усилием воли сдержала слезы обиды.
Жека моргнул как-то особенно, и она вдруг сообразила, что он ей подает знак. Он ждет ее после окончания собрания, поняла Вика.
– Спасибо за высказанные соображения, – произнесла она. – Все свободны. Буду рада видеть вас на своих похоронах! – не удержалась она от колкости и вышла из комнаты переговоров.
Секретарша Любаша протянула ей записочку: Алексей Кисанов просил перезвонить ему по такому-то номеру.
– Слушаю вас, Алексей, – расстроенно произнесла Вика в телефон.
– Вчера не было возможности с вами поговорить, Вика, но я должен вас предупредить: вы получили вторую угрозу. Насколько она реальна, сказать не могу, но все же труп в вашей квартире вынуждает подумать об осторожности.
«Об осторожности»… Вчера она никому не пересказала содержание краткого телефонного монолога неизвестного мужчины с требованием передать материалы в пять часов. В общем, даже ненамеренно, просто так получилось в нервной суете, мельтешении лиц и вопросов… Сообщить ли теперь детективу о нем? Или осторожнее будет умолчать?
Вика вспомнила, как он позвонил в милицию – явно хорошим знакомым. Если она ему расскажет, то он непременно свяжется с милицией! А ей велели – ни слова!..
И Вика решила, что не стоит. Во всяком случае, пока. Если что, у нее еще есть время передумать…
– Милиция будет работать над этим, я тоже, – продолжал Кисанов. – Но пока я хочу вас попросить о том, чтобы вы приняли некоторые меры безопасности. А именно: не возвращайтесь сегодня домой. Переночуйте у Григория. Полагаю, он возражать не станет… Или приезжайте ко мне. Заблуждаются эти люди или нет, но они с подозрительной легкостью попадают в вашу квартиру, и мне это не нравится.