Жрон
Шрифт:
— Прежде чем кубок определит Чемпионов, я бы хотел дать слово главе Департамента международного магического сотрудничества Бартемиусу Краучу!
Вышел Крауч. Подвигал внушительно усами. Сказал веско:
— Турнир Трёх Волшебников не проводился уже давно, и Департамент считает своим большим успехом его организацию здесь и сейчас. Уверен, что он пойдёт на пользу установлению дружеских, неформальных связей между студентами всех трёх Академий!
Он говорил ещё чего-то, но я не слушал. Сытость, вкупе с усталостью, делала своё дело, и большую часть его речи я пролежал на столе, повернув голову в сторону трибуны и подложив под неё руки.
Затем дали слово Каркарову. Потом мадам Максим, на радость Финнигану, облизавшему её похотливым взглядом. Потом снова директору.
Но, наконец, перешли к финалу.
— А теперь, мы переходим к выбору Чемпионов! — провозгласил Дамблдор.
Кубок засветился синим, полыхнуло, и в воздух взвилась бумажка с именем. Ловко поймав её ещё в воздухе, ДДД, и откуда только такая прыть, развернул и громогласно прочёл:
— Чемпион Дурмстранга, Виктор Крам!
Все захлопали и заорали. Не только его делегация. Крама знали и уважали многие поклонники квиддича.
Тот вышел, под одобрительные похлопывания по плечу от товарищей, с гордо поднятой головой. Прошёл, пожал руку Дамблдору, встал рядом.
Кубок засветился вновь, бахнул новой бумажкой.
— Чемпион Шармбатона, Флёр Делакур!
— Сучка! — несколько француженок заплакало, а Делакур донельзя довольная, встала рядом с Крамом.
Зал затих, все ждали, кто же станет Чемпионом Хога. Снова синее сиянее, бумажка, пойманная директорской рукой.
Я поднял голову. Было интересно, кого выберет кубок, в отсутствие Диггори. И, наконец…
— Чемпион Хогвартса, Рон Уизли!
— Да, да! — неожиданно, даже для себя, я подскочил, в исступлении тряся кулаком над головой, а зал взорвался овациями.
— У-из-ли, У-из-ли, — начал скандировать Гриффиндор, а я, забравшись на стол, прямо по нему, словно на крыльях, понёсся, к, распахнувшему объятья, счастливому Дамблдору. Который, казалось, даже пустил слезу радости, по такому случаю.
Подбегая, зацепился взглядом за болгарина и, с ноги, со всей дури, зарядил Краму по яйцам:
— Лови, казёл!
Пока тот оседал, с выпученными глазами, держась за промежность, с левой, залепил оплеху Флёр, от которой она отлетела к столам:
— На, сука!
Залез, с рыком, на кафедру:
— Вы хотели Чемпиона?! Я — Чемпион! Супер-мега-Чемпион!
А зал, уже в едином порыве, всё повторял:
— У-из-ли, У-из-ли!
Но тут я очнулся от толчка в плечо. А Финниган, развеяв сюрреалистичную картинку перед моим внутренним взором, зашептал:
— Смотри, сча Чемпиона Хогвартса объявят.
— И Чемпион Хогвартса, Робин Сорка!
От столов Райвенкло отделился совершенно незнакомый старшекурсник. Среднего роста, темноволосый, с упрямым выражением на лице.
— Заучка, — сказал, как сплюнул, Шимус. Показывая всё своё отношение к лицам излишне серьёзно подходящим к учёбе.
А я разглядывал будущего покойника прищуренным взором. Пожалуй, стоило узнать о нём побольше. И как-то повлиять, что-ли, чтобы тот не вздумал хватать кубок в Лабиринте один, а обязательно дождался Гарри! Здесь нужно было строго соблюсти канон, ибо, как всё обернётся без невинно-убиенной жертвы на глазах Поттера, сказать было сложно. Хватит ли, в таком случае, у него решимости на достойное сопротивление?
Вдруг, прямо под ухом кто-то заорал:
— Рон!
И я проснулся…
— Ну ты даёшь! — Финниган крутил пальцем у виска. — Заснуть на объявлении чемпионов. От Дурмстранга и Шармбатона уже выбрали, там Крам и Делакур. Остался только Хогвартс.
— Да? Ну ёпть, — я, продрав глаза, сел прямо, пытаясь сбросить остатки дремоты. Ущипнул себя, проверить, что это точно реальность. Поморщился, нет, точно реальность.
— Чемпион Хогвартса, Рон!.. — тут директор спустился на тон ниже и недоумённо произнёс: — Уизли?
Зал затих. Облизнув пересохшие губы, я посмотрел сначала направо, потом налево, столкнулся с в ступоре глядящими на меня студентами и, куда деваться, приподнялся из-за стола.
Дамблдор растерянно перевёл взгляд с бумажки на меня, потом снова на бумажку. Ошарашенно пожал протянутую руку и так же молча отправил вслед первым двум чемпионам в комнату.
Да, такого в стенах этой Академии, наверное, ещё не было, чтобы самый распиздяй стал чемпионом.
Под оглушительное молчание, я и покинул зал.
***
В комнате временного ожидания Крам о чём-то беседовал с Флёр. Увидев меня, они, сначала, посмотрели недоумённо, но потом Виктор хитро улыбнулся, в отличие от поскучневшей француженки.
— Гарсон, нам что-то понадобится от комиссия? — спросила она, с акцентом, коверкая слова.
Но её перебил Крам, протягивая руку, с полувопросом:
— Я так понимаю, чемпион Хогвартса?
— Он самый, — я с удовольствием пожал крупную, заскорузлую от метлы, ладонь, игноря заносчивую мадмуазель.
— Как смог обмануть защиту?
Я пожал плечами, сказал с усмешкой:
— Да никак. Вообще бумажки не кидал. Даже не знаю, кому «спасибо» говорить.
А Виктор, хохотнул в ответ, сказал, качая головой:
— Весело тут у вас.
— А то, — я оглядел ещё раз моих конкурентов, сказал просто: — Будем знакомы, Рон Уизли.
Флёр, поджав губы, чуть кивнула, а Крам просто улыбнулся ещё шире. Классный чел, не зазвездившийся. К дурмштрангцам, в отличие от шармбатонок, я, после этого, стал относиться ещё лучше.