Женщина-рисунок
Шрифт:
– Вот, пожалуйста… Я попыталась испечь яблочный штрудель! – радостно воскликнула Элеонора. – Конечно, Фред, это вам не тот штрудель, что вы в Австрии ели, но…
«Кажется, не ревнует!» – с облегчением подумала Соня, поспешно убирая руки назад. Но потом ее поразила новая мысль – а что, если Фред ухаживает за Снежаной?!
Но и Снежана не выглядела недовольной. Снежана смотрела чуть печально, но никак не сердито. И вообще, это было обычное состояние сводной сестры – легкий, точно дымка, минор…
Это что же – Фред был свободен?.. И имел полное право приударить за Соней? Интере-есно… Как же Снежана с Элеонорой такого жениха умудрились упустить?
– От пирогов, конечно, толстеют… – лирично вздохнула Снежана, кладя на тарелку кусочек штруделя. – Но иногда так хочется себя побаловать!
– Толстеют не от пирогов, – с видом знатока возразила Элеонора. – Толстеют от генномодифицированных продуктов! – и обратилась к Соне: – Нам Фред недавно рассказывал… В Швеции, оказывается, практически нет толстых людей. Почему, ты думаешь? Потому что они едят мало? Ничего подобного! Просто в Швеции запрещены все эти консерванты, эмульгаторы, нитраты с нитритами, мясо обколотых гормонами животных… Только натуральные продукты! Люди толстеют не от еды, а от химии, которой эта еда напичкана!
– Увы! – усмехнулся Фред. – Бедные толстеют, богатые худеют.
– Где вы еще побывали, Фред? – спросила Соня.
– Везде.
– А здесь… разве здесь вам – не скучно?
– Нет, – быстро ответил он. – Кстати, друзья мои… – он обратился к Снежане с Элеонорой. – Сонечка согласилась рисовать мой портрет.
– Э-э… – начала Соня, собираясь под каким-нибудь благовидным предлогом взять свои слова обратно (передумала она, а что такого?), но Снежана с Элеонорой неожиданно бурно принялись ликовать – как здорово, да как замечательно, да Соня великая художница…
– А-а… дело в том… – сказала Соня. – Ну да.
И замолчала. Поскольку после таких оваций со стороны милых родственниц брать свое обещание назад – просто неприлично.
Фред пришел в назначенный час на следующий день.
Соня усадила его в кресло и принялась рисовать. В начале работы она то и дело поглядывала на свой мобильный, лежавший рядом, но потом увлеклась и забыла обо всем на свете.
Иса так и не позвонил. Не предпринял никаких попыток вернуть свою невесту.
После сеанса Фред предложил Соне куда-нибудь съездить. Соня посмотрела на молчащий телефон и… согласилась. Съездили на выставку ретроавтомобилей в Подмосковье. Потом сидели на веранде летнего кафе. В одиннадцатом часу Фред отвез Соню обратно.
На следующий день – очередной сеанс и очередная прогулка…
Никаких поползновений Фред себе не позволял, и это только сильнее втягивало Соню в водоворот новых отношений.
На третий день Соня закончила рисовать.
Фред был очень доволен. Портрет и в самом деле удался. Портрет настоящего мужчины, с характером сильным и жестким… Все те истории, которые он походя рассказывал – о путешествиях, об охоте, о нищете и диких нравах в далеких странах, – похоже, были правдой.
Фред не придумывал ничего и не изображал из себя мачо (в отличие от того же Левы Итина). Это была его жизнь. Жизнь гражданина мира.
Было что-то настоящее в этих рассказах. Грубая, жестокая правда. Кварталы нищих в Мумбаи. Эпидемия желтой лихорадки в Момбасе… Рассказы Фреда ничуть не напоминали рассказы Игоря, друга Исы. Для Игоря путешествия в опасные места были просто экстремальным отдыхом, имиджевым развлечением… А Фред каким-то образом участвовал в той жизни, не смотрел на события со стороны.
Все это время Соня старалась не думать об Исе. Не сравнивать Ису с Фредом.
Но к концу третьего дня ей пришлось сделать это…
Фред снял целиком теплоход, курсировавший по Москве-реке. Сюрпри-и-из, Сонечка!.. Отказаться вроде как неудобно. Да и на душе скверно – чего дома-то сидеть?.. В этот день должна была состояться свадьба с Исой!
Был теплый, безветренный вечер. Зеленели деревья на набережной вдоль Нескучного сада. Играла музыка – и на теплоходе, и доносились мелодии с берега… Огни фонарей. Яркое, темно-синее, с розовой каймой вечернее небо. Сталинские дома. Мосты…
Сидели вдвоем за столиком на палубе. В глубине души Соня надеялась, что ничего радикального, судьбоносного Фред не предпримет. Будет просто романтический вечер, и все. Фред – человек состоятельный, он не из особой любви к Соне целый теплоход снял, он просто не хотел толпы вокруг…
Не вышло. Ошиблась.
– …Соня! – после обсуждения мировых религий и популярного разъяснения, что такое буддизм и чем он отличается от индуизма, Фред взял ее за руку. – Соня, я должен тебе сказать…
Другой рукой он щелкнул пальцами – появился официант с двумя бокалами шампанского на подносе… Поставил на стол и тут же исчез.
– Соня, я еще никогда и никому не говорил этих слов. Но тебе скажу. Ты та единственная женщина…
– Фред! – поспешно воскликнула Соня. – Фред, пожалуйста…
Фред с холодным изумлением посмотрел на нее – кажется, ему и в голову не могло прийти, что она способна перебить его.
– Что? – спросил он. – Что-то не так?
«Фред, я знаю, что ты хочешь сказать! Но я – не та женщина, которая нужна тебе…» Далее следовало тонко намекнуть, что она, Соня не стремится к серьезным отношениям, не готова к браку… «Как это я не готова к браку? – сама себе возразила Соня. – За Ису же я была согласна выйти… Правда, ничего не получилось. Не судьба! Но это Иса… Иса!»
– Соня, что с тобой? – Фред прижал ее руку к губам.
Вот бы сейчас получилось свалиться в обморок! В первый раз она мечтала об этом… Но, как назло, никаких симптомов, предвещающих обморок, у Сони не наблюдалось.
– Фред, не говори ничего…
– Вообще ничего не говорить? – сдержанно спросил он. – Молчать?
– Не говори ничего о том, что ты только что хотел сказать… О чем угодно – но только не об этом! – взмолилась Соня.
– Ты боишься, – усмехнулся Фред. – А ты не бойся. Я буду за тебя думать. Делать, решать… все. Я беру на себя все. И ты ни о чем не пожалеешь.