Чтение онлайн

Что касается второй темы, то ее связь с критикой капиталистического строя требует некоторых пояснений. Н. Ф. Федоров с созыеом Конференции Мира и с фактом инициативы, проявленной в этом деле русским императором, связывал ряд надежд на выполнение дела, которое он считал задачей своей жизни. Его не удовлетворяла постановка, которую придавала этому вопросу печать. В созываемой циркуляром 12 августа 1898 года конференции он видел нечто большее, чем попытку договориться о частичном разоружении. Он подчеркивал, что речь идет не о разоружении, а о конференции Мира и, благодаря ударению на слове «мир», ему представлялось необходимым поставить все вопросы на совершенно новую почву. В частности, по его мысли, работы подобной конференции не должны ограничиваться только юридической

*) II. Ф. Федоров обычно своим статьям давал длинные заглавии, которые должны были но его мысли охватывать в сжатом виде, не содержание произведения. Разсматриваемая статья носит следующий заголовок: «Выставка 1889 года —или наглядное изображение ,,|. цивилизации и эксплоатацин — юбилей столетнего господства среднего класса буржуазии пли городского сословия; и чем должна быть выставка последнего года XIX иска или перво-го гида XX, — точнее же выставка на рубеже зтлх двух веков; что XIX век завещает ХХ-му? (К проекту юбилейной столетней ки). «лап,я эта, сколько можно судить по переписке Н. Ф. Федорова, составила»], из ряда статей под разными заглавиями, предназначавшихся для публикации в разное время. Закончена она была по-.видимому в 1899 году.

А. СЕТИНИЬИН

стороной дела, взаимными обязательствами по вопросу о военных и морских контингентах и т. л. Для успешности выполнения своего дела конференция Мира «стоящая на высоте своего призвания» должна была поставить перед человечеством новые задачи, осуществление которых займет все свободные силы, в настоящее время направленные на взаимную борьбу и раздор. По его егозам: «конференция должна воинскую повинность, т. е. повинность взаимного истребления» превратить в повинность об'единения людей, обращенную на преобразование мира, на борьбу «против слепой силы природы, которая является основной, коренной причиной раздора, частным случаем которой и является война». (Там же т. II стр. 324). Эта задача примирения есть основное дело XX века. «Девятнадцатый же век смотрит на это дело чисто по ребячьи, думая, что можно уничтожить войну, не устранив причин вражды, причин в высшей степени законных». Постановка этих вопросов привела нашего автора к анализу природы современного милитаризма, который противополагается им старому священному милитаризму, защищающему прах отцов, обороняющему кремли (кладбища, гробницы предков) и оставляющему на произвол судьбы посады, в то время, когда «новый милитаризм защищает именно города с их богатствами, фабриками, торговыми складами, магазинами и оставляет без защиты кремли» (там же, т. II стр. 331). Таким образом новый милитаризм есть создание нового индустриализма, а этот вывод заставляет Н. Ф. Федорова спросить: «Что же такое промышленность?» На это он и отвечает в рассмат-. риваемой статье, частично повторяя в ней соображения, высказанные им более подробно в первой работе, посвященной выставке 1889 года.

Выставка 1889г. помысли Н. Ф. Федорова, является особенно примечательным фактом потому, что в ней полностью отразилось столетнее господство буржуазии. Первый вопрос, который он ставит по поводу ее, формулируется так: чем же должна :ыть выставка подводящая итоги XIX веку? Ответ на него необходимо получить хотя бы уже потому, что к началу XX зека «XIX век, отрекся от веры в небесное царство, от Града Бо-жия, отказался , можно сказать, от надежды и на земное счастье, от веры в царство земное, в град человеческий (пессимизм)». А такое двойное отречение, двойной отказ от всех чаяний, выдвигавшихся на заре Еступления на историческую арену нового класса буржуазии, позволяет говорить, что выстазка,

юдводящая итоги Х1Х-му веку «допжна быть критикою, а не пане-?ириком его». Это ртречение и отказ должны быть поняты и должно 5ыть выяснено то начало, которое заменило и веру в Град Божий, * надежду на осуществление земного царства. По словам Н. Ф. Федорова все последующие выставки будут выражать уже вырождение и вымирание буржуазии, «а потому выставке 1889 года, которая есть лишь непосредственное и бессознательное выражение 1уха времени, — т. е. господствующего класса, — нужно обра-гиться из временного в постоянный памятник буржуазной эпохи, з музей, как сознательное воспроизведение отходящего времени, — такое воспроизведение, из которого можно было бы понять, кому и чему служило третье сословие».

