Чтение онлайн

Что-то случилось. Каким-то невероятным непостижимым образом он теперь знал весь сюжет той поэмы, от начала и до трагического конца.

[1] PTM – от англ. personal tactical monitor – персональный тактический монитор.

[2] Мальцы – так называли солдат Малой Колонии.

Высота имела тактическое значение. С нее просматривалась вся территория в радиусе десяти километров. На небольшом пологом холме разместилось какое-то предприятие пищевой промышленности. Крупный отряд треонцев укрылся за толстыми стенами завода. Разведка сообщала о нескольких танках, которые, впрочем, какое-то время назад вдруг пропали и больше не появлялись. Бой предстоял не легкий.

После непродолжительной артподготовки две роты Соляриса бросились в атаку. Шли цепочками, укрывшись за танками. Над головой раздался страшный свист. Земля задрожала от десятков взрывов вражеских снарядов. Все пространство вокруг заволокло черными клубами, отовсюду сыпались комья. Михей бежал, не разбирая дороги, ничего и никого не видя вокруг. Он только чувствовал справа плечо Бомбера. Биомаркеры Страйкера и Краснова горели где-то впереди. И Михей бежал, зная, что есть еще кто-то, и что он не сбился с пути и не побежал вдруг в обратную сторону.

Очередной взрыв прогремел совсем близко. Что-то маленькое и острое вонзилось в тело под правой подмышкой. Михей запнулся, едва устояв на ногах. Бомбер пропал. Его больше не было.

Впереди, сквозь черную пелену, виднелось подножие холма. Дымящиеся развалины завода огрызались пулеметными очередями. Пролетело несколько реактивных снарядов, оставив в воздухе белесые хвосты. Михей знал, что это пустяки для танков. Их защитные орудия уничтожали любую угрозу на подлете. А вот там, откуда они были запущены, сразу же стало жарко. Огненные шары вспыхнули и погасли, подняв в небо черные закручивающиеся спиралью клубы.

Прогремели и утихли последние взрывы, треонская артиллерия замолкла. Наступающие бежали по изрытой воронками земле. Некогда зеленое ровное поле превратилось в черно-серое бугристое месиво.

Шумовой фильтр шлема приоткрыл мембрану. Мир снова наполнился стоном войны. Тарахтенье треонских пулеметов, мерное рычание танков, гавканье их пушек, когда разгоняемые электромагнитными ускорителями снаряды преодолевали звуковой барьер. И еще гул вертолетов где-то позади.

Первая линия атакующих как раз вошла в слепую зону пулеметов, когда три винтовые машины пронеслись у них над головами, поливая противника огнем и железом. На холме вспыхнуло пламя объемных взрывов. Возможно ли выжить после такого?

Тут на вершине раздался страшный оглушительный треск. Что-то чудовищно скорострельное. Один вертолет задымился и повернул назад, охваченный пламенем. Другой взмыл вверх, уходя от реактивной гранаты. Третий нигде не было видно.

Михей взбирался на холм, тяжело перебирая ногами. Его нагнал Рамзан.

– Дауай, дауай, - прохрипел он. – Сейчас самый жара начнется!

Он был прав. Все, что было до этого, это была лишь разминка. Настоящее дело ждало их на вершине холма. Несмотря на все старания, ни артиллерии, ни вертолетам, не удалось полностью подавить треонцев. Они все еще были там, и ждали, готовые дать отпор ей, пехоте, царице полей.

Второй вертолет потерял часть хвоста и, закружившись, рухнул прямо у вершины. Лопасти продолжали вращаться, врезаясь в землю, загибаясь, и закручиваясь. Машина накренилась, завалилась на бок, и, переворачиваясь, покатилась вниз. Третий вертолет появился в сотне метров слева. Он летел назад.

Вершина приближалась.

– Сюда-сюда, плотнее, - скомандовал Страйкер.

Михей ускорился, и почти прижался к его спине. Сзади подпирали Джамаль, Гейб и Нейтор.

Показалась обвалившаяся крыша завода, потом стены. Танк смял хлипкие остатки сетчатого ограждения, и повернул чуть правее. Башня, напротив, повернулась влево, и ствол гавкнул, запустив снаряд в одно из окон. Тут снова застрочили пулеметы и появились треонские танки.

Михей нырнул в ближайшую воронку. Туда же упали Страйкер, Гейб и Джамаль.

– Все живы? – Спросил Рик.

– Рамзан, - сказал Михей. – Он шел рядом.

Биомаркер Рамзана зеленел где-то за пределами воронки. Страйкер окликнул его, тот тут же отозвался.

– Мэня ранило! – Крикнул он.

– Надо его вытаскивать, - сказал Страйкер. – Джа, Михей, прикройте. Гейб, берем его, и сразу назад.

Джамаль протянул Михею свой пулемет.

– Держи, брат, - сказал он, а сам снял с плеча треонскую винтовку.

Михей подключился к ОЦУ пулемета и высунул ствол из воронки. Прямо напротив находилось три окна. Одно прикрыто по диагонали бетонной балкой, другое на две третьи закрыто чем-то железным, последнее, то, что в середине, ничем не защищено. Второй этаж почти полностью разрушен. Кто-то, кажется, укрылся в развалинах. Окно наверху открыто, но там никого.

Пулеметчик скрывался за крайним правым окном. Он стрелял короткими очередями, почти не останавливаясь. За бетонной балкой тоже укрылся стрелок. Но он, похоже, был вооружен пистолетом-пулеметом – звук выстрелов был тише и мягче. Михей и Джамаль открыли огонь. Им ответили. Очередь вспахала землю рядом с Михеем. Кто-то показался наверху, из-за обломка стены. Михей задрал ствол вверх и срезал его очередью. Треонец упал. Он еще продолжал шевелиться, но больше не стрелял. Михея это устраивало. Он сосредоточил огонь на пулеметчике. Проделав несколько крупных дыр под окном, они с Джамалем, похоже, достали-таки стрелка, потому что огонь прекратился.

Страйкер и Гейб затащили в воронку Рамзана.

– Извини, Артур, был занят, - Страйкер был на связи с лейтенантом.

– Ты как? – Спросил Михей Рамзана. Плечо и грудь у того были в крови.

Рамзан, застонав, ответил:

– Ай, щас помру.

Гейб бросился проверять мед-монитор.

– Жить будет, - сказал он. – Навылет, органы не задеты, кровь уже останавливается.

Тут в шлемофоне по общему каналу раздался голос Каримова. Лейтенант разъяснял план действий. Они с Арафатом, Тикеем, Нейтором и Красновым залегли в соседней воронке, в нескольких метрах правее. Михей, Гейб, Арафат и Тикей под дымовой завесой и под прикрытием остальных должны добежать до следующей воронки. Затем, под их прикрытием, остальные должны добраться до завода и забросать врага гранатами.

Гейб взял пулемет Рамзана.

– Потом верну, дружище, - пообещал он.

Михей и Гейб приготовились, и по команде Каримова рванули вперед.

Примерно через тридцать минут высота была взята, а враг полностью уничтожен.

Михей сидел на кирпичах во внутреннем дворике завода и переваривал события минувшего утра. Еще не было и полудня, а они праздновали победу. Это был его первый бой, здесь, на Треоне. Михей боялся, но не трусил. Старался драться хорошо, чтобы не подвести товарищей. Он застрелил нескольких райлов, еще нескольких убил гранатой. Что он чувствовал при этом? Да ничего. Просто делал свою работу. Просто пытался остаться в живых. И ему повезло. А сколькие погибли разорванные взрывом, застреленные, заколотые и зарубленные мечами. Их тела теперь лежали ровными рядами в одном из помещений завода, накрытые тряпьем и бумагой, найденными здесь же. Семьдесят три человека. Почти половина из тех, кто утром шел в атаку. Еще тринадцать тяжело раненных сейчас корчились и стонали от боли в трейлерах мед службы. Некоторые из них останутся инвалидами, другие, возможно, вернутся в строй. И трудно сказать, кому из них повезло больше.