Чтение онлайн

Франция пала.

Внезапно Англия осталась одна.

А в августе против страны была брошена вся мощь немецких Люфтваффе. Начались массированные бомбардировки, продолжавшиеся долгие месяцы.

Пробил час исторической «Битвы за Англию».

Сначала бомбежки были сосредоточены на Лондоне и южных графствах, но вскоре они распространились и на другие районы. Главными целями противника стали промышленные города и аэродромы в центральной части и на севере Англии.

В один из субботних дней Одра срезала розы в своем саду, когда гул самолетов и резкий несмолкаемый звук пулеметной стрельбы нарушил тишину знойного дня.

Она резко вскинула голову и, щуря глаза от солнца, увидела страшную воздушную битву, которая велась в голубом небе прямо над ее домом и столь дорогим сердцу Одры маленьким мирком.

Этот яростный воздушный бой между Королевскими ВВС и Люфтваффе был ужасающим зрелищем. Ее потрясло то, что это происходило над Англией среди бела дня. Не в силах сдвинуться с места, она смотрела в небо. Вдруг один из самолетов взорвался, объятый пламенем, и начал падать.

– Мама! Мама! – кричала Кристина, бросившая кисть и палитру и бежавшая по выложенной плитками дорожке.

Голос девочки вывел Одру из оцепенения и заставил действовать. Схватив Кристину за руку, она побежала с ней назад, к бомбоубежищу.

– Я думаю, что лучше нам переждать здесь несколько минут на тот случай, если начнут падать осколки, – сказала Одра, ободряюще поглядев на девятилетнюю девочку и заставив себя улыбнуться. – Конечно, мы могли бы укрыться в доме, но в последнее время я предпочитаю бомбоубежище.

– Был такой чудесный день. Все произошло так внезапно, правда, мам?

– Да. – Одра глядела на сделанную из рифленого железа стену бомбоубежища и с каким-то отсутствующим выражением лица пробормотала печальным голосом: – Умиротворенные сердца под английскими небесами.

– Это Руперт Брук, из той книги, которую подарила тебе твоя мама много лет назад, да, мам?

Одра кивнула.

– Да, это оттуда. Несколько минут назад, когда я взглянула на наше прекрасное английское небо, Кристина, и увидела самолеты, сошедшиеся в страшной схватке, мне пришла в голову эта строка, и я невольно подумала о том, сколько же времени пройдет, пока наши сердца снова обретут умиротворение. – В синих глазах Одры промелькнуло выражение страха, и она добавила: – Там, наверху, легко мог оказаться наш Тео… Он так молод, ему еще только девятнадцать. Но ведь и все наши летчики – совсем юные мальчики. О, я молюсь за Тео, за то, чтобы он остался жив, Кристи, я молюсь за него каждый день.

– Да, мам, и я тоже, когда молюсь за папу, тетю Мэгги, и дядю Майка, и за всех моих дядей, и за каждого, кто воюет за нас.

Вскоре после этого инцидента немцы активизировали воздушные налеты, и хотя главной мишенью оставался Лондон, Лидс был одним из тех северных городов Англии, которые подвергались не менее ожесточенным бомбежкам.

Теперь Одра и Кристина проводили в бомбоубежище почти каждую ночь. Но, кроме них, в бомбоубежище никого больше не было. Одра так и не смогла уговорить мисс Доббс присоединиться к ним; семья же из третьего коттеджа в тупике закрыла дом на время войны и переехала в сельскую местность к друзьям.

Если Лоретт находилась у них, когда начиналось леденящее душу завывание сирен, Одра настаивала на том, чтобы она осталась с ними на ночь в бомбоубежище. Она не позволяла невестке идти домой на Мурфилд-роуд, несмотря на то, что небо было ярко освещено прожекторами. Одра считала, что надо выполнять установленные правила, а Служба гражданской обороны предупреждала, чтобы все оставались в бомбоубежищах.

В бомбоубежище теперь были раскладушки, одеяла и подушки, свечи, парафиновые лампы, керосиновая печка для обогрева и аптечка первой помощи. Одра запаслась консервами, а еще они с Кристиной приносили в бомбоубежище бутылки с питьевой водой, на всякий случай.

Но, несмотря на бомбежки и житейские тяготы, а также постоянное чувство страха, беспокойство о Винсенте, родных и друзьях, жизнь продолжалась.

Газеты были полны предупреждений о возможном немецком вторжении в Англию в конце августа, но англичане, казалось, относились к этому с присущей им невозмутимостью.

Царившее повсеместно настроение можно было бы обозначить словами Одры, однажды в конце августа сказавшей Кристине:

– Вторжение не вторжение, но ты приступаешь к занятиям в частной школе для девочек мисс Мэлор с сентября, когда начнется зимний семестр. Ты должна получить образование независимо от того, высадятся здесь немцы или нет. Кроме всего прочего, как сказал Уинстон Черчилль, если придется, мы будем вести против них партизанскую войну и уничтожим всех до единого.

– Ты хочешь сказать, что я все-таки пойду в школу мисс Мэлор? – возбужденно воскликнула Кристина, расплываясь в улыбке.

Они сидели в верхнем салоне двухэтажного трамвая, шедшего в Лидс.

– Конечно, пойдешь. Почему это тебя так удивляет? – повернувшись к дочери, спросила Одра.

– Ну, ты ведь в последнее время ничего об этом не говорила, хотя я и сдала вступительный экзамен. Мне показалось, что ты передумала.

– С какой стати стала бы я передумывать, дорогая?

– Я подумала, что, может быть, тебе что-то сказала бабушка, мам.

– Бабушка?

– Да. Я слышала, как она говорила дедушке, что ты не должна посылать меня в частную школy, что приходская школа ничуть не хуже. Она сказала, что у тебя в отношении меня слишком большие амбиции, которые приведут только к неприятностям. Я подумала, что она то же самое сказала тебе и что ты ее послушалась.

– Ну, этого еще придется подождать, – ответила Одра с некоторой резкостью. – Просто ради интереса, а что сказал дедушка в ответ на это бабушкино высказывание?

– Он сказал, что ты молодец, что стремишься к самым звездам, и что он восхищается тобой за это и что когда-нибудь я стану великим художником.

Одра улыбнулась про себя:

– Твой дедушка абсолютно прав, Кристи.

Кристина продела свою руку под руку Одры.

– Это поэтому мы едем в город, мам? Чтобы купить мне школьную форму?

– Да, поэтому. Я действительно очень рада, что ты будешь учиться в школе мисс Мэлор, Кристи. У них отличная программа по изобразительному искусству. Я уже не раз подолгу разговаривала с учительницей рисования. Она все знает о наших планах и подготовит тебя к поступлению в лидсский художественный колледж.