Всё для тебя
Шрифт:
Счастливые дни проплывали в ее памяти. Воспоминания о безоблачном счастье кружились в голове, и нежные слова слышались со всех сторон.
«Уже прошло много дней с того времени, как Эдуард исчез, и еще пройдет немало. А потом я уеду в Петербург и со временем все забудется. Появятся другие заботы, и другой мужчина займет его место. Нет… Не хочу другого мужчины. Кроме Эдуарда, никого не может быть. Я никого не вижу рядом с собой… Но реальность. Эта грубая, злая реальность…»
Настроение Анны менялось, как погода в весенний день. То солнце, то дождь; то гроза, а потом еще более яркое солнце… Надежда сменялась глубокой апатией и наоборот.
Генрих пытался звонить еще несколько раз, но он ничем не мог утешить женщину. Старания Джулии тоже были напрасны.
— Он слишком долго был верен мне и теперь не простит.
— Простит, — утверждала подруга. — Никуда не денется. Ты для него — вся его жизнь.
Анна опять терзалась сомнениями.
«Не бывает вечной любви!» — вспомнила она слова Катерины.
«Уже прошло много времени со дня нашей разлуки. Может?.. Нет. Этого не может быть. Он верен мне. Скорей бы приехал Паоло. Он, кажется, единственный, кто может что-то знать».
Репетиции в театре, как всегда, проходили с большим успехом. Пресса пророчила премьере небывалый успех. Артисты, и особенно Альфред, были очень довольны новой Виолеттой.
«И голос, и манера держаться на сцене, и поразительная красота, — все это достоинства одной певицы! Критики с нетерпением ждут выхода на сцену этой замечательной женщины, воистину сказочной и прекрасной», — отмечала итальянская пресса.
Анна читала про себя и удивлялась: «Неужели я еще могла сохранить такие качества со всеми моими переживаниями и личными неудачами?»
— Несмотря ни на что, ты держишься и продолжаешь волновать мужские сердца, говорила Джулия.
Анна смотрелась в зеркало.
— Интересно, если бы меня сейчас видел Эдуард, что бы он сказал?
— Я тебя люблю! — поддразнила Анну Джулия.
— И ты еще можешь надо мной издеваться?
Подруги проводили вместе свободное время.
— Если бы не ты, я б давно сошла с ума от всего, что со мной происходит, — грустно говорила Анна.
Прошло пять дней.
Анна помнила про Паоло и, по истечении указанного срока, пришла к нему.
Старый судовладелец встретил ее с распростертыми объятиями.
— Ну наконец-то! — произнес он, поцеловав гостье руку. — Вы куда-то пропали. Только из газет и можно узнать о прекрасной женщине-загадке. Буду, буду на вашей премьере. Очень хочу насладиться прекрасным пением. Сколько дней осталось, десять?
При упоминании о сроке, у Анны потемнело в глазах.
«Осталось так мало времени, а я еще не нашла Эдуарда. Он не услышит премьеры, а потом я уеду и больше… Нет, надо действовать».
Паоло взял Анну под руку и провел прямо на открытую большую веранду, всю увитую виноградом. Сев в плетеные кресла, они продолжили разговор.
— Как вам Италия? — поинтересовался хозяин дома.
Принесли различные соки, легкое вино и фрукты.
— Сказочная страна, — с улыбкой ответила певица.
«Скорее узнать про Эдуарда! Но из-за этих дурацких приличий приходится поддерживать разговор».
— Петербург красивый город, красивый. Я там бывал.
Анна сделала удивленное лицо:
— Давно?
— Да-а, — протянул Паоло. — У меня там даже был роман с балериной. Красивая была девушка, стройная такая.
— И вы из-за нее стали увлекаться искусством?
— Да. Я тогда очень любил Чайковского.
«Пора переходить к делу», — подумала Анна.
К столу подали устриц и салат из крабов.
— Паоло, — Анна набралась решительности. — Вы не знаете, где сейчас находится Эдуард Рашель?
— A-а. Знаю, знаю. Отличный художник и замечательный человек.
Женщина сгорала от нетерпения.
«Ну скорей же, скорей!»
— Через три дня, в пятницу, он отплывает на корабле «Сантана» в Южную Америку.
— Куда? — Анна чуть не уронила бокал.
— В Мексику. Ему надоела европейская жизнь, бессмысленная суета, конкурсы, фестивали. У него достаточно денег, чтобы жить в любом месте на этой земле.
Анна не сводила глаз с виноградной лозы, оплетающей тонкие перила веранды.
«А я? Эдуард, ты не можешь оставить меня одну. Я все равно найду тебя!»
— Через три дня?
— Да, в пятницу, — повторил Паоло.
Женщина посмотрела на часы.
— Мне нужно поторопиться в театр, — она встала. — Спасибо, вы были очень любезны. Приходите на премьеру.
— Обязательно! — он поцеловал ей руку. — Какие у вас красивые руки!
Анна улыбнулась и вышла из дома.
«Через три дня, в пятницу… Я поплыву на этом корабле! — решила она. — Пара пропущенных репетиций ничего не решит. Сейчас главное — купить билет».
В порту толкалось много народа.
Туристы поднимались на корабли и отправлялись в путешествия.
В кассе Анне сказали, что билетов нет ни до Мексики, ни до любой другой страны Латинской Америки.
Женщина была убита этим.
«Что делать?»
— Нужно было приходить раньше! — ответили ей. — Например, вчера!
Анна была в полной растерянности.
«Как он от меня ускользает! Как он неуловим! Эдуард, ты раньше не был таким. Неужели тебе все так надоело, что ты не хочешь даже увидеть меня, свою Анну?»