Чтение онлайн

Но адмирал Нагумо решил иначе. Он имел четкие указания из Токио добиться поставленной цели, а потом вернуться с эскадрой назад. Япония не была заинтересована в захвате Гавайских островов. Ее цели лежали в южной части Тихого океана и в Юго-Восточной Азии. Нагумо успешно выполнил свою миссию. И больше ни в какие дискуссии вступать не собирался.

— Мы одержали победу. Теперь пора домой.

Спустя полчаса из Токио пришло подтверждение:

"Возвращайтесь!"

На мачте «Акаги» взвились сигнальные флаги. Корабли строились за тяжелым авианосцем в походный порядок. Флот взял курс на север и исчез в ледяной пустыне северной части Тихого океана — там, откуда и появился.

Примечание переводчика:

Отказ адмирала Нагумо продолжить боевые действия у Гавайских островов до сих пор не дает покоя историкам разных стран. Уже через год адмирал Ямамото говорил, что "отказ от нанесения второго удара по Пирл-Харбору был грубейшей ошибкой". А адмирал Киммель докладывал комиссии Конгресса, что "если бы японцы уничтожили запасы нефти в наземных хранилищах, это заставило бы флот отойти к побережью США".

Наиболее объективное суждение принадлежит американскому историку профессору Г. Пранджу:

"Не воспользовавшись шоком и замешательством на Оаху, не использовав преимущества вероломного нападения на корабли Киммеля, не стерев в порошок базу в Пирл-Харборе, не уничтожив гигантские запасы топлива и не пустив на дно американские авианосцы, Япония совершила свою первую… и самую большую стратегическую ошибку в войне на Тихом океане."

Но ошибка эта была вынужденной. Автор идеи операции Минору Гэнда впоследствии признал:

"После удара по Пирл-Харбору… мы без труда овладели бы Гонолулу и тем лишили бы американский флот его лучшей базы… Но мы не захватили Гавайские острова, потому что для их оккупации не было солдат. Армия берегла их для войны с Россией".

Наряду с «Адвертайзер», "Стар бюллетин" была, без сомнения, самой популярной газетой в Гонолулу и войсковых частях на Оаху. Небольшой офис и собственная типография газеты размещались в центре Гонолулу. Редакция была немногочисленна, зато "Стар бюллетин" имела массу нештатных сотрудников. Независимая местная газета с обстоятельными политическими разделами твердо поддерживала политику правительства.

Главный редактор "Стар бюллетин" Рейли Аллен был довольно вспыльчивым мужчиной лет сорока пяти. Он знал Оаху, как свои пять пальцев, и гордился тем, что его газета из года в год опережала «Адвертайзер» по тиражу.

Когда в то воскресное утро он пришел в редакцию, в здании стояла тишина. "Стар бюллетин" по воскресеньям не выходил, следовательно, утро давало ему желанную передышку. По воскресеньям Аллен всегда заканчивал разбирать оставшуюся почт. Также он поступил и седьмого декабря.

Только накануне он принял на работу новую секретаршу — прежняя вышла замуж за управляющего отелем «Моана» в Уайкики. Новую звали мисс Уинфред Маккомбс, и Аллен слишком поздно обнаружил, что у неё роман с техническим редактором газеты. Он не поощрял такие отношения внутри редакции, но, тем не менее, не собирался создавать парочке каких-то проблем — просто был немного зол сам на себя за то, что слишком поздно узнал об этом обстоятельстве.

Возможно, этим объяснялось, что в то утро он диктовал куда быстрее, чем обычно. Мисс Маккомбс отнюдь не была виртуозом машинописи. Аллен заметил это очень скоро, но темп не снизил. Это ещё раз дало мисс Маккомб повод задуматься, не лучше ли было ей остаться хостессой в Гавайя-клаб. Но скоро она избавилась от этих забот — прошло не больше получаса, как весь Пирл-Харбор содрогнулся от мощных взрывов.

— Минутку, — буркнул Аллен, сдвинул светлую соломенную шляпу на затылок, поднялся с ротангового кресла и подошел к окну. Но толком мало что увидел, так как здание "Стар бюллетин" высотой не отличалась.

Снова послышались взрывы, затем рев самолетных моторов. По опыту Аллен знал, что так выглядят учения. Но обычно о предстоящих учениях его информировали, чтобы сообщить о них в газете. Почему же на этот раз он ничего не знал?

Он буркнул новой секретарше:

— Какой бардак на этом идиотском острове! Каждый устраивает манервы, когда ему заблагорассудится!

Аллен снял телефонную трубку и позвонил в штаб генерала Шорта. Там ему сообщили, что армия никаких учений не проводит. Следом он позвонил в штаб флота — и получил такой же ответ.

Тем временем взрывы в гавани слились в единый непрерывный грохот. Аллен в ярости бросил трубку и выругался.

— Если эти ублюдки думают, что могут морочить мне голову, они об этом пожалеют!

Мисс Маккомб даже не поморщилась.

Аллен уже говорил по телефону со своим репортером местной хроники Лоуренсом Накацука. Накацука, чей отец был японцем, а мать — дочерью филиппинки и капитана американского танкера, в этот момент завтракал в своем бунгало в Уайкики. Он уже видел самолеты, и теперь его разъяренный шеф требовал выяснить, что, черт возьми, происходит в Пирл-Харборе.

Отставив в сторону ананасовый сок и тост, Накацука вскочил на мотоцикл. Не успел он проехать и пятисот метров, как над ним пронесся японский «зеро», и он впервые ощутил, каково это, когда в тебя стреляют. Позже он часто радовался, что японец остановил его именно у телефонной будки. Бросив тарахтевший мотоцикл на улице, Накацука поспешно набрал номер шефа и возбужденно прокричал в трубку:

— Эй, босс! Тодзио не шутит! Япошки здесь!

— Послушай, — рявкнул Аллен после многозначительной паузы, — если ты пьян, ложить и проспись. Я пошлю в порт Джонни Блитера.

Но Накацука продолжал настаивать:

— Босс! Поверьте, я даже не знаю, как пахнет спиртное! Япошки действительно здесь!

Он увидел пронесшееся над улицей звено «зеро». Те обстреливали из пулеметов грузовик, который вез хлеб в Хикэм Филд. Накацука выставил трубку из телефонной будки, чтобы Аллен услышал выстрелы, и крикнул:

— Если бы вы по телефону могли видеть, то разглядели бы у этих парней японские опознавательные знаки!

Теперь Аллен уже не раздумывал и распорядился: