Чтение онлайн

Да нет, брат, сказал он себе. Насчет голых рук — это, ты сам понимаешь, байка из несмешных. Не взять его руками голыми. Вопрос еще, взять ли вообще. Так взять, как планируется — до единого, до самого малого и незаметного.

И пока — ни единого выстрела за исключением того случая, когда Егоров из своего дробовика змеюку уложил. А бойцы у подъездов стоят. И квартир, где змеи — и люди, ими убитые — есть, не одна и не две оказалось. Где пара таких на дом, а где и три, четыре… Но ни один гремучник на улицу выбираться не спешит. Потому и выстрелов не слышно, что стрелять пока не в кого.

Он вынул из пачки сигарету и стал разминать ее пальцами. Почему все-таки не выползают? Ведь сколько людей внизу — самое время на охоту. Не могут же они знать, что люди эти вооружены. В конце концов, не развилась же у них, мутантов, еще и интуиция сверхъестественная. Или?…

Телешов поежился. Да без всяких тут «или», а просто потому, что пищи им пока хватает там, где они находятся.

Он неспешно обошел дом, подойдя с той стороны, где подъемники уже начинали выдвигать лестницы наверх, к крыше. Спасатели — часть в костюмах химзащиты и с баллонами репеллента, часть с дробовиками — сгрудились у машин, однако на лестницы подъемников никто пока не спешил забираться. Почему? Теперь-то что останавливает?

Сергей поискал взглядом знакомых, — Пашиняна, Зинченко, Кремера — но никого из них поблизости не было.

Где-то — не очень далеко — застрекотал вертолет. Гул лопастей быстро приближался.

— Первый, я борт один. — Пилот внимательно рассматривал крышу дома, над которым зависла его машина. Вертолет покачивало, и прожектор выхватывал вентиляционные трубы, антенны, патрубки очистных стояков, прикрытие козырьками. — Змей пока не вижу. Повторяю: змей пока не вижу. Делаю проход вдоль здания.

Второй пилот показал рукой вниз.

— Смотри, там. Можем посветить?

Машина развернулась правее. Луч прожектора выхватил очередную группу антенн и труб.

— Есть! — Второй пилот почти кричал. — Засек? Две, рядышком устроились. И здоровенные же, стервы…

— Первый, я борт один. Вижу двух змей на крыше, ориентировочно у восточного торца здания. Повторяю, вижу двух змей…

— Хорошо, что засекли на первом же доме, — задумчиво проговорил Голышев.

— Да, — сказал Мостовой. — Придержали все-таки ребят на земле. А то был бы уже цирк.

— Значит, так, Вячеслав Алексеевич. Вертолет нам, думаю, теперь без особой надобности.

— Почему? — удивился сидевший неподалеку от стола шеф ФСБ. — Разве не стоит проверить и все остальные дома?

— Нет смысла, Алексей Борисович, — отозвался начальник штаба. — Исходить надо из того, что на крыше любого из них змеи могут быть. А вертолет над головами у людей только суматоху вносить сейчас будет.

— Кроме того, — вмешалась Ламанча, — даже на «чистых» крышах змеи могут появиться из стояков в любой момент.

— Именно, — кивнул Голышев. — Алина Витальевна, какую последовательность действий можете рекомендовать?

Зинченко переводил взгляд с генерала на Алину. Поди разбери большое начальство, подумал он. Тоже ведь калачи тертые. То ли действительно хотят понять, что и как, то ли все-таки подстраховаться: рекомендовано специалистом, а с нас спрос какой? Сейчас, конечно, не до поиска мотивов — однако и не сказать, чтобы такая уж непонятная задача была, с этим подъемом на крыши.

— В любом случае первыми, думаю, должны идти люди с ранцевыми баллонами. Начинать распылять репеллент уже на подходе к крыше, за несколько метров до нее. — Наговицына на секунду задумалась. — И сразу же за ними люди с ружьями. Обезопасить зону для подъема остальных: с лебедками, со шлангом и так далее.

— Похоже на план, — согласился Голышев.

— Для стрелков, — вмешался Мостовой. — Алина Витальевна, каково может быть минимально безопасное расстояние?

— Вы хотите знать, с какого расстояния змея может атаковать?

— Именно это.

Наговицына снова задумалась.

— Гремучник в состоянии сделать бросок где-то на половину своей длины. Нам уже известно, что четырех-пяти метров наши мутанты достигают. — Она нахмурилась и предупреждающе подняла указательный палец. — Но это то, что нам известно. Я бы все-таки говорила о дистанции в метра три-четыре. И это, думаю, абсолютный минимум. Ближе подходить нельзя при любых обстоятельствах.

Мостовой жестом подозвал Зинченко.

— Давайте по радио, всем бригадам. И тем, что на крышу пойдут, и тем, что у подъездов. Четыре метра. Ближе не подходить — и не подпускать.

Интересное сообщение, подумал Бардин. Переоблачился, значит, наш Йосик. «Пастух» описал все вкратце, в нескольких словах, но представить не сложно. И вполне наглядно представить. Камуфляжка, шевроны МЧС, все как положено.

Все это, впрочем, было понятно. Ведь рано или поздно мистеру Коулмэну нужно будет в самой гуще событий оказаться — а, значит, и влиться в ряды. И не особо, конечно, прятался он со всем переодеванием. Понимал, что этого мы от него и ждем. Знал, что это мы ему сделать обязательно позволим. Для приличия, конечно, попетлял, поиграл в прятки — но разве что для приличия. Иное дело, когда соберется от «пастуха» отрываться. Это он будет делать уже всерьез. По-настоящему. Когда?

Видимо, тогда, когда змеи пойдут. Хорошо бы, чтобы пошли, подумал подполковник. Чтобы вся эта химия гадов все-таки наружу выдавила. Йосик Йосиком, но гремучников уничтожить нужно вчистую. Если задача такая ребятам из МЧС по зубам…

И рюкзачок. Тоже камуфляжный такой, полевой аккуратный рюкзачок. Зачем? Что там у тебя, коллега, какие достижения передовой американской науки? Заглянуть, конечно, можно было бы без проблем — отвели в сторонку, да и заглянули. Но — рано. Нам нужно, чтобы ты, Йосик, с другом Колей нам все поэтапно продемонстрировал. Понятно пока одно: дожидаешься ты появления главного героя нашего с тобой боевика. Почему дожидаешься и что собираешься при встрече этой делать — вопрос открытый. Ну да закроем и его. Прислали к нам явно не мальчонку, однако под таким микроскопом оторваться от нас ты права не имеешь. И я так думаю, что не оторвешься.

На крыше соседнего дома грохнули выстрелы. Сергей рывком повернулся в ту сторону. Ему не было видно, что происходит наверху, но криков — отчаянных криков столкнувшихся со смертью людей — он не услышал. Отрывистые команды, выстрелы, снова обрывки фраз. Нервозность — да. Еще бы без нее. Но паники нет. Он снова посмотрел на стрелу подъемника. Двое человек, взбиравшихся по лестнице один за другим, были уже у самой кромки плоской крыши. Неуклюжая фигура в химзащите — и следом за ним стрелок. Первый, перехватив планку согнутой в локте рукой, начал широкими движениями распылять репеллент. Понятно. Отогнать тех, что могут быть наверху. Спасатель с ранцем взглянул вниз, на товарища. Тот кивнул и стал взбираться наверх.