Холодные берега
Шрифт:
– А книга?
– А книгу Маркус унес с собой. На Слове.
Я молчал. Лицо мое видно все выразило предельно ясно – Хелен побледнела:
– Ты знал? У него на Слове была книга?
– Была…
– Ты ее видел?
– Нет. Чего нет, того нет. Но мальчик чуть в истерику не впал, когда я предложил ее сжечь при случае… темно там было, где мы прятались…
– Десять и один! – грязно выругалась Хелен. – Что же ты…
– Зато жив. И смертельной тайны не касался.
– Кто теперь этому поверит! Если тебя схватят, то запытают до смерти, просто чтобы удостовериться!
– А тебя-то саму часом не подозревают? Доставила мальчика на материк, а в благодарность получила книгу…
Хелен мрачно улыбнулась:
– Чего бы иначе я с тобой сидела, граф. Подозревают.
– Но это же бред!
– Ильмар, ты не понимаешь, как высоки ставки. Я не из самого захудалого рода, поверь. А уж мои заслуги перед Домом Владетель трижды отмечал лично! И все равно… моя судьба висит на волоске. Святой паладин, он до сих пор при дворе, требует моего ареста и допроса. Как он сказал Владетелю: «Пусть лучше тысячи праведников погибнут в муках без вины, чем один нечестивец заглянет в святую книгу».
– Да что в ней может быть? – воскликнул я. – Что?
– Не знаю. Личный дневник Искупителя. Записки его учеников – причем не те, что в святые книги вошли, а подлинные, без купюр и недомолвок. Нет, ерунда… Ильмар, если бы дело было лишь в религиозной святыне – Владетель бы в панику не впадал. А тут весь двор гудит как осиное гнездо. Указ о моем аресте и дознании лежит у Владетеля на столе и со дня на день может быть подписан. Вот я пью с тобой, а может быть в этот миг мои же друзья везут из Лувра приказ – «схватить и доставить графиню Хелен, летунью Ночную Ведьму».
– Дела.
Хелен кивнула. Глотнула коньяка, взглядом указала на бутылку, я долил.
– Рука болит, – вздохнула она. – У нас без переломов редкий год обходится… Но не вовремя… Так что – плохи наши дела, Ильмар. Имели мы несчастье повстречаться принцу Маркусу.
– И не говори. Лучше бы я на руднике кайлом махал… – я выругался. На самом деле, кайлом орудовать мне бы не пришлось, не последний я человек среди ночного люда… был не последний. Но сейчас я и впрямь предпочел бы честно работать в железных копях, вместо того, чтобы трястись от страха за свою шкуру.
– Потому я и нашла тебя, Ильмар. Нам теперь надо вместе держаться. Может что-то и придумаем.
– Как ты меня нашла?
– Из Амстердама тебя церковники вывезли?
Я вздохнул:
– Да.
– Весь пост, что вас пропустил, под трибунал пошел, Ильмар. А скажи, был в лесу между Брюсселем и Лионом какой-то странный случай… Стражу туда не пустили, святые братья сами расследование ведут…
– Да, Хелен. Меня вез в Рим святой паладин Сестры брат Рууд, и двое простых священников. Нас остановил другой паладин, от Церкви Искупителя, со своими подручными. Вышла бойня.
– Вот так я и шла за тобой, Ильмар. От Амстердама – до Брюсселя. От Брюсселя – до глухой дороги в лесу. А дальше рискнула поставить на Лион, ты большие города любишь. А тут принялась обходить забегаловки. Тебя чудом только узнала… Скажи, ты кого-то…
– Да. Одного из простых священников Искупителя.
Хелен сложила руки святым столбом. Покачала головой:
– Это грех не замолить, Ильмар.
– Да, я понимаю. Потому и не поехал к Преемнику, как меня брат Рууд просил. Если они готовы друг друга бить ради моей шкуры, так с меня эту шкуру спустят совсем запросто. А мне на том свете ничего хорошо ждать не приходится.
– Церковь не едина в отношении к Маркусу и тебе, Ильмар.
– Да?
– Нет, для твоей шкуры тут разницы нет. Но мне удалось узнать, что братья во Сестре и братья в Искупителе требуют от Преемника разных вещей. Братья в Искупителе считают, что и тебя, и Маркуса… и меня, кстати… надо уничтожить на месте. Пусть даже книга, за которой они охотятся, пропадает в Холоде навсегда. А братья во Сестре считают, что вначале надо любыми путями выдавить из Маркуса и всех, встречавшихся с ним, правду. Раздобыть книгу. Преемник пока ухитряется лавировать – он в интригах мастер, не хуже любого придворного. Но может случится так, что выбор станет неизбежен…
– Раскол? – прошептал я.
– Да. И побоище по всей Державе. Это будет конец всему, Ильмар. Обе конфессии пользуются примерно равным влиянием. Брат пойдет на брата, сын на отца. Несколько месяцев кровопролития, а потом нас проглотит Руссийское Ханство.
– А что Владетель? – тихо спросил я. – Кого он поддерживает?
– Себя, Ильмар. Владетель всегда поддерживает лишь себя. Если запахнет жареным, то он попробует сместить духовную знать, поставить своих людей. Но удастся ли ему это?
– В отношении к нам чего он хочет?
– Книги. Если книга окажется в его руках, то у нас есть шанс. Как я понимаю, Владетелю известно о ее содержании. То ли Пасынок Божий был вынужден поделиться, то ли свои источники информации есть. Стража рыщет повсюду…
– В городе сейчас находится капитан Стражи Арнольд… – я коротко пересказал историю в ресторане «Давид и Голиаф», а потом и путешествие на крыше дилижанса.
Хелен покачала головой:
– Тебе повезло. Но, как видишь, не я одна такая умная. Стража начнет облавы во всех городах и селениях окрест. Святые братья тоже присоединятся, можешь не сомневаться.
– Хелен, у тебя планёр…
– Ну?
– Нам надо скрыться за границей. В Руссии, в Китае. Где угодно.
– Не поможет. Надолго не спасет. Я думала об этом… вот ведь до чего дошла… – Хелен грустно улыбнулась. – Как только станет ясно, что мы покинули Державу, так начнется форменная истерика. Все решат, что книга у нас. Станут искать миссионеры, тайные агенты, за нашу голову объявят награды… А в чужих странах, что, полагаешь идиоты правят? Уже сейчас все посольства зашевелились. Будут искать и свои, и чужие.