Чтение онлайн

— Это не должно пропасть,— пробормотал он и бросил бочонок на ближайших к нему врагов, сокру­шив двоих из них и сбив с ног нескольких других, которые упали поверх убитых.

После этого он прокричал Орму и остальным, что на корабле уже ничего сделать невозможно, и с этими словами бросился в воду вперед головой в надежде доплыть до берега. Орм и те, кто смог отцепиться от своих противников, последовали за ним. Вслед им полетели стрелы и копья, которыми были поражены двое из них. Орм нырнул, затем вынырнул и поплыл так быстро, как только мог, но, как он часто потом говорил, будучи в зрелом возрасте, мало что может сравниться по трудности с плаванием в кольчуге, ког­да человек уставший, а кольчуга тесная. Вскоре уже ни у Токе, ни у Орма не оставалось сил, чтобы плыть дальше, и они вот-вот пошли бы ко дну, когда один из вражеских кораблей догнал их и они были втащены на борт и крепко связаны, не будучи в состоянии оказать ни малейшего сопротивления.

Итак, викинги потерпели поражение, а их победи­тели гребли к берегу, чтобы посмотреть, какая добыча им досталась, и похоронить своих погибших. Они ос­вободили палубы захваченного ими корабля, сбросив трупы за борт, и стали просматривать груз, в то время как пленников высадили на берег и усадили на землю под надежной охраной и со связанными руками. Плен­ников было девять человек, все были ранены. Они ожидали смерти, молча уставившись на море. Но на море не было видно ни кораблей Берсе, ни его пресле­дователей.

Токе вздохнул и что-то негромко пробормотал себе под нос. Затем он сказал:

Орм лежал на спине, уставившись в небо. Он сказал:

Но никто из них не был в более угнетенном состо­янии, чем Крок, поскольку с самого начала их экспе­диции он считал себя удачливым человеком и героем, а сейчас вся его удачливость рассеялась как дым в течение часа. Он смотрел на то, как сбрасывают его мертвых товарищей с борта его корабля, затем сказал:

Токе заметил, что наличие трех поэтов в такой небольшой компании является замечательным совпа­дением.

— Даже при том, что вы отстаете от меня в искус­стве сложения стихов,— сказал он,— все равно это хорошо. Помните о том, что на пиру богов поэту полагается пить из самого большого рога.

В эту минуту они услыхали пронзительный крик с борта корабля, за которым последовали звуки сумато­хи, свидетельствовавшие о том, что чужестранцы об­наружили девушку Токе в ее укрытии. Они свели ее на берег, и по всей видимости между ними разгорелся спор о том, кому она должна принадлежать, поскольку несколько человек вели спор на повышенных тонах, при этом их бороды вздымались вверх и опускались вниз.

Токе сказал:

— Вот вороны спорят за обладание курицей, когда ястреб сидит со сломанным крылом.

Девушку привели к предводителю чужеземцев, толстому человеку с засаленной бородой и золотыми кольцами в ушах, одетому в красный плащ и держав­шему в руке серебряный молоток на длинной белой ручке. Он осмотрел ее, поглаживая бороду, затем обратился к ней, и все увидели, что эти двое понимают язык друг друга. Девушка много говорила, несколько раз указав на пленников, но на два его вопроса, когда он также указал в направлении пленников, она отве­тила отрицательным жестом руками и покачиванием головы. Предводитель кивнул, а затем отдал ей при­каз, которому, как казалось, она не хотела подчинять­ся, поскольку она протянула руки к небу и что-то закричала. Но когда он вновь заговорил с ней суровым тоном, она подчинилась, сняла одежду и предстала перед ним обнаженной. Все стоявшие вокруг них ста­ли вздыхать и поглаживать бороды, бормоча что-то восхищенными голосами, поскольку от макушки до кончиков пальцев на ногах она была замечательно красива. Вождь приказал ей повернуться и тщательно осмотрел ее, дотронувшись до ее волос, каштановых и длинных, и до кожи. После этого он встал и приложил кольцо с печаткой, которое было у него на указатель­ном пальце, к ее животу, груди и губам, после чего сделал какое-то замечание своим людям и снял с себя красный плащ, укутав в него девушку. Услышав его слова все его сторонники приложили руки ко лбу и поклонились, что-то бормоча с послушанием. Затем девушка вновь оделась, сохранив, однако, при себе и красный плащ, ей были даны еда и питье, и все относились к ней с почтением.

