Чтение онлайн

— От то так, — согласилась Вита. — Туточки я согласна. Встретятся. Наша Катерина любую стену лбом прошибет. Мне б таку уверенность.

— Да у тебя сейчас и своей хватает, — прошептал Прот. — Завидую. Ты только ее, уверенность, не порастеряй.

Вита хмыкнула:

— А ты следи. Как только хде прохудится, сразу пхни меня. Заштопаю свою уверенность.

— Пихну, — Прот улыбнулся. — Вита, а ты меня совсем не опасаешься? Дара моего проклятого? Остальные меня касаться не очень-то желают. Даже Екатерина Георгиевна иной раз спохватится.

— Ни, я не боюся, — Вита слегка запнулась. — Ты и так про меня все знаешь. Та вы все по меня все знаете.

— Я чуть больше знаю, — печально сказал мальчик.

— То про Геру? Та я не больно скрываю, — пробурчала девушка. — Я и ему почти в лицо сказала. Только он не понял. Или подумал, що смеюся.

— Да понял он все, — пробурчал Прот. — Ему бы самому… уверенность заштопать. Сито, а не уверенность.

— При чем тут сито? Он же с Катерины глаз не сводит. А я хто такая поряд с ней? Жидовка порченная…

— Да что ты со своим еврейством каждый раз высовываешься? — рассердился Прот. — Он о тебе как о еврейке и не думает. Ты ему нравишься. Пусть и не так, как Катерина, но все равно. Только запутанно у него в голове все.

— А що надо, щоб распутать?

— Сейчас я тебе усе скажу, — ехидно пообещал Прот. — Ага, записывай. Я и так с ума схожу, а если ваши сердечные движения начну отслеживать, то прямо завтра непременно и рехнусь. Я тебе что — бабка-знахарка? Приворотное зелье тебе взболтать? Фигушки. Сами разберетесь. В таких делах никто не помощник.

— Та ладно, — Вита удобнее вытянула ноги, — я не тороплюсь. Как Катерина говорит — без суеты и согласно этой… диспозиции. Если Гера с нами поедет, по-разному может обернуться. Ты только меня перед ним не позорь.

— Уж не знаю кто из вас двоих глупее, — вздохнул Прот. — Права Екатерина Георгиевна — истинные дети.

Вита промолчала. Сам-то кто? Подумаешь, колдун древний.

Прот хихикнул:

— Слышишь? Строит кого-то наша генеральша.

За окном действительно негромко разговаривали. Вита разобрала знакомый голос Катерины и сбивчивое мужское бормотание.

— За два фунта сахара? — задумчиво переспросила Катя. — А почем нынче фунт? Сто шестьдесят целковых? Однако.

Мужчина снова забормотал.

— Нет. Не торгуйся, — с усмешкой ответила предводительница. — Не дам. Я так, из интереса справлялась. Меня так дешево еще никто не торговал. Гуляй отсюда, кондитер херов.

Претендент проявил настойчивость.

— Русского языка не понимаешь? — удивилась Катя. — На мове объяснить, что ли? Иди отсюда, озабоченный. Я девушка благопристойная, по соборам да монастырям благости безмерно набралась, мне такие пошлые разговоры вовсе и вести не пристало.

Невидимый мужчина что-то коротко сказал, и Катя обозлилась:

— Еще хамить будешь? Маньяк рельсовый. Под вагон еще с таким лезть? Хочешь — на!

Послышался звук короткого удара, сдавленный стон мужчины. Все затихло.

— По мудям врезала, — задумчиво прошептала Вита. — Так с ними и потребно.

— Да, это она без разговоров, — согласился Прот. — А ведь могли бы сладенького утром погрызть.

— Вот дурень! — Вита щелкнула мальчика по лбу. — Спи, бесстыжий.

***

В город въехали поздним утром. Промелькнула река в заросших берегах, фабричные строения. Под конец набравшись прыти, состав лихо подкатил к гомонящему перрону. Катя с опаской посмотрела на толпу — если сразу посадку начнут, разведгруппа рискует остатками здоровья. Впрочем, предвиделись осложнения и иного плана: за толпой виднелась цепочка солдат. Документики проверяют. Ну, к тому все и клонилось.

Сквозь толпу пропихались без особых осложнений. Катя изображала ледокол, Прот следовал в кильватерной струе, Вита прикрывала тылы, довольно ловко отпихиваясь чайником.

Катя направилась к ближайшему пропускному пункту, где командовал смуглый поручик. Решительно рявкнула:

— Господин поручик, извольте немедленно о нас доложить. И прикажите подготовить транспорт для дальнейшего следования.

Тон, вероятно, был выбран неверно. На красивом лице поручика отразилось недоумение, щегольские усики дрогнули, он явно собрался выдать что-то язвительное. Опережая, Катя сунула ему листовку с описанием Прота:

— Не до куртуазности, поручик. Извольте срочно известить командование. Мы чертовски устали.

Вовремя, краем глаза Катя уловила движение — от служебной двери вокзала торопился штабс-капитан, за ним двое солдат, следом еще один поручик, на ходу застегивающий портупею.

Главное, — многозначительный вид. В штаб разведгруппа отправилась на роскошном "паккарде". Комфортабельность лимузина слегка портил конвой, возглавляемый аж подполковником. Один из офицеров разместился рядом с Протом, остальные висели на подножках. Поразмыслив, Катя сочла такое внимание хорошим знаком. Расстреливать сразу не будут, следовательно, представится случай пообедать.

Между тем, город явно изменился. Катя с некоторым изумлением увидела на перекрестках пулеметные гнезда, блиндированные мешками с песком. В глаза бросалось изобилие патрулей. У моста путь перегораживала солидная баррикада, проезд перекрывала рогатка с колючей проволокой. Здесь тоже проверяли документы. Правда, "паккард" пропустили без проволочек.

Окончательно Катю потряс красный флаг на балконе гостиницы "Астория". Два броневика стояли у подъезда, настороженно развернув пулеметные башни вдоль улицы. Вдоль фасада гостиницы тянулись все те же мешки с песком, у дверей торчали какие-то люди с винтовками. Конвой "паккарда" тоже косился на красный стяг. Коренастый штабс-капитан неприлично харкнул в сторону "Астории", за, что поручил краткое, но резкое внушение от подполковника.