Чтение онлайн

Славка мгновенно вскочил на ноги, затряс головой, прогоняя остатки сна, и тихо поинтересовался:

— С чего бы это?

— Вопросы задавали, переаттестация скоро.

— О чем спрашивали? — резко спросил он и, замечая тревогу в глазах матери, вымученно улыбнулся.

— Обо всем. Спрашивали, есть ли у тебя компьютер, сколько времени ты проводишь за ним, спрашивали о твоих привычках, друзьях, спрашивали об отце, о его работе, чем я дома занимаюсь. Да всего не упомнишь, что спрашивали. Спать пора! — резко оборвала себя мать и кивнула в сторону ванной. — Мыться, и в постель!

Поспать в свое удовольствие и уж тем более просто поваляться в постели Славке удавалось крайне редко. Мать считала, что спать с утра могут только хронические лентяи, и потому с ее пробуждением квартира наполнялась шумом и стуком, запахом кофе и горячей еды. Вот и сегодня звуки гремящей на кухне посуды просочились в приятное сновидение, прогоняя теплое море и солнце и, в конце концов, растворяя остатки яркого сна в скучной действительности.

Славка вскочил с кровати, прилипая подушечками теплых пальцев к холодному кафелю прихожей, пробежал на цыпочках к кухонному столу и был пойман при попытке выхватить из стопки бутербродов самый толстый и аппетитный.

— Умываться! — не терпящим возражения голосом приказала мать и подтолкнула Славку к ванной. — Звонила тетя Рая, — добавила она вдогонку.

— Что-то с бабулькой? — Славка выскочил назад с абсолютно серьезным, встревоженным лицом.

— Я на работу, а потом сразу на вокзал. Обойдетесь без меня несколько дней? — вопросом на вопрос ответила мать, громко вздохнула и, усаживаясь на табурет, задумчиво посмотрела на сына. — Заболела наша бабушка! Ночью увезли в больницу: давление прыгнуло. Пока она болеет, кто-то должен быть рядом. Отцу позвонила, но он ведь все равно на работе целыми сутками торчать будет. Уж и не знаю, как вас двоих одних оставлять.

Мать вздохнула еще раз. Опущенные плечи дрогнули, по щеке поползла маленькая слезинка.

— Работает он!

— Ма, да ты не бойся! Ничего страшного. Не первый же раз один дома остаюсь!

— Побуду недельку и вернусь, как только ей станет лучше, — мать смахнула слезу, бросив взгляд на часы, заторопилась. — Деньги на тумбочке, еда на столе, борщ в холодильнике. Если что, звони отцу.

Прижала Славку к груди, чмокнула в щеку.

— Все, я пошла! — громко вздохнула и исчезла в прихожей.

Хлопнула входная дверь, что-то зашумело в подъезде, противно залаяла собака на улице, накликая на себя проклятия всех в округе любителей поспать.

Славка, зевая, прошел в ванную. Наскоро ополоснул лицо теплой водой и поторопился назад — к аппетитным бутербродам. Он хотел усесться за стол, но в последний момент что-то подтолкнуло его к окну. Прижимаясь лбом к холодному стеклу, он выглянул на улицу. На скамейке возле подъезда сидел знакомый узбек и внимательно слушал Арсения Петровича, который, расставив кисти сведенных рук, изображал взлетающий в небо самолет. Славка знал каждое слово этой истории — старый летчик любил рассказывать о своих армейских приключениях, но делился воспоминаниями только с близкими людьми. А здесь? Что могло произойти, чтобы прожженный вояка так запросто открыл душу постороннему человеку? Самое малое, узбек должен быть военным летчиком, и, судя по всему, был им (он периодически что-то говорил пенсионеру, отчего тот прерывал свой полет и согласно кивал) либо очень хорошо знал, о чем говорит.

Не переставая удивляться странному поведению обычно замкнутого пенсионера, Славка подхватил со стола бутерброд, сунул его в рот — и в это время за стеной, в зале, завибрировал мобильник, громко запел, призывая хозяина поторопиться.

— Тромб на связи! — сухо произнесла трубка, как только Славка ответил на вызов.

— Тромб, ты? Но как? — воскликнул он, удивленно распахивая глаза.

— Я же сказал, нужно установить оперативную связь. Не думаешь же ты, что телефонные сети чем-то кроме скорости передачи данных отличаются от компьютерных?

— Но! — Славка с трудом приходил в себя. — Ты ведь, ммм…

— У тебя есть беспроводная гарнитура? — Тромб не обращал внимания на смущение Вячеслава. — Лучше с голосовым управлением.

Славка вспомнил, что отец совсем недавно притащил с работы фантастического вида наушник.

— Сейчас, сейчас! — выдвигая ящики, забитые всевозможным хламом, он с трудом отыскал небольшую коробку.

— Есть!

Разглядывая извлеченную на свет плоскую и сильно вытянутую пластиковую каплю с торчащей из нее силиконовой горошиной динамика, Славка потер выпуклый миниатюрный глазок видеокамеры о рукав рубахи.

— Все равно лежит без дела, — привычно оправдался он перед отсутствующим отцом и нажал на маленькую выпуклую кнопку, больше похожую на прозрачное рисовое зернышко. — Не работает, — разочарованно протянул он, но тут его взгляд упал на зарядное устройство, лежащее тут же, в коробке.

Гарнитура ожила, как только он воткнул зарядку в розетку. Красный мигающий огонек приветливо замигал, Славка радостно вздохнул и вспомнил, что на кухне его ждут аппетитные бутерброды.

— Подзаряжусь и я, — предупредил он Тромба, быстро оделся и прошел на кухню.

«Закон сообщающихся сосудов, — попытался улыбнуться Славка, замечая, как стопка бутербродов быстро оседает, а живот наполняется. Насытившись, он запихал остатки завтрака в холодильник и шагнул к окну. На улице потемнело — повалил плотный мелкий снег. Вглядываясь в серую мглу, он припал лицом к стеклу. Узбек никуда не исчез, он сидел на скамейке и, задрав голову, смотрел на Славку. Затрещал и, не дожидаясь хозяина, включился мобильник.

— Ты зарядился? — поинтересовался Тромб и тут же добавил. — А я не знал, что люди используют электрическую энергию для подзарядки.

— Тромб, я просто съел несколько бутеров, — с трудом сдерживая раздражение, вытолкнул Славка.

Он понимал, что понапрасну злится на виртуального бойца, но ничего с собой поделать не мог.

— Что ты собираешься делать? — спросил Тромб как ни в чем не бывало, сухо и спокойно.

— Это я у тебя хотел спросить, что мне делать? Нужно в школу, а на улице меня ждут.

— Пока они не пытаются войти в квартиру, на улицу лучше не выходить, — посоветовал Тромб.

— И долго мне, по-твоему, торчать дома? — Славка прошел в зал. — Что я родителям скажу? Не пошел в школу, потому что испугался узбека, сидящего во дворе на лавке?