Чтение онлайн

— Мне бы хотелось, чтобы вы оставили меня в покое, — любезно сообщил Кита.

Накацука так же любезно осведомился:

— Это, наверно, означает, что вам неприятно обсуждать события в Пирл-Харборе, сэр?

— Да, — кивнул Кита.

— Это уже кое-что, — констатировал Накацука. — Если вы теперь ещё скажете, что вам неприятно и само это нападение, и вы считаете, что лучше бы оно не произошло, я гарантирую вам такой заголовок, какого вы никогда в жизни не видели.

Кита невозмутимо ответил:

— К сожалению, мне нечего вам сказать.

Барнс спокойно заметил:

— Это тоже неплохо будет смотреться в газете Лоуренс, и повернулся к Кита. — Не возражаете, если я воспользуюсь вашим телефоном?

Кита не возражал, и корреспондент со спокойной совестью передал сообщение в свое бюро. Затем протянул трубку Накацуке.

— Передай Аллену свое интервью по телеону. Так будет быстрее.

Но Накацука обнаружил кое-что иное. Уже несколько минут ему казалось, что откуда-то тянет гарью. Поднявшись на второй этаж, он понял, что не ошибся. Из неплотно прикрытой двери ванной валил дым. Приоткрыв её, Накацука увидел двух сотрудников консульства, сжигавших в ванне документы. Он крикнул Барнсу, чтобы тот позвал лейтенанта, а сам тем временем ворвался в ванную, растолкал японцев, прыгнул на горящую кучу бумаг и затоптал пламя.

Когда прибежал Хасегава, ему не оставалось ничего другого, как собрать всех служащих консульства в одну большую комнату и посадить их под стражу до прояснения ситуации.

А Накацука кинулся к телефону. То, что он спустя десять секунд продиктовал мисс Маккомбс, относилось к числу самых волнующих историй, которые когда-либо публиковал "Стар бюллетин". Рейли Аллен стоял рядом, прислушивался и ухмылялся.

Его газета всех опередила! Теперь "Стар бюллетин" сможет подробно рассказать каждому жителю острова о том, что произошло. До чего же находчивый парень этот Лоуренс Накацука!

Едва мисс Маккомб успела положить трубку, как телефон ожил снова. На это раз звонил возбужденный полицейский из порта, который потребовал, чтобы Рейли Аллен немедленно отозвал мальчишек-газетчиков, продававших экстренный выпуск "Стар бюллетин" во время все ещё продолжавшегося налета.

Аллен в ярости выхватил трубку из рук секретарши и заорал в микрофон:

— Слушай, ты, топтун хренов! Может, ты не заметил, что у нас идет война, а? В Пирл-Харборе уже погибли тысячи людей. А ты хочешь, чтобы я отозвал мальчишек, которые продают людям "Стар бюллетин", из которой они, наконец, смогут узнать, кто же, собственно, средь бела дня швыряет в них бомбы?

Полицейский было запротестовал:

— Но здесь стреляют. И могут подстрелить ваших сорванцов…

— Тогда они будут знать, за что пострадают! — прорычал в ответ Аллен. — И у "Стар бюллетин" появятся свои герои! Ты, видимо, не знаешь, что один наш репортер только что содействовал аресту японского консула, а? Он помешал японцам сжечь секретные архивы. А полиция в это время спит! Или пристает к несчастным мальчишкам-газетчикам! Через два часа ты все это прочтешь в газетах. А теперь поторопись в убежище. И оставь в покое моих мальчишек. Иначе я так ославлю тебя в следующем выпуске, что тебе не удастся устроиться даже ночным сторожен в дансинге Мэри Селлерс!

Он бросил трубку и вытер пот со лба. Вот и настал день, о котором он всегда мечтал. Развергся ад, и "Стар бюллетин" оказалась в центре событий.

В соседней комнате постепенно собирались репортеры. Аллен рассылал их по всему острову, по всем важным объектам. Не позднее чем через пару часов он получит полную информацию о том, что происходит на Оаху.

— Вперед, ребята! — напутствовал он репортеров. — Суйте носы во все щели. Не позволяйте, чтобы вам мешали. Сегодня мы сделаем нашу газеты такой же знаменитой, как «Лайф»! Мы будем печатать выпуск за выпуском, пока хватит бумаги. А теперь — вперед, за дело!

Когда затих вдали рев моторов японских самолетов и перестали падать бомбы, тишина на острове воцарилась далеко не сразу. Повсюду продолжали грохотать орудия и пулеметы. В гавани не прекращались глухие взрывы. На поврежденных кораблях бушевали пожары, которые никак не удавалось погасить. Тонны горючего разлились по акватории бухты и в доках. Пламя взвивалось до небес. Повсюду в воде плавали моряки, отчаяно взывавшие о помощи. На воде горела масляная пленка, и многие погибли, прежде чем их удалось спасти.

Другие оказались блокированными в обломках разбитых кораблей. Взрывы котлов разрушили выходы на палубы. Теперь попавшие в западню люди, зачастую обожженные горевшей нефтью или кипящей водой, отчаянно подавали сигналы в надежде, что кто-нибудь их услышит. В разных местах работали бригады газорезчиков, пытаясь одолеть мощные броневые плиты.

Разрушения на берегу тоже были чудовищными. Аэродромы были завалены обломками военных самолетов, уничтоженных пулеметным огнем японских «Зеро». Пылали ангары и склады горючего. Большая часть казарменных построек Шофилда и Шафтера лежала в руинах. Из разбомбленных казарм войска перешли на запасные позиции на побережье.

Штабы охватила странная нервозность. Невесть откуда появились сообщения, что японцы атакуют снова, что они высадили войска и сбросили парашютный десант.

Ни один из этих слухов не был даже близок к истине. Тем не менее неопределенность в первые часы после нападения привела к возникновению самых невероятных слухов о дальнейшем развитии японского нападения. Повсюду мерещились призраки. Сначала разнеслось известие, что японцы высадились возле Даймонд Хед. Радист одного из кораблей будто бы перехватил сообщение, что японские войска уже заняли пляж Уайкики. Другие утверждали, что японские десантные отряды высадились на севере острова. Якобы ими уже занято все северное побережье.

Говорили о налетах на Шофилд и Уилер Филд. К тому же возник слух, что японские парашютисты высадились на северо-востоке, на пляже Канакули и в долине Маноа. Шепотом передавали подробности: японцы носят на форме эмблемы с восходящим солнцем. Штыки их похожи на пилы. Пленных они не берут.

Паника охватила семьи военных. Матери прятали детей в убежища, брались за охотничьи ружья и кухонные ножи, чтобы отбиваться от захватчиков. Никто не решался пить воду — говорили, что японцы захватили основной резервуар и отравили запасы воды.