Чтение онлайн

Вообще, традиция «отмечать» укоренилась на этом кусочке Лоскутного мира ужасающе давно. Отмечать можно было что угодно, от наступления нового года до удачной охоты. Почти любая встреча двух совершеннолетних обитателей Китежа мужского пола начиналась со следующего диалога:

— Ну что, отметим это дело?

— Отметим!

Причем «это дело» являлось понятием совершенно метафизическим, понять, что же это такое, не могли мудрейшие из мудрецов. Собирающиеся отмечать удалялись в ближайшее заведение, где продавали горячительные напитки, и спустя час их можно было уже не искать.

Результат поисков все равно никого бы не устроил.

— Ну что, пойдем в кабак, отметим? — сказал Арс в лучших традициях разгульной родины. — Я угощаю!

Сладкое слово «халява» способно превратить трезвенника в алчного пьяницу, а выдержанного скромника — в жадного хапугу, от деяний которого придут в ужас даже ростовщики. Но особенно много значит оно в жизни студента, для которого возможность выпить или поесть на дармовщинку иногда вопрос жизни или смерти.

— Пойдем, — поспешно согласился Рыггантропов, даже не задумываясь, откуда у однокашника, никогда не бывшего особенно богатым, взялись деньги. — А что такое кабак?

— Увидишь. Тили-Тили, идем с нами. Там будет весело, тебе понравится!

Йода покрутил головой, но все же засеменил вслед за высокорослыми спутниками. Уши его стояли толчком, а глаза шныряли из стороны в сторону, собирая впечатления.

Кабак оказался стоящим на отшибе одноэтажным строением (кривым, как и все прочие). Над крыльцом висела вывеска с изображением громадной кружки, а двери оказались гостеприимно распахнуты.

На лавочке около кабака грелись на солнышке несколько тощих, точно сушеная рыба, типов. Носы их были сизыми, глаза — мутными, а исходящая из щербатых ртов волна перегара заставляла падать на лету даже мух. Всю землю вокруг забулдыг покрывали мушиные трупики.

— Голь кабацкая, — сказал Арс с таким умилением, словно увидел близких родственников. — Эй, мужики, подымайтесь! Сегодня я наливаю!

Представители голи зашевелились, на их лицах появились одинаковые заискивающие улыбки.

— Глядь, парни, — просипел один из них, — их волшебническое достоинство, а понимает! Наш человек, наш!

Все происходящее Рыггантропову очень не нравилось. В силу небольшого объема мозга он не был склонен к наблюдению и сравнению, но не заметить произошедшую с Топыряком перемену смог бы разве что глухой и слепой пень, гниющий в глубинах безлюдного (и безэльфьего) леса.

Всегда спокойный и выдержанный Арс неожиданно превратился в бесшабашного гуляку. Словно вольный воздух родины ударил ему в голову и самым банальным образом «сорвал крышу».

В кабак Арс вступил во главе небольшой, но все же процессии. Слева выступал Рыггантропов, справа семенил почти невидимый Тили-Тили. В арьергарде тащилась кабацкая голь.

Внутри оказалось пусто и скучно. Кабатчик, дремавший у стойки, выпучил глаза и поспешно выпрямился.

— А подать сюда ведро зелена вина! — голосом громким и повелительным, какого от него никто в университете никогда не слышал, приказал Арс.

— А уважаемый, — заюлил кабатчик, — имеет возможность заплатить?

— Ты сомневаешься в слове мага? — Арс величественно сверкнул глазами. — Или жаждешь быть обращенным в таракана?

Голяки дружно хмыкнули.

— Нет, нет, что вы, — кабатчик поспешно заулыбался. Он прекрасно понимал, что ссориться с магом — себе дороже, даже если этот маг еще мальчишка. — Я пошутил. Сей секунд!

Рыггантропов недоуменно моргнул, когда на стойке появилось самое настоящее ведро. Вместо ожидаемой зелени оно было полно какой-то прозрачной жидкости, по виду напоминающей обычную воду.

К ведру прилагались деревянные чарки в количестве десяти штук и блюдо с солеными огурцами.

— И это мы будем пить? — спросил Рыггантропов.

— А как же, — ответил Арс, ловко зачерпывая чаркой прямо из ведра. — Я, правда, думаю, что одного не хватит, придется еще брать… Гуляем!

Дрожащие в предвкушении голяки шустро наполнили собственные чарки. Рыггантропов последовал их примеру — от жидкости в ведре шел сильный спиртовой дух, изгонявший сомнения в ее водянистости. Тили-Тили, когда ему предложили чарку, зашипел было, заплевался.

— Ты меня уважаешь? — грозно надвинулся на него Арс. — Тогда пей!

Йода сдался.

— Ну, за возвращение! — возгласил Топыряк тост, чарки соприкоснулись с деревянным стуком.

Арс ловко опрокинул в себя посудину и тут же захрустел огурцом.

— Пей! — приободрил он замешкавшегося Рыггантропова. — Это тебе не пиво, тут цедить не надо…

Рыггантропов вылил зелено вино в глотку и едва не заорал. Гортань обожгло, из глаз полились слезы. Спасло его только то, что обжигающая жидкость мгновенно провалилась в утробу. Там стало тепло.

— Кстати, — Арс неожиданно решил представить собутыльников друг другу, — это вот Рыггантропов. Это Тили-Тили, но вы можете звать его Трали-Вали… А вас как звать?

Имен голяков Рыггантропов не расслышал, все приходил в себя после первой чарки. А самый тощий из новых знакомых, отличающийся хриплым голосом, уже вновь тянулся к ведру:

— Дык, эта! Между первой и второй… За знакомство выпить надо!

— Надо, — согласился Арс. — Наливай!

— За знакомство! — чарки вновь столкнулись.

Далее гулянка пошла по нарастающей. Свалившегося после третьего тоста Тили-Тили голяки заботливо подняли (сомлел, болезный!) и уложили на лавку в углу (пущай отдыхает!).

Голова Рыггантропова звенела. Тщетно пытаясь сфокусировать взгляд, он смотрел, как кабак наполняется народом. Откуда ни возьмись, появились музыканты с дудками и гуслями, зазвучала задорная мелодия.

Гуляки, кряхтя и прихлопывая, ринулись в пляс.

— Волшебники гуляют! — донесся с улицы задорный крик. — Всем наливают! Айда, братва!