Обман [Bubble]
Шрифт:
Да, наверное, все-таки ремонт. И так уже весь его чертов район, Сёдер, похож на место проведения археологических раскопок, так почему бы не перекрыть вообще все движение на ночь. А работяги небось пьют сейчас кофе…
Plausible [8] – без сомнения! И все же дискомфорт никуда не делся.
Осталось заглянуть в прихожую.
На цыпочках, семеня по новым паркетным доскам и не наступив на третью и пятую, потому что скрипят, Эйч Пи пошел к входной двери.
8
Правдоподобно (англ.).
Когда до нее оставался какой-то метр, ему показалось, что в прорези для почты было какое-то шевеление. Застыв на полушаге, он почувствовал, как учащенно бьется его сердце.
Два года назад кто-то налил ему в дверь жидкости для розжига и поджег квартиру. Ужасно неприятное происшествие, закончившееся для Эйч Пи кислородной маской в больнице Сёдера. И только много позже до него дошло, что с помощью такой акции устрашения ему напомнили о правилах Игры.
Осторожно принюхавшись, запаха керосина он не почувствовал. И все-таки теперь он не сомневается. С той стороны входной двери слышались какие-то звуки.
И, может, все-таки это разносчик газет?
Продвинувшись на цыпочках вперед еще на два коротких шага, Эйч Пи осторожно прильнул к глазку. Вдруг послышался такой грохот, что он отскочил назад в прихожую.
Проклятье!
Пару секунд перед глазами мелькали искры, сердце почти остановилось. Раздавшийся снова грохот вывел его из шока. Кто-то пытается выбить его дверь! Дверная коробка уже начала поддаваться, так что, кто бы это ни был, этот человек сильнее любого Халка или Шварценеггера. Третий удар, металл о металл, и это не какой-то там дурак Брюс Бэннер, а, что более вероятно, реальная кувалда, а может быть, и парочка.
Дверь поддалась еще на пару сантиметров, и Эйч Пи увидел, что в просвете уже видны пружинные задвижки. Еще пара ударов, и всё.
Он резко повернулся, споткнулся на ровном месте и плашмя упал на пол. Еще раз грохнуло со стороны двери, и ему на ноги посыпалась штукатурка. Барахтаясь на полу, Эйч Пи руками искал, за что зацепиться. Наконец удалось встать на ноги.
Бегом: гостиная, спальня. Захлопнуть за собой дверь!
Во рту привкус крови, сердце рвется из груди. Руки трясутся так, что он с трудом смог повернуть ключ в замке.
Какогочертадачтожэтотакоезахрррррреннннь……
Снова грохот в прихожей, за которым на этот раз последовал треск, говоривший о том, что коробка двери, по всей видимости, поддалась. Эйч Пи обхватил руками комод, уперся ногами в пол и чуть не упал, когда тяжеленная штуковина наконец-то подперла собой дверь спальни.
ДСП голимая!
Если стальная дверь не могла остановить ломившихся к нему в квартиру, то где уж там прибалтийской сборной мебели! Комод только подарит ему пару дополнительных секунд на спасение. Перекатившись через кровать, Эйч Пи стал судорожно шарить пальцами по ночному столику, заваленному журналами и книгами в мягкой обложке.
Телефон, где же телефон?
Вот! Ах, черт, это пульт от телевизора…
Эйч Пи уже слышал быстрые шаги в гостиной, хриплые голоса, что-то кричащие друг другу, но сейчас он сконцентрировался на своих поисках, поэтому не прислушивался к тому, что они там говорили. И тут его палец наткнулся-таки на телефон, причем так резко, что тот упал на пол.
Вот черт!
Кто-то стал дергать дверную ручку, грубый голос завопил: «Сюда!» Эйч Пи кинулся на пол и стал бешено шарить вокруг себя. Вот он, у левой руки. Схватив телефон, Эйч Пи начал судорожно водить пальцем по кнопкам. Руки по-прежнему тряслись как от Паркинсона.
Один один два – легкий номер… хрена с два!
От удара в дверь комод из «ИКЕИ» чуть не грохнулся на пол.
– Алло, служба спасения, чем я могу вам помочь? – спросил сухой голос в трубке.
– Полицию! – завопил Эйч Пи. – Помогите м…
Его ослепила яркая вспышка и впечаталась в сетчатку глаз. Затем раздался хлопок, от которого у него перехватило дыхание. А затем они на него набросились.
– Снова он. Минивэн, – добавила Ребекка, когда не последовало немедленной реакции напарника.
Тот быстро взглянул в зеркало заднего вида:
– Тот же, что вчера?
– Угу, – ответила она, не отрывая взгляда от собственного зеркала, расположенного над пассажирским сиденьем.
Про себя добавила: «А какой же еще!»
– Четыре машины за нами. Идут уже какое-то время… Все как вчера и почти в том же месте.
– А ты уверена, что это та же тачка? В городе полно белых фургонов…
– Уверена, – не стала тратить времени на разговоры Ребекка. – Притормози-ка, пусть подъедет поближе.
– Но тогда я отстану от VIPа… – Он махнул рукой в сторону ехавшего впереди спортивного кабриолета с открытым верхом.
– Да забудь ты сэповский учебник, Чельгрен, будь гибче, – прошипела она излишне зло.
А он излишне резко отпустил педаль газа. Ехавшая за ними машина недовольно засигналила, а затем резко их обогнала. Другая продолжала ехать сзади. Ребекка открыла бардачок и достала фотоаппарат. Она держала его низко, чтобы водитель минивэна не заметил ничего через стекло. Еще один взгляд в зеркало заднего вида.
Объектив с зумом – это, конечно, прекрасно, но минивэн по-прежнему ехал в двух машинах позади них, к тому же его частично закрывали другие объекты.
– Еще немного, – пробормотала Ребекка Чельгрену, готовя лежавшую на коленях фотокамеру.
Она боролась с искушением оглянуться назад. И вдруг их VIP пересек сплошную разметку, перешел в другой ряд и поехал в сторону улицы Кунгсгатан. Чельгрену ничего не оставалось, как повторить маневр. Ребекка выругалась про себя, когда такой шанс был упущен. Но через пару секунд обнаружила, что минивэн по-прежнему едет за ними. Еще одна отделявшая их от него машина куда-то делась, и теперь он был к ним гораздо ближе. Гораздо ближе, чем поехала бы она сама, если бы за кем-то следила. Видимо, резкий маневр застал водителя врасплох, заставив сделать ошибку.