Воскрешение
Шрифт:
— Но если я не дам показания, они опять скроют истину.
Скалли подняла глаза.
— А ты свали все на меня. Скажи им, что это я убила того человека.
— Я не могу. — сказал Фокс, несколько ошарашенный словами напарницы. Хотя он и не очень удивился — он хорошо ее знал.
— Можешь. Малдер, позволь мне тебя спасти. Это, по крайней мере, придаст какой-то смысл всему, что со мной случилось…
Черт, ну как она может такое говорить?! То, что я жив пока — уже твоя заслуга, Скалли! Он уже собирался ей это сказать, но тут в палату вошла мать Скалли.
— Дана?…
— Мама…
— Привет, миссис Скалли.
— Надеюсь, я не помешала?
— Нет, нет, я уже собирался уходить.
Он направился к выходу, и увидел пришедшего вместе с Маргарет брата Даны — Билла. Малдер решил как-то представиться, хотя бы из вежливости.
— Мы не знакомы, я — Фокс Малдер.
— Билл Скалли.
— Мне так жаль…
Билл молча кивнул. Потом после секундного раздумья все же решил что-то сказать.
— Мистер Малдер…
— Да?…
— Я кое-что знаю про Вас и про то, во что Вы вовлекли мою сестру… Поэтому, не надо больше говорить с ней о работе, ладно?… Дайте ей умереть спокойно…
Да, конечно. Именно он во всем и виноват. Малдер молча вышел из палаты. Что можно было сказать в ответ? Он сжал кулаки, опустил голову и поплелся к ближайшему креслу, где оставил свой пиджак. Когда он поднял глаза, то увидел человека, которого хотел видеть меньше всего. Перед ним стоял Курильщик.
— Пожалуйста, скажите, что вы здесь из-за сильных болей в груди.
— Вы должны радоваться, что я здесь. Я пришел выразить Вам соболезнование.
— Идите к черту.
— При всей Вашей одаренности Вы ничем не смогли помочь Скалли.
— На что это вы намекаете?
— Вы обманом проникли в агентство исследовательских программ и нашли противоядие ее болезни.
— Оно ей не поможет, — с грустной уверенностью в голосе произнес Фокс. Как бы он хотел верить, что это не так!
— Как раз наоборот, — как будто прочитав его мысли, сказал Курильщик поучительным тоном. — Только оно и может помочь. Если хотите, выйдем отсюда, и я все объясню, — видя, что Малдер колеблется, он смягчил свой тон на более снисходительный. — Я пришел к Вам, как друг, агент Малдер.
Полчаса спустя Малдер в квартире Одиноких стрелков тряс флакончиком с деонизированной водой над столом.
— Он сказал, это должно быть где-то здесь.
На подставленное стеклянное блюдце с каплями воды выпал маленький кусочек металла.
— Черт меня подери!.. — вырвалось у Фрохики.
— Вот для чего деонизированная вода. Я не догадался, что надо искать микросхему… — задумчиво сказал Байерс.
— Она вылечивает рак. — торжествующе резюмировал Лэнгли.
— Возможно… Как раз тот, что у Скалли. — произнес задумчиво Малдер. Он все еще не мог поверить, что нашел. Нашел то, что так отчаянно искал.
— В смысле?
— Вскоре после похищения она обнаружила металлический чип, — Малдер потрогал пальцем себя за шею — имплантированный подкожно в область шеи. Его удалили, и у Скалли начал развиваться рак.
— Фантастика…
— Черт его подери!..
— Выбирай выражения, Фрохики, и найди мне пинцет…
— Мистер Кричгау, спасибо что согласились участвовать в нашем расследовании. Мы надеемся получить от Вас информацию, которая позволит нам предъявить официальные обвинения в убийстве вашего сотрудника, Скота Остэльхофа.
Блевинс собрал комиссию в специальном зале для совещаний.
— Мистер Кричгау, мы знаем что до убийства Вы имели контакты с агентами Малдером и Скалли.
— Да, это так.
— И вы выдали им некоторую засекреченную информацию? Что Вами руководило?
«Как и всегда…» — думал Кричгау. «Пока эти грязные игры не касаются тебя лично, можно много терпеть, лишь бы платили деньги, которые можно тратить на свою семью. Да и в конце концов, ты офицер, у тебя есть приказ, и присяга… Но вот вдруг оказывается, что твой родной сын стал подопытным кроликом, а ты — один из тех, кто занес над ним скальпель…»
— Мне стало известно о заговоре правительства против американского народа.
Сидящее за столом ФБР-овское начальство переглянулось.
— Прежде чем мы перейдем к обсуждению этой важной темы, позвольте задать Вам более конкретный вопрос. Вы знаете, кто убил Скота Остэльхофа?
— Нет, не знаю.
— И Вам не известно о причастности к убийству агентов Малдера и Скалли?
— Нет, — голос Кричгау немного задрожал, но военная дисциплина взяла верх. — В этой связи я могу упомянуть о другой смерти. Сегодня рано утром скончался мой сын…
На несколько секунд все замолчали.
— Мистер Кричгау, Вы — сотрудник Министерства обороны, не так ли?
— Формально. Но часть вознаграждения я получаю из другого источника. От частной фирмы под эгидой Конгресса, она называется «Рауш».
— «Рауш»… — подал голос Скиннер. — Что это значит?
— Не знаю, сэр.
«Raush» — записал в своем блокноте Скиннер. Он выглядел более чем озадаченным и обеспокоенным. Чем там сейчас Малдер занимается?
— Это безрассудство. Безумие. — Билл Скалли развел руками, ища поддержки у доктора, стоящего рядом.
Малдера это возмутило.
— В чем безумие? В том, что это средство может спасти жизнь Вашей сестры?
— Вы не врач! Вы даже не имеете права предлагать эту научную фантастику!
— Это не фантастика.
Скалли в это время вертела в руках флакончик с металлическим чипом, сидя на своей больничной кровати.
— Врачи никогда о таком не слышали!
— Билл… — попыталась утихомирить разошедшегося сына мисс Скалли.
— Вы слышали? — обратился тот к доктору.
— Честно говоря, нет.