Чтение онлайн

Я продолжал наблюдать за окрестностями.

Самолёт начал разворачиваться.

В иллюминаторе показался приземистый терминал с радиолокационной вышкой.

— Добро пожаловать, — Бронислав хлопнул меня по плечу. — Ещё никогда вчерашние послушники так быстро не попадали в Кауачи.

Я мрачно смотрел на горы, высившиеся у самого горизонта.

Ещё никогда меня так по-дурацки не отвлекали от важных дел.

Столовая карателей ничем особо не отличалась от похожих мест в Турове. Аскетично, функционально, добротно. Простые деревянные столы и табуретки вместо стульев. Звон посуды, приглушённый гомон, панорамные окна с видом на полигон. Там сейчас тренировались две группы «Тайфунов» — универсальных штурмовых мехов, произведённых в империи Наска. Говорят, очень надёжная и безотказная вещь.

— Не знал, что инквизиторы управляют шагателями, — произнёс я, глядя на то, как одна группировка защищает почерневшие от копоти руины, а вторая пытается взять над ними контроль. И те, и другие использовали огнемёты.

— Почему нет? — удивилась Айминь. — Если оснастить их пулемётными турелями и гранатомётами, получается убойная штука.

— Мы их применяем в тяжёлых случаях, — добавил Бронислав. — При штурме замков или в противоборстве с другими механизированными бригадами.

— А случается и такое? — опешил я.

— Всё чаще, — подтвердил Клавдий.

— Ты забыл про Пустошь, — Айминь сделала глоток из пиалы с чаем. — Наши ребята пилотируют «Терминусы», благодаря чему всякая дрянь не прорывается через Врата.

Как по мне — не лучший способ уничтожения тварей.

Запереть себя в неповоротливой консервной банке, заведомо лишив маневренности и уравняв шансы с противником? Понятно, что слабенькие монстры наподобие собакров с «Терминусом» не совладают, но энергетические отродья или всякая подземная мерзость…

С другой стороны, здешнее человечество не искушено магией. И что им ещё делать? Только придумывать механические костыли, заменяющие полноценные боевые вязи и стихийные техники.

Я бросил взгляд на Вжуха.

Котоморф с важным видом сидел на табуретке, держа в одной лапе вилку с нанизанной сарделькой, а во второй — бутерброд с гусиным паштетом. Забросив в пасть сардельку, а затем и бутерброд, котяра неспешно взял салфетку, вытер усы и потянулся за перечницей. Крутанув крышечку, раскрыл пасть, откинул голову и поперчил себе раздвоенный змеиный язык. Вернул перечницу на место, оценил вкус и удовлетворённо кивнул. За этой сценой наблюдало десятка два инквизиторов, сидевших за соседними столиками.

— Не угодно ли партию в шашки? — Вжух повернул морду к Брониславу.

— Угодно, — наставник подавил улыбку. — Но не сейчас. Через пять минут встречаемся с Маркусом в малом зале для брифингов.

— Эх, — обиделся кот. И от досады сожрал перечницу целиком. — Знать, не судьба.

И откуда он этих слов нахватался?

В последние недели я стал замечать, что котоморф не только поумнел, он научился впитывать абсолютно любую информацию, к которой получал доступ через меня. В консисории, например, пока я изучал файлы информаториума, этот хмырь почитывал словари.

Грязную посуду мы сложили на подносы и отнесли к движущейся ленте.

Я вообще заметил, что инквизиторы во всех своих представительствах выстроили максимально приближенный к армейскому стандарту быт. Никакой роскоши, избыточных зон комфорта, слуг и тому подобного. Еда максимально простая, сытная и полезная. Комнаты в общежитиях не спартанские, но и не пять звёзд. Телевизоры почти нигде не встречаются. Взять, например, табуретки в столовых. Это всё сделано с умыслом, чтобы воин не облокачивался на спинку и держал позвоночник в тонусе.

Зал для брифингов, один из десяти, находился в этом же крыле Супремы. Правда, нам пришлось подняться на два пролёта и прошагать метров сто по длинному, изгибающемуся вправо коридору.

Всё — в духе уже знакомого аскетизма.

Простые деревянные стулья, обшитые ореховыми панелями стены, небольшое возвышение с кафедрой, широкие окна и плоские светильники на потолке. Кондиционер тоже присутствовал и сейчас работал на полную катушку, наполняя воздух прохладой.

Мы не были первыми.

Часть стульев уже была занята инквизиторами в чёрно-синих, чёрных и антрацитовых рясах. Пара графитовых тоже присутствовала, но эти ребята были в явном меньшинстве. Бронислав, Валерий и Асаби знали очень многих. Приветственно кивали, жали руки, обменивались шутливыми репликами. То чувство, когда ты — худший из худших. Ну, если судить по цвету рясы.

Я так и не понял, кто такие Паладины. То ли орден в ордене, то ли отдельное автономное подразделение, то ли ещё что. Возможно, всё вместе. Наставник не удосужился объяснить. Единственное, что я дорубил — все, кто собрались в малом зале, принадлежали к этой касте избранных. И я, поскольку включён в отряд Бронислава.

Или нет?

Вдруг здесь надо приносить какую-то клятву, обмениваться с кем-то кровью или ещё через какой-нибудь обряд инициации проходить?

Если не понимаешь, что вокруг творится — наблюдай. Важное правило, которому я следовал всю жизнь. А наблюдать лучше, держась в сторонке и никому не мешая. Выбрав удобную позицию. Поэтому я ретировался к окну, присел на стул и расслабился. Вжух усиленно изображал пушистого серого котика, валяясь на подоконнике. До начала собрания, или что у них там намечено, оставалось несколько минут.

И тут рядом со мной материализовалась девушка.

Точнее — женщина.

Просто она молодо выглядела, я бы сказал на двадцать с хвостиком. Но я то понимал, что в двадцать получить антрацитовую рясу нереально.

Девушка телепортировалась в проход между рядами стульев, присела на соседний и с улыбкой посмотрела на меня. Она была по-своему красивой, но профессия накладывает отпечаток. Жёсткий взгляд, острые скулы, движения хищницы.

— Красивый у тебя питомец.

Волосы чёрные, заплетены в прямую и длинную косу. Кожа бронзовая, расовую принадлежность сходу не определишь. Зато артефактов — мама не горюй. Металлическая накладка, вшитая в рукав. Браслет на левом запястье. Амулет в виде плоского круглого камня цвета индиго. Ещё куча всякого под одеждой — я чувствовал силу этих предметов даже без активации специальных техник.