Это предложение превратить периодическую выставку в музей, по которому можно было бы судить в будущем о буржуазной эпохе, обуславливает две стороны дальнейшего изложения. Вся рассматриваемая нами статья, таким образом; разделяется ла. две части: с одной стороны на определение и характеристику гого импульса, на котором держится буржуазный строй и с другой —? на проект выставки-музея, которая должна составить постоянный памятник буржуазной эпохи.

Что касается первой задачи, то «запад слишком хитер», что-5ы откровенно сказать о том, во имя чего и для чего он суще-:твует. Раскрытие и прямая формулировка принципа современной хозяйственной деятельности не в интересах строя, все основания которого держатся на взаимных внутренних противоречиях и противоборствах. Строй, который утверждает о себе, что он существует, ради материального и нравственного (?!) благополучия большинства («большинство» прибавлено для того, чтобы придать некоторое нравственное значение промышленности, не сказано «в с е х» — из боязни впасть в утопию)», не может, ;ам явно выразить и указать, то начало, которому он служит и тот идеал, которым он живет и движется. Естественно поэтому, что такого рода разоблачение оказалось возможным для более простой и менее промышленной страны, где промышленность зсть лишь результат поздней сравнительно прививки. По словам Н. Ф. Федорова сделано это было русскими:

«Наша местная всероссийская мануфактурно-художествен-яая выставка 1862 года была близка к истине, она почти открыла кому служило и служит то общество, выражением, которого бы-па всемирная выставка 1889 года, она открыла это, поставив при

В. А. СЕТННЦКНЙ

самом входе на выставку изображение женщины, (или лучше — ] дамы, барыни, гетеры, — будет ли это наследница Евы, Елены, I Пандоры, Европы, Аспазии...) в наряде, поднесенном ей промыш-1 ленностью всей России из материй признанных вероятно, наи-] лучшими из всех, представленных на выставку, — изображе-1 ние женщины, созерцающей себя в зеркале и, кажется, сознающей свое центральное положение в мире (конечно, европейском | только) сознающей себяк онечною причиной цивилизации и куль-'] туры.>.

Таким образом, обнаруживается то, что лежит в основе совре- -менного строя и становится ясным, что «вся культура есть культ! того идола, который поставлен был при входе». Такая характе- \ ристика, данная Н. Ф. Федоровым вопросу об основе нашей сов- | ременной хозяйственной жизни, рассматривающего ее, как про- I дукт гипертрофированного, вследствие не надлежащего направ- 1 ления всей жизни, и доведенного до высокого напряжения полового влечения, выдвигает вопрос о роли и значении этой потребности хозяйственной жизни и- в экономическом строительстве. Из двух двигателей человеческой жизни, которыми являются, по слонам Шиллера, голод и любовь, наш автор подчеркивает, что любовь и любовь половая (похоть), является тем фактором, кото-рый приводит к построению современного общества и созидае-, мого им строя. Таким образом, говоря о построении музея, долженствующего быть памятником протекшего столетия, музея! столетнего господства буржуазии, он говорит о том, что в основу его должна быть положена книга или литература возможно полно ] выражающая существо этой эпохи, связанной с культом женщины. Такою книгой является энциклопедия, «которая прежде чем, «сделаться книгою», была остроумным, банкетным разговором, была «проектом промышленного государства, т. е. земного сча- I стья, проектом царства женщин, и создавалась под влиянием, женщин».

Но, если такова основа, таков проект, то самый музей третьего | сословия должен быть возможно полным изображением и истол-1 кованием этого царства женщин, их господства,«господства не< тяжелого, но губительного». При этом самое изображение долж-< но быть наглядным, ибо будущие поколения, которые должны] будут знакомиться с подобным музеем окажутся не в силах понять многое, что им будет показано и представлено. Поэтому такой мЯ зей нельзя строить в форме склада и магазина, как сейчас построя-

КАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ СТРОЙ В ИЗОБРАЖЕНИИ Н. Ф. ФЕДОРОВА 265

ются выставки. Он должен быть построен так, чтобы все предметы, которые будут там выставлены, были показаны исполняющими свое назначение; они должны быть представлены «влияющими на человека, подчиняющими его себе, держащими его в вечном детстве, несовершеннолетии, расслабляющими его тело, уродующими его душу».

Такое расположение должно выдвинуть в центр рассмотрения изображение того явления в жизни буржуазии, в котором наиболее отчетливо обнаруживается и раскрывается все то, для чего весь этот строй существует, цель и конец всего хозяйственно-производственного процесса, цель и конец, которые одновременно являются началом, побуждающим к деятельности, началом, приводящим в движение всю сложную машину современного капиталистического строя. Таким моментом является для буржуазного общества бал, собрание (ассамблея) лиц, принадлежащих к правящему классу или связанных с ним.