Регент
Шрифт:
Удовлетворенно обнаружил вокруг себя туманные фигуры, удовлетворенно протянул к ним «руки».
Сейчас вы, голубчики, будете делать то, что мне нужно, ржавый болт вам всем в котловину!.. Вам велено взять нас? Берите, кто бы был против!
– Руки в гору, парламентеры! – скомандовал один из пиратов на галактосе. – И вперед!
Осетр глянул на Найдена. Тот ответил взглядом, в котором жил совершенно понятный вопрос.
Тряхнем стариной, ваше высочество? Поломаем косточки? Поотрываем мышцы? Помассируем точки Танатоса? А там хоть трава не расти! Погибнуть в бою – все равно что стать вечно живым…
Осетр чуть заметно отрицательно качнул головой, и Найден сразу расслабился.
Подняли руки, двинулись, куда ведут.
Эсминец был того же типа, что и взятый на абордаж у Дальнего Алеута. Так что куда ведут, стало ясно очень быстро…
И это вполне устраивалось Осетра. Так что пока помощь «рук» даже и не требовалась.
Привели их на центральный мостик.
Среди пиратского отребья находился и его императорское величество Владислав Второй. Присутствовало в рубке и еще одно знакомое лицо – тот самый доктор-великан, что проверял Осетра во дворце. Он тут один был в штатском.
Осетр подчеркнуто внимательно обвел взглядом фигуры пиратов.
– Какие у тебя импозантные подданные, отец! Краса и гордость Империи!
– Зато они меня не предадут! – парировал Владислав. – Ты меня удивил! Что за легкомыслие? Второй раз суешь голову в пасть льву…
«Это ты, что ли, лев!» – хотел спросить Осетр. И не стал.
Желание унизить – черта слабого человека. Так что не станем прибегать к этому оружию. Хватит с меня и того, что я пожелал унизить тебя этим своим планом!
– Что делать, ваше величество… Еще одна наша встреча в любом случае должна была состояться. Так почему бы ей не произойти в таких условиях?
– Великодушие проявляешь, сынок? – Император криво усмехнулся. – Или наоборот, вокруг пальца обвести хочешь? Ну да ладно, сейчас проверим. – Он повернулся к пиратам, что привели парламентеров на мостик. – Взять их! – Владислав сложил руки в молитвенном жесте. – Думаю, господь простит меня за то, что я проявляю негостеприимство… Взять и бросить в карцер!
Пираты тут же ощетинились гасильниками.
– Эй, вы! – рявкнул один на галактосе. – Лапы в гору, и на выход! Гостевая комната давно вас ждет!
Осетр протянул к нему «руку», быстро превращающуюся в многочисленные туманные щупальца.
Сейчас, ребята, вы попляшете под мою дудку! Возьмете моего папочку под белы ручки и проводите в эту вашу гостевую комнату!
А ну-ка вперед!
Однако вперед не получилось.
Откуда-то со стороны, с неведомых концов окружающего пространства, протянулись к «рукам» Осетра чужие туманные щупальца, такие же многочисленные, такие же реальные, такие же энергетически крепкие…
В обычной жизни Осетра уже тыкали стволом гасильника под ребро:
– Вперед! – И добавляли по-росски: – Сука!
Что поделаешь, на галактосе нет красочных ругательств… «Кусок собачьего дерьма» – это разве ругательство? То ли дело на росском! С-с-сука!
В туманном мире Осетр оставил в покое пиратов и вступил в схватку с обладателем чужих щупалец. Сила против силы, умение против умения, жажда победы против жажды победы…
Пиратов пришлось оставить в покое. Не до них сейчас…
Все «руки» были теперь заняты, однако кроме них нашлись у Осетра и другие «органы». Он не знал им названия, но они действовали. И какой-то из этих органов активно прощупывал окружающее пространство. Все было как тогда, на «Горном Орле». Десятки мыслящих субстанций вокруг – люди и ИскИны, – и все они являлись противниками, и со всеми предстояло справиться, чтобы обрести право на жизнь. А прежде всего требовалось справиться с доктором-великаном, ибо это его «конечности» противостояли сейчас праву на жизнь.
Продолжая бороться с ними, Осетр стремительно прощупывал туманные сердца ИскИнов и наконец нашел тот, который можно было использовать в своих целях.
В реале он повернулся к Найдену и поднял брови, сделав тайный знак «росомах», побуждающий знающего человека немедленно приготовиться к схватке.
– Твой штатский! – крикнул он по-росски.
И заставил центральный ИскИн эсминца выключить свет на мостике.
Теперь все зависело от умения Найдена переключиться в боевой режим.
Сам Осетр этого сделать уже не смог. Он был способен только удерживать туманные щупальца противника да контролировать ИскИн, чтобы тот не включил в рубке аварийное освещение. На тычки под ребра он уже перестал обращать внимание.
Контролировать окружающую реальность теперь приходилось только с помощью слуха.
Глухие удары стремительной чередой пронеслись за спиной, сопровождаемые воплями тех, кому досталось.
Нет, Найден пока не потерял квалификации. И потому все надежды возлагались на него. Теперь главное – не дать великану возможности оценить происходящее в реале, отвлекать, давить его щупальца, скручивать, как шнуры, пытаться оторвать от туманного тела.
Борьба отнимала все силы.
В реале у Осетра уже подогнулись ноги, и он начал валиться на пол.
– Да он же отрубается! – крикнул кто-то из пиратов. – Ловите второго!
Ничего они не успели. Откуда-то из-за спины раздался ужасающе-тонкий визг, от которого по спине побежали мурашки. Визг быстро перешел в хрип… в шипение… в беззвучность… в тишину…
И Осетр почувствовал, что «руки» его освободились.
Дальнейшее оказалось простым, как ступить в лужу дождливым днем.