Чтение онлайн

– - Вы же знаете!
– - раздраженно ответил Костя.

– - Сравнить надо, -- настаивал Луцкий.

"Вот черт! Совсем сбрендил. Довезу до Выборгской и брошу", -- Костя решил больше не разговаривать с пьяным шефом. Хотя, может, и не пьяным -- перегаром от него не пахло. Неужели наркотики?

– - Хочу по набережной. Воду хочу видеть, -- потребовал Луцкий.

Костя свернул на Малоохтинский, хотя это стоило большого круга. Луцкий смотрел на темные воды Невы. Вода была жидкой и живой, она ничем не напоминала расплавы металлов, заполняющие русла рек его мира. Луцкий замолчал, вглядываясь в темные воды, и Костя вздохнул облегченно.

– - Там все не так. Все не так... Здесь мир полный...
– - бормотал Луцкий, поглаживая шероховатую поверхность торпедо.

С Арсенальной набережной стал виден крейсер "Аврора".

– - Почему три трубы?
– - удивился Луцкий.

– - Всегда так было, -- сказал Костя, подумав: "Дядя, ты что, дурак?"

– - Все, стой здесь! Хорошая машина, быстрая, -- сказал Луцкий, когда Костя, чтобы уважить начальника, свернул на Кронверкскую набережную.

– - Вы куда?
– - спросил Костя, когда Луцкий открыл дверцу.

– - Пойду в крепость. Они скоро нападут.

– - Кто?

– - Варвары. Они захватят город. Пора будить Жругра. Я не хочу, чтобы они разрушили этот мир.

В зеркало заднего вида ударил яркий свет фар. Темный джип остановился вплотную к Костиной машине. Из "Лендкрузера" вышли двое крепких парней в кожаных куртках и направились к "БМВ". "Чего им надо? Бандиты или менты?" -- подумал Костя. Один из парней распахнул водительскую дверь "БМВ".

– - Слышь, братан, выйди-ка из машины, -- потребовал он.

– - Зачем?
– - спросил Костя.

– - Покататься хотим, -- в лицо Кости ткнулся тупой ствол "Макарова".

Второй бандит встал у пассажирской дверцы. Великий игва с восхищением оглядывал заснеженные окрестности и темный силуэт Петропавловской крепости.

– - Классная у тебя тачка, чувак! Нам понравилась, -- объявил бандит Косте.

– - Чего они хотят, Класс?
– - спросил Луцкий, возвращаясь из своих мечтательных далей.

– - Машину отобрать, -- сдавленным голосом произнес Костя.

Бандит схватил Костю за куртку и вышвырнул из машины.

– - Теперь ты, дядя. Выходи, только спокойно!
– - ствол пистолета уперся Луцкому в голову. Голова координатора от толчка запрокинулась набок.

– - Что ж, убьешь меня?
– - спокойно спросил Луцкий.

– - Выходи, а то пулю поймаешь.

– - Я уже мертв, ребята. И мертвее вряд ли буду.

– - Во дает!
– - ухмыльнулся первый бандит. Он поставил Костю на колени и держал на мушке.

Второй бандит дернул Луцкого за рукав. Материя дорогого пальто затрещала.

– - Вы мои, ребята. Вас давно уже ждут в аду, -- спокойно пообещал бандитам Великий игва.

– - Заткнись, сука!
– - бандит ударил рукояткой пистолета Луцкого по зубам.

Голова Луцкого откинулась назад и застыла в таком неудобном положении. Бандит сам не ожидал от себя такого мощного удара.

– - Эй, дядя! Ты жив?
– - затряс он Луцкого.

– - Вы не воины -- шакалы!
– - произнесла голова Луцкого. Великий игва вышел из машины и поправил голову. Он был исполнен праведного гнева. Рука Ума описала короткий полукруг. Бандит зашатался и схватился за горло, из которого широким потоком хлынула кровь. Ошарашенный браток толкнул Костю на землю и выстрелил в Ума. Ум не успел увернуться. Две подряд выпущенные пули пробили ему плечо и шею. И тогда Великий игва метнул короткую стрелу. Черная стрела из обсидиана воткнулась бандиту в лоб. Он рухнул, как подкошенный столб.

Джип попятился назад. Окно в правой задней дверце открылось, и оттуда высунулся ствол автомата.

– - Ну уж нет!
– - воскликнул Великий игва. Он взмахнул рукой в магическом жесте. Вспышка адского пламени поглотила джип. Грохнул взрыв. Костя вжался в землю. Над головой просвистели осколки металла и стекла. Ярким факелом джип пылал на набережной.

Костя поднялся с земли. Ум стоял перед машиной. Из простреленного плеча и шеи у него текла кровь. Ум забыл поднять голову, и запрокинутая назад она смотрела в ночное небо Энрофа.

– - Поезжай обратно, Класс. Нужно остановить игру "Замок Флюреншталь". Если этого не сделать, ваш мир погибнет.

– - Кто вы такой?
– - спросил Костя.

– - Я пришел из инферно. Моему городу угрожает вторжение варваров. Если варвары возьмут Друккарг, не устоит и ваш Питер. Демоны войдут в ваш мир. Я должен проникнуть во внутреннюю крепость. Там я смогу вызвать Жругра и спасти ваш мир.

– - Вам надо в больницу. Я отвезу, -- Костя не верил тому, что происходило у него на глазах.

– - Нет, мое время кончается. Я должен успеть в крепость, пока это тело еще может двигаться. Это нападение не входило в мои планы. Интересно, кем были посланы эти бандиты?
– - Ум снова поправил падающую голову. Его глаза застилала мертвая поволока. Теперь Ум убедился, что даже в этот мир простираются инспирации Гагтунгра.

Вдалеке завыли сирены. Патрульные экипажи спешили на место бандитской разборки.

– - Поезжай, Класс, и запомни, что я тебе сказал.

Великий игва произнес заклинание. Пальто у него на спине порвалось на две части. Материя сложилась в широкие крылья. Ум взмахнул крыльями и поплыл над протокой в сторону Петропавловской крепости. Вой сирен и огни милицейских машин быстро приближались.

Костя заскочил в "БМВ". Прокрутив колесами, "БМВ" резко прыгнул с места. Костя понесся по проспекту, уходя от погони. Заднее стекло было выбито осколками, и в салон залетал холодный ветер. Костя промчался по Кронверкскому проспекту и под самым носом патрулей проскочил по Сампсониевскому мосту. Близился рассвет, и он торопился вернуться в корпорацию.

Великий игва приземлился на Нарышкином бастионе Петропавловской крепости. 122-мм гаубица Д-30 стояла на треноге, упершись стволом в небо. Никого из охраны рядом не было. "Пусть бабахнет!" -- подумал Великий игва. Затвор гаубицы ушел вниз. Из ящика поднялась латунная гильза с зарядом и поплыла к затвору. Затвор со щелчком захлопнулся. Великий игва подошел и нажал спусковой рычаг. Гаубица грохнула. В морозном воздухе разлилось звенящее эхо. Охранники в дежурке с испугу подавились водкой. Великий игва не стал дожидаться, пока они выбегут на улицу, и взмыл в воздух. Он приземлился возле Петропавловского собора. Над входом в собор висел лик того, кого он боялся больше всего на свете.