Треон
Шрифт:
Во дворик, как всегда бодрый, вошел Джамаль.
– Вот ты где, - сказал он, и сел рядом. Он вытащил из кармана помятую, слегка надломанную посередине самокрутку, и стал крутить ее в руках, пытаясь восстановить целостность.
– Нормально сработал, - сказал он.
– Ты тоже, - натянуто улыбнулся Михей.
– Что, никак не можешь отойти?
– Да нормально. Пацанов только жалко.
– Такова война, брат, - развел руками Джамаль. – Люди умирают. Каждый день.
– Я знаю. Просто забыл, каково это – терять друзей.
– Скоро вспомнишь. А вообще, у нас тут не принято горевать. Мы обязательно выпьем за всех погибших, при случае. Но лить слезы – типа плохая примета. Завтра на их месте можем оказаться мы. А может даже сегодня, если мальцы попробуют отбить эту гребаную высотку.
– У тебя все так просто… Откуда ты родом?
– Я с Ямайки, брат.
– Ясно.
Джамаль, наконец, закончил «лечить» папиросу и закурил.
– Ну, а ты, значит, работал со Страйкером на базе?
– Да, было дело.
– Значит, ты знал Алмаева?
Михей даже растерялся от такого вопроса.
– Ну, не то, чтобы знал, - он осторожно подбирал слова, - так привет-привет. Мы особо не общались.
– Вот как? Жаль. – Джамаль выпустил густой клуб дыма. – А вот Страйкер успел с ним немного пообщаться. Он ведь готовил его к бою с тем треонцем, ты знал?
– Конечно.
– А ты знал, что Алмаев тоже служил в Алжире?
– Что, правда? Нет, я не знал. – Михей начинал нервничать.
– Вот уж точно – мир тесен. Два Михея, вместе служили, затем вместе оказались на Треоне. Бывают же совпадения, - Джамаль усмехнулся.
Михей, прищурившись, смотрел на него. Этот великан с Ямайки, похоже, обо всем догадался. Насколько Михей успел узнать, Джамаль был совсем не глуп. Он мог и не клюнуть на ту нелепую легенду, придуманную Страйкером. Может быть, Михею стоило раскрыть карты? Но что, если он все же ошибся?
– Ладно, проехали, - похоже, Джамаль решил закрыть тему. Он протянул Михею самокрутку. – Будешь?
Михей отказался.
– Страйкер говорил, что ты достойный пацан. – Джамаль не смотрел на Михея.
– Но пока не посмотришь на человека в реальном деле, это все – просто слова. Сегодня ты эти слова оправдал. Теперь ты свой, член семьи, вникаешь?
– Вникаю, - кивнул Михей.
– Ну ништяк! – Джамаль протянул ему сжатый кулак. Михей ударил по нему своим.
– Как тебе мой пулемет? – Спросил он через минуту.
– Классная машинка, - Михей вытянул губы. – Немного тяжеловата для меня, но такая мощь, она и не может быть легкой, так ведь? Оружие как раз для тебя.
– Это, мать его, лучший ручной пулемет в мире. Я тебе говорю.
– Хм, - улыбнулся Михей. – Приятно слышать такое о русском оружии.
– Да, у вас всегда умели хорошо делать две вещи: водку и оружие.
– Ну не только, - возразил было Михей.
Тут во дворике появились Каримов, Краснов и Страйкер.
– А вот и наш новичок, - радостно сказал лейтенант.
Они подошли ближе.
– Неплохо справился, - сказал Каримов. – Для первого боя совсем неплохо. А? – он поддел Страйкера локтем, - твой кореш и в самом деле достойный мужик.
Страйкер подмигнул Михею и сказал:
– Похоже, ты сегодня заработал несколько очков.
Страйкер говорил о ранговой системе. Это нововведение Солярис. Руководство решило поощрить своих самых эффективных солдат и, наряду с медалями и орденами, ввело своего рода бальную систему. За успешные действия в бою солдату начислялись очки ранга, которые можно было потратить на различные бонусы: от более мощного оружия и спецбоеприпасов, до дополнительных пайков и внеочередного отпуска. Страйкер, например, приобрел себе подствольный гранатомет и боевой лазер, Арафат несколько тактических ножей, и кое-какие модификаторы для своей снайперской винтовки, Джамаль взял новый пулемет, а Бомбер аэрозольные гранаты.
– Еще пара таких сражений, и сможешь прикупить себе что-нибудь в нашей лавочке.
– Как там Рамзан и Поль? – Спросил Михей.
– Нормально. Ничего серьезного. Пара недель в госпитале и будут как новенькие. – Сказал Каримов и добавил, - правда, не факт, что их вернут в нашу роту.
– А ты? – Вспомнил Страйкер. – Ты, кажись, тоже был ранен, ходил в медпункт?
– Да мне как-то неудобно было, с такими пустяками… У них там и без меня работы полно.
– Пустяки или нет, это им решать! – Отрезал Рик. – Давай шуруй к врачу.
– Есть, - недовольно отозвался Михей.
Осколок угодил в одно из слабых мест костюма, под основание правой руки. Засел совсем неглубоко, всего в полутора сантиметрах. Доктор вынул его, вонзив в рану острые щипцы, и положил Михею на ладонь. Просто маленький треугольный кусок металла. Страшно подумать, сколько боли и страданий он может принести живому существу.
Выйдя из трейлера мед службы, Михей наткнулся на Карлоса. Тот был без шлема, с зеленоватой повязкой на правом глазу.
– Михе-ей! – Карлос налетел на него с объятьями. – Как я рад тебя видеть!
– Привет, - Михей обнял друга. – Как ты? Что с глазом?
– Да пустяки, - махнул рукой Карлос. – Один гад врезал мне по башке мечом. Визир разлетелся, осколок угодил в глаз. Ерунда. Сам-то как? Что-то не заметно, что ты ранен.
– А, просто царапина. Лучше скажи, что там наши? Живы?
Карлос склонил голову и вздохнул.
– Твою мать… - Ругнулся Михей.
– Вот так. Первый же бой, и их нет.
Медпункт был оборудован у подножия холма – дальше колесные машины просто не могли проехать, местность вокруг была перепахана воронками. Михей и Карлос стали подниматься наверх. День был в самом разгаре, стояла жара. Откуда-то с Востока продолжали доноситься звуки боя.
Они шли по уничтоженной дороге, практически полностью повторяя тот путь, который Карлос проделал утром, во время атаки. Комья развороченной земли уже успели высохнуть и хрустко крошились под ногами. Чуть справа, на обочине, стоял поврежденный танк. Над ним корпели механики. Михей оступился, и чуть не упал, ухватившись за протянутую Карлосом руку. Он глянул под ноги и увидел ботинок с частью ноги. Ему вдруг сделалось дурно.
– Черт! – Михей открыл визир шлема и сплюнул. – А, вот черт! Ненавижу это! К этому невозможно привыкнуть.