Женщина-рисунок
Шрифт:
Потом Лена заставила Ису включить музыку. Сама пригласила его. Они танцевали, а Соня в это время пристально разглядывала переплетение нитей на скатерти.
Когда закончилась мелодия, Иса усадил Лену и пошел к Соне («потанцуем?»), но Соня решительно отказалась. Ей такая справедливость была ни к чему. Зачем? Только все или ничего… Соня заметила, как еще больше расцвела Лена после ее отказа.
«Детский сад какой-то!» – усмехнулась Соня. Ей уже хотелось спать.
Потом Иса с Леной заговорили о работе. Закупка кормов, компенсация рыночной ставки кредитов, «товарная» рыба, маточное стадо, подращивание личинок, зарыбление нагульных прудов для зимнего выращивания… (Мимоходом выяснилось, что Иса закончил МГУ, биологический факультет. Он – ихтиолог.) На «зарыблении» Соня нечаянно уснула, привалившись щекой к спинке дивана.
Проснулась, когда за окном уже было светло. Солнце!
Как ни странно, но настроение у Сони было великолепное.
Все хорошо.
Люди – добрые.
Мужчины бывают – настоящие, и неважно, что они принадлежат другим женщинам. Бывают же!
А главное: жизнь – прекрасна, несмотря ни на что!
– Доброе утро! – в комнату вошел Иса.
– О, я уснула… А Лена где?
– Ушла.
Он стоял, прислонившись к дверному косяку. Сейчас, при дневном свете, Иса казался старше. «Сколько ему? Лет тридцать? Тридцать пять?»
– Я тоже пойду, – сказала Соня.
– Я провожу.
– Нет-нет, от меня и так столько беспокойства… – засмеялась девушка. – Это же надо, такое приключение со мной вчера случилось… Со мной никогда никаких приключений не случалось, а тут…
– Я провожу, – спокойно, но тоном, не терпящим возражений, повторил Иса.
…Ослепительно-яркое солнце. На снег было больно смотреть. И холодно. И хорошо.
– Прошу… – Иса распахнул дверцу очередного внедорожника.
– Главное, этот бы не разбить…
– Соня! – укоризненно воскликнул Иса. – Это машина моего соседа, между прочим!
– Ой, прости… Глупости говорю.
Она села на переднее сиденье.
Иса тронул машину с места. Вел медленно, осторожно.
– Иса, а личинки – это кто?
– То есть?.. А, мальки.
– Мальки! – засмеялась Соня. – А я себе вчера каких-то насекомых успела напридумывать. Значит, вы тут рыб выращиваете?
– Выращиваем.
– Сложно?
– Да как сказать… Сложно. У нас, в России – сложно. Хотя в развитых странах – это очень выгодный бизнес. В Норвегии, например, рыбоводство на втором месте по доходности, после нефтяного бизнеса. В Финляндии выращивают около 20 тысяч тонн форели и лососевых в год.
– Потрясающе! – воскликнула Соня и попыталась представить 20 тысяч тонн рыбы.
– Это там, – повторил Иса. – У нас, повторю, все не так шикарно. Это не высокорентабельный бизнес… Если выращивать рыбу в искусственных условиях – результаты великолепные, но требуется много вложений. На оборудование, биостимуляторы, технические средства для подогрева воды, обогащение ее кислородом… Но у нас рыбу выращивают в основном в естественных условиях.
– И что?
– А то, что выживаемость при этом падает на семьдесят процентов. А труда сколько! Три раза в день приходится измерять температуру воды и содержание в ней кислорода. Причем эти параметры меняются в течение суток. Ветер подул – кислород есть. Штиль – кислорода мало…
Соня слушала его, откинув голову назад, краем глаза наблюдая пейзаж за окнами.
Лес, какие-то домишки, поле, лес, станция, потом пригород с вереницей многоэтажек…
– Иса! – вдруг всполошилась Соня. – Что ты делаешь?
– Что?
– Мы же станцию уже проехали!
– Ну да.
– Мне на станцию надо… Где электрички! Чтобы в Москву… Меня дома ждут! С ума сходят, наверное!
– Я понял, понял, – успокаивающе произнес Иса, крутя руль. – Мы и едем в Москву. Ты где там живешь?
Соня ошеломленно замолчала. Во-первых, ее в очередной раз поразила доброта Исы, во-вторых… Они едут к ней домой. А уж там точно никакой Леночки не будет!
Соня посмотрела на смуглые руки Исы, лежавшие на руле. Потом покосилась на его профиль – чеканно-правильный, смуглый… «Ликом черен и прекрасен».
– Соня!
– А?
– Я спрашиваю – куда тебя везти?
– А-а… улица Генерала Хвостова, дом семь, квартира тридцать девять, пятый этаж…
Иса засмеялся, показав ослепительно-белые зубы.
«Господи, что я несу? – с ужасом подумала Соня. – Этаж-то тут при чем? И номер квартиры?.. И вообще, он, может, и не собирался ко мне заходить… Надо было ему только улицу сказать, а я… он просто хороший человек, а я бог знает что вообразила! И вообще, у него Лена есть…»
Соня мучительно переживала свою глупость. И неумение кокетничать. Другая бы на ее месте… Вот Снежана или даже Элеонора – нашлись бы, сказали бы что-нибудь остроумное, веселое, а она…
Пробок не было, Москва утром первого января выглядела удивительно пустой.
Стрелой промчались по проспекту.
– Сейчас куда? – спросил Иса.
– Сейчас направо. Потом во двор, за аптекой…
Они остановились у подъезда. Соня из окна оглядела двор – никого. Черный от фейерверков снег, запутавшаяся мишура в голых ветвях деревьев…
– Вот здесь я живу… – Соня принялась отстегивать ремень безопасности.
Иса вышел из машины, открыл дверцу, протянул ей руку. Соня взглянула в его лицо – такое странное и такое необычайно притягательное. «Если бы он захотел, я бы душу ему отдала… Все отдала бы!» – вдруг осознала она.
– Ты такой добрый! – вырвалось у нее.
– Перестань! Ерунда какая… обычное дело – проводить девушку до дома. Идем. Пока тебя до двери не доведу, не успокоюсь.
Они вошли в подъезд, Соня набрала код.
В лифте они стояли рядом, и Соня опять уловила этот легкий, летний аромат, горький и сладкий одновременно…
Вышли из лифта.
– Ну вот… Спасибо тебе, Иса. – Соня принялась копаться в сумочке, ища ключи. Надо было спросить – «кофе хочешь?» – хотя бы из вежливости (вез же ее человек в такую даль!), но Соня была немного не в себе.