Чтение онлайн

Воспомяни все это и поревнуй жребию святых, скажи твоим малодушным помыслам: и власы все главы моей изочтены у Бога, то как могу я унывать? Не пошлю, — обещает Он мне устами Своего Апостола, — искушения выше меры твоей [384]; но в самом искушении сокровенно дарую тебе избавление от искушения. Нарочно токмо посещаю тебя болезнями, поражаю тебя напастями, чтоб ты не пристрастился к чему-либо суетному, но в сокрушении сердца поискал прилепиться ко Мне, Создателю твоему, исполнением Моих заповедей, и стяжал Меня в себе; а когда стяжешь Меня в себе, тогда взыграют все уды твои нескончаемым веселием: ибо Я есмь Само-благость и Само-блаженство неоскудеваемое и непременяемое.

Благодаря за все Милосердого Бога, будем молить Его, чтоб сохранил нас в любви и согласии во славу святого имени Своего. Прости и моли о многогрешном Димитрии.

1830 год

Письма

святителя Игнатия

к сестре Елизавете Александровне

и ее мужу Димитрию Тихоновичу Паренсовым

№ 1

Любезнейшая Сестра! Елисавета Александровна!

Усердно благодарю тебя за доброе письмо твое и разделяю твою радость о рождении сына Петра. Дай Бог, чтоб сохранились дни сего младенца к утешению его родителей.

Я недавно возвратился из объезда монастырей здешней губернии — путешествие, которое обязан совершать ежегодно, путешествие довольно неприятное, особливо чрез Ладожское озеро. Здоровье мое слабо; на него очень сильно действует здешний климат. Брата Михаила не вижу, слышу, что он затевает что-то, то есть супружество с девицею без всякого состояния. Некоторые очень добрые и очень почтенные знакомые, услышав это, советовали ему не решаться ни на что прежде свидания со мною; но он им отвечал, что боится мне сказать о сем. Я очень сожалел {стр. 521} и о брате Петре, который женился так опрометчиво. Обстоятельства их не таковы, чтоб увлекаться первым порывом сердца.

Благодарю, любезнейшая Сестра, за известие о здоровье Почтеннейшего Родителя, брата Семена и сестер Александры Александровны и Марии Александровны. Я пишу редко, потому что занимаюсь в монастыре единственно духовными предметами, не обращая внимания ни на что светское и не зная никаких новостей С.-Петербургских, хотя и живу так близко от сего города.

Любезнейшая сестра! искренно тебе желаю всех благ настоящих и будущих, Димитрию Тихоновичу прошу сказать мой усерднейший поклон. С искреннейшею преданностию, остаюсь навсегда тебе преданнейший брат

Архимандрит Игнатий.

1843, Сергиева Пустынь

№ 2

Любезнейший Друг и Сестра, Елизавета Александровна!

Приятнейшее письмо твое от 2-го октября я получил и прошу великодушного прощения в моем продолжительном молчании, происшедшем от множества дела и от крайней слабости, которую я чувствовал в течение всего лета. Эту слабость произвели гомеопатические лекарства: они погнали из меня золотуху и простуду ужаснейшими сыпями, испариною и опухолями. В настоящее время испарина прекратилась, но сыпи и опухоли, хотя и в меньшем количестве, продолжаются; вообще же чувствую себя гораздо посвежее — и то только с наступления морозов.

Морозы у нас ранние: каких и старожилы не запомнят. Нева встала, залив покрылся льдом, установилась прекрасная санная дорога. Урожаи здесь были умеренные, до очень хороших не достигли, чему помешали ранние морозы, повредившие значительно овес; особливо же капуста кинута огородниками на грядах не срубленною. Монастырь наш шумен: но нечего делать; живешь не так и не там, как и где бы хотелось, а где и как приводит непостижимый Промысл Божий. Преданность воле Божией и благодарение Богу за все случающееся услаждают всякое положение и научают извлекать из него душевную пользу. Смирение почти рядом идет с подвигом; т. е. оно доставляет почти тот же успех, каковый доставляется подвигом. Смирение одно, само по себе, полезно; а подвиг без смирения не только не приносит никакого плода, — напротив того приносит вред, вводя в высокое о себе мнение и в осуждение ближних. Смирение состоит в том, между {стр. 522} прочим, чтоб признавать себя достойным того положения, в котором мы находимся, и недостойным положения лучшего и высшего, даже и в духовном отношении, и покорно предавать себя воле Божией. Таковое настроение мыслей свидетельствуется в его истине миром, приносимым сердцу, и наставляет человека на путь живота вечного. В наше время Бог дарует спасение более при посредстве смирения, нежели подвига; ныне, при умножившихся немощах, подвиг особенно опасен, как сильно наветуемый осуждением, притом требующий опытного руководителя; а смирение — всегда непадательно. Самые немощи и грехи, когда мы сознаемся в них и раскаиваемся, способствуют к смирению. Таким образом в всесильной деснице Премудрого Бога самое зло споспешествует благому намерением неблагим, по выражению некоторого великого Отца. — Почтеннейшему Димитрию Тихоновичу мой усерднейший поклон! милейших детей обнимаю. Благословение Божие да почиет над тобою и над всем домом твоим. Тебе преданнейший брат

Архимандрит Игнатий.