Пленники молча смотрели на все это, и когда дошло до того, что девушке отдали красный плащ и принесли еду и напитки, Орм заметил, что ей, по всей видимости, повезло больше всех из компании Крока. Токе согласился с этим и сказал, что очень жалеет о том, что смог увидеть ее во всей красе только сейчас, когда она уже принадлежит другому, поскольку у него с ней было мало времени, и им всегда приходи­лось торопиться. А сейчас, сказал он, готов разры­даться при мысли о том, что у него никогда не будет возможности раскроить череп этому жирному бородачу, запачкавшему ее тело своими сальными паль­цами.

— Но я надеюсь,— добавил, он,— что этот старик получит от нее мало радости, потому что в первый же Момент, как я увидел ее, я понял, что она умна и обладает отличным вкусом, хотя мы и не могли пони­мать слова друг друга. Поэтому я думаю, что пройдет не много времени, прежде чем она воткнет нож в пузо этого старого, жирного козла.

Все это время Крок сидел в глубоком молчании, подавленный горем, лицо его было обращено в сторону моря, и его не интересовало ничего из происходившего на берегу. Но вдруг, совершенно неожиданно, он издал громкий крик, и когда он это сделал, чужеземцы начали оживленно переговариваться, поскольку вда­леке в заливе показались четыре корабля, направляв- . шиеся к берегу. Это были корабли, преследовавшие Берсе, они плыли медленно и тяжело. Вскоре стало видно, что один из них глубоко сидит в воде, понеся тяжелый урон, один из его бортов был разбит и многие весла сломаны.

При виде этого пленники, хотя и удрученные сво­им собственным тяжелым положением и ослабшие от ран, мучимые жаждой, разразились довольным сме­хом. Потому что они сразу догадались, что Берсе успешно таранил это судно, когда ветер поднялся в открытом море, и что неприятелю пришлось прекра­тить бой, когда он обнаружил, что у него осталось только три неповрежденных корабля. Они поплыли назад с поврежденным судном. Некоторые из пленни­ков теперь стали надеяться на то, что Берсе вернется и спасет их.

Но Крок сказал:

— Он потерял много людей, поскольку, когда я последний раз его видел, на корабле было много вра­гов. И он должен был догадаться, что очень немногие из нас остались живы, так как он не видел, чтобы наш корабль выходил из залива, так что более вероятно, что он попытается благополучно достичь дома с тем, что у него осталось, или на обоих кораблях, или, если у него осталось слишком мало людей, чтобы укомплек­товать оба экипажа, на одном из них. Если ему удастся благополучно добраться до Блекинге, хотя бы и только на одном корабле, история экспедиции Крока будет передаваться в Листерландии, и о ней будут помнить долгие голы. Теперь же эти люди, несомненно, убьют нас, поскольку они разозлены тем, что два наших корабля спаслись от их четырех.

В этом, однако, Крок ошибался. Им дали поесть и попить, а какой-то человек осмотрел их раны, после чего они поняли, что им предстоит стать рабами. Некоторые из них считали, что это предпочтительнее смерти, в то время как другие сомневались, не будет ли такая судьба еще хуже. Предводитель чужеземцев велел доставить своих рабов на берег и дал им воз­можность поговорить с викингами. Как оказалось, они все были родом из разных стран и говорили на раз­личных языках, но никто из них не говорил на каком-либо из понятных пленникам языков. Чужестранцы оставались на этом месте в течение нескольких дней, приводя в порядок поврежденное судно.