Чтение онлайн

— Вы же здесь ходите, что-то вынюхиваете, не даете спокойно работать, поднимаете шум.

— Я же не милиция.

— Не знаю. Собирается все начальство больницы и намеревается пройтись по корпусу сверху донизу. Санитарки сегодня отсюда в лучшем случае выползут, будут драить весь день. А меня, наверное, просто вынесут.

Я перестала цепляться к Валанову и пошла в гости к Пленке.

— Привет, старуха! — встретила она меня громким воплем. — Смотри вокруг. Всем хочется укольчика, и только мне все нипочем! — Абсолютно голая, она скакала на постели.

Я огляделась. Действительно, все обитательницы палаты номер пять чувствовали себя неважно, и каждая на своем месте тихонько покручивалась. Иногда какая-нибудь женщина испускала стон, и становилось совсем тошно.

— Гулять пойдем?

— Не пустят.

— Со мной пустят. Одевайся, пошли.

На улице еще осталось с ночи немного свежести. Мы привыкли к жаре. Двадцать градусов кажутся нам прохладой. Скоро август, и этот кошмар кончится. Потянет осенью, а пока надо радоваться слабому ветерку, залетевшему во двор и играющему с деревьями и волосами.

— Наркотики не отшибли тебе память?

— Ведьма, зря ты так, я ведь совсем молоденькая.

— Перед смертью Лены было ли какое-нибудь начальство в корпусе и в вашей палате?

— Было и в корпусе, и в палате. В конце рабочего дня доктора устроили общий осмотр.

— В палату заходили надолго?

— Вошли, побухтели и пошли дальше.

— Кто заходил?

— Главврач Симбирский, начотделения, Иволга, Валанов и еще какой-то мужик. Черноволосый такой, высокий. В первый раз видела.

Неужели!

— Кто из них, по-твоему, главнее — начотделения или этот высокий черноволосый?

— Не знаю. Одинаково. По сравнению с Симбирским они все мелочь.

— Сможешь описать незнакомца?

— Да псих он.

— С чего ты взяла?

— Глаза бешеные. Сам какой-то заторможенный. Сутулый.

— Продолжай.

— Ну, че. Руки у него волосатые. Щупал он меня. «Печень увеличена, диафрагма угнетена» — передразнила она с хрипотцой.

— У него скрипучий голос?

— Да. Наверное, курит много. Больше ничего не могу сказать.

Она не представляла себе, насколько полным и важным для меня был ее ответ.

Завтра очередная проверка, и к ней надо как следует подготовиться.

Выяснение подробностей пребывания Светы в офисе растянулось на несколько часов. Я не теряла времени даром и вырвала из привычной суеты Веру Вятскую.

— Можно с тобой поговорить?

Вера работала очень давно и считалась ветераном этого бизнеса. Она была моложе меня, но занимала более высокое положение, поэтому и говорила со мной несколько пренебрежительно.

— Проблемы с реализацией?

— Нет, я совсем не о том. Меня сюда привели Катя Калинина и Света Уварова. Я оказалась под ними. Что ты думаешь о них?

— Тебе интересно, под кого ты попала? Но это не играет никакой роли. Здесь каждый сам себе босс. Ты можешь послать все к чертям и вообще не начинать крутиться. Процент таких людей очень высок. Остаются единицы.

— Я хочу остаться.

Она кивнула, что понимает меня.

— Про Катю я ничего не могу сказать. А вот Света когда-то была моей клиенткой. Теперь она зарабатывает весьма неплохо.

— Уварова покупала у тебя «Найс боди»?

— Да. И похудела. Даже слишком. Такое ощущение, что параллельно с этим она сидела на игле. Но потом она вовремя опомнилась и смогла вылечиться. Сейчас у нее неплохая выручка. Правда, у меня побольше. В общем, Света нормальная баба. Иногда дает очень умные советы. К ним не грех и прислушаться.

Поблагодарив Вятскую за консультацию, я продолжала заниматься сбором информации.

К концу рабочего дня я знала, что Света ушла вчера в шестом часу, а до этого здесь произошла довольно неприятная история.

Получив на складе товар, Уварова прошла к столу, где уже сидели трое: девушка Вятская, тетушка Узлова и бабуля Носова. Вчетвером они мило трепались некоторое время, потом к ним присоединились Прыгов, его секретарша и завскладом. Выручка в тот день была хорошая, и в конце рабочего дня Дима раскошелился на большой торт. Чаепитие сопровождалось дебатами на разного рода темы, пока Уваровой не взбрело в голову начать вслух сомневаться в достоинствах «Найс боди» и говорить о возможном привыкании к препарату. Описывая эту сцену, бабуля Носова выделяла такие глаголы, как: потреблять, вынуждать, просить, платить и, наконец, помирать.

Директор, понятное дело, не мог допустить подобных речей и попытался дипломатично заткнуть рот сотруднице, но ничего не вышло. Мирное чаепитие переросло в скандал, закончившийся адресованным Свете официальным предложением покинуть этот бизнес.

Мне осталось выяснить следующее: кто из присутствовавших на этом чаепитии находится в постоянном контакте с убийцей. Света говорит неугодные вещи, публично высказывает подозрения и через несколько часов погибает. Кстати, пока неизвестно от чего.

Мысль о наезде на офис Прыгова не давала мне покоя так сильно, что я обратилась к Кондратьеву.

— Ваши потребности возрастают с каждым днем. А результата как не было, так и нет. — Такими словами встретил Алексей Игоревич мое предложение.

Оно и на самом деле отличалось радикализмом, но имело под собой определенную базу. Я считала, что необходимо проверить весь товар, находящийся на складе. Забраться в каждую баночку, каждый флакон. Если мы найдем отраву в банках, директору не отвертеться. Если нет, тогда вопрос о том, где и как определенным дилерам меняют банки нормальные на отравленные, останется открытым. Кроме того, я хотела, чтобы гоблины вломились на склад в тот момент, когда там будут те же самые персоны, что и в день визита покойницы Светы. А именно: девушка Вятская, тетушка Узлова и бабуля Носова, и, само собой разумеется, директор, его секретарша и кладовщик Гена.