20 октября 1845 г.

№ 3

Любезнейшая Сестра и друг, Елисавета Александровна <…> Земное благополучие всегда кратковременно и не прочно; неизвестно откуда подымится туча и разразится над головою. Блажен, хранящий в душе своей сокровище веры и почерпающий в ней утешение в тяжкие минуты скорби… Мое здоровье становится очень слабо: нынешнюю зиму почти постоянно хвораю. Петербургский климат, особливо морские ветры, действуют на мои нервы очень сильно и вредно; пора бы убираться в какой-нибудь тихой уголок, где климат более способствует нашей монашеской жизни, которая проводится наиболее в церкви и келлии и потому скудна в движении. При усилившейся болезненности я стал очень тих и невзыскателен, а потому должность начальника делается мне не по характеру; желалось бы вне ее окончить дни свои — в глубоком мире. <…> Прекрасна Сергиева Пустыня в настоящем ее состоянии; но для здоровых, которым предстоит жизнь многолетняя.

Прощай! Будь здорова, благополучна и помни тебе преданнейшего брата.

Архимандрит Игнатий.

8 января 1846

{стр. 523}

№ 4

Любезнейший друг и сестра, Елизавета Александровна!

Принимаю сердечное, искреннейшее участие в скорби, постигшей тебя и почтеннейшего Димитрия Тихоновича [385]. Но должно сознаться, что христиане, умирающие в отрочестве, блаженнее тех христиан, которые умирают в преклонных летах, проведши жизнь среди сует, и нередко и греховную. Сему научает нас наша Церковь Святая и сие должно утешать родителей, которых оставляют их младенцы и отходят в вечность для верного и бесконечного блаженства. Апостол не хочет, чтобы мы, взирая на почивших наших ближних, посещая их могилы и совершая о них воспоминание, предавались неутешной скорби, подобно как предаются ей неимеющие упования язычники, язычники именем и делом, или хотя и одним делом. Мы должны растворять скорбь верою и благою надеждою, а где вера и надежда, там — утешение.

<…>

Желаю тебе и почтеннейшему Димитрию Тихоновичу доброго здравия, с чувством искреннейшей дружбы остаюсь навсегда тебе преданнейший брат

Архимандрит Игнатий.

26 июля 1846 г.

№ 5

Любезнейшая сестра Елизавета Александровна!

<…>

Точно — путь земной жизни скорбен; когда человек совершит значительную часть его и оглянется назад, то как кажется суетным все приятное земное, к которому он стремился с такою жадностью в юности своей! Не потеряем, по крайней мере, остальной жизни нашей принесением оной в жертву суете; познакомимся с вечностию не по романтическим иностранным книжонкам, ведущим в непременное самообольщение читателей своих, но по руководству Святых писателей нашей Церкви, в которых нет ничего романтического, мечтательного, льстящего и обманывающего ум и сердце. Чтение писателей нашей Церкви сообщает положительное познание отношений человека к Богу, Творцу и Искупителю, и научает приближаться к Нему покаянием, а не льстить себя сладостными чувствованиями мнимой духовной любви, к {стр. 524} чему привлекают сумасбродные Фомы Кемпийские, Франсуа де Саль и тому подобные лжеучители. Духовная любовь есть достояние совершенных; а достояние благочестивых и спасающихся есть страх Божий, зрение своих грехов и недостатков; результат того и другого — сердце сокрушенно и смиренно, выражающееся покаянием. Вот истинное нравственное учение Православной Церкви, чуждое обмана и самообольщения.

Призывая на тебя благословение Божие с чувствами сердечной преданности, с желанием всех благ, в особенности же душевного истинного Христианского назидания, которое есть верховное земное благо и залог благ небесных, остаюсь навсегда Тебе искренно преданный брат

Архимандрит Игнатий.

13 января 1847 г.

№ 6

«Бог не без милости», — прекрасно говорит пословица благочестивых русских. Временем скрывается Промысл Божий — как будто его нет, — чтоб мы поуходились, поумучились, поутомились; потом является в полном свете с обильными благодеяниями…