Чтение онлайн

— Как-то неправдоподобно. Кот.

— Да ладно вам, — махнул Ариэль рукой, — назначил бы какой-нибудь пьяный князь богом не еврея, а кота, так и коту бы тысячу лет молились. Причём, уверяю, теологический аппарат не уступал бы нынешнему, и охранительная риторика тоже. Нашему народу свойственно удивительное доверие к решениям властей.

Он опрокинул стопку. Т. вздохнул.

— Выпейте, выпейте коньячку, — нежно сказал Ариэль. — Это не шутки насчёт радиации. Сначала борода выпадет, потом язвы пойдут по лицу. Вы в Петербурге Достоевского сколько провели? Около суток? Значит, нужно минимум неделю пить. А когда там, надо каждый час бутылку водки. И не обязательно, кстати, убивать, тут Достоевский намудрил. И водку, и колбаску можно безубойно выменять на артефакты в лавке «Белые Ночи».

— На артефакты? — спросил Т., глядя в стопку с коньяком. — А что это?

— Это предметы, которые придают ироническому шутеру аспект виртуального шопинга. Таким образом мы гармонично задействуем все базовые инстинкты. Стержень Поливанова, шайба Поливанова, каштанка, муде преподобного Селифана, бенгальский слизняк, жгучее сало… Только их перед употреблением надо активировать энергией поглощённых душ.

— То есть убивать всё равно придётся?

Ариэль задумался.

— В принципе, получается, что да, — сказал он неуверенно. — Кто ж вам душу просто так отдаст. А души высасывать по-любому надо, на этом вся динамика строится.

— Вы хоть понимаете, до какой степени созданный вами мир похож на ад?

Ариэлю, как ни странно, эти слова доставили явное удовольствие.

— Ну уж прямо ад, — хмыкнул он. — Неправда, есть и радости. Поел колбаски, хлебнул водочки, душонку засосал — разве плохо? Это только вас сомнения терзают. Так они вас и в усадьбе мучить будут. На то вы у нас и граф Т., что в простоте даже душу высосать не можете. Обязательно будете искать во всём нравственное начало и всячески непротивляться.

— Зачем вы вообще придумали высасывание душ?

— Это не я, — ответил Ариэль, — а мировое правительство. Сегодня на этом все игры строятся. Я вообще не понимаю, почему вы так против меня настроены. Вы, кажется, считаете меня и моих коллег какими-то запредельными мучителями. А мы ничем от вас не отличаемся, я ж вам объяснял, когда снился. Такие же трагические фантомы. И Митенька, и Гриша Овнюк, и Гоша Пиворылов.

— Вы опять вместе работаете?

— А то, — улыбнулся Ариэль.

— Не пойму. Они тоже на шутер переключились?

Ариэль махнул рукавом.

— Про шутер вообще забудьте.

— Почему?

— Вы свою роль в нём уже сыграли.

— То есть как? Какая же у меня в нём была роль?

— Босс-файт второго уровня. Вы появляетесь из-за поваленной ёлки после последнего отряда зомби — когда у Достоевского гранаты к подствольнику кончаются. Достоевский вылезает из окопа и вступает с вами в схватку. Потом вы у него вырываете топор, это кат-сцена. Вставная анимация, если непонятно. Достоевский проигрывает, потом укрепляет себя постом и молитвой и улетает на воздушном шаре в Америку, это тоже кат-сцена, но её пока не делали. И теперь непонятно, будут делать или нет. Если и будут, то без меня — я с завтрашнего дня ухожу.

— Как уходите?

— Нефтянка больше денег не даёт. Все проекты пересматривают — экономия средств. Наш шутер точно заморозят.

— А вы же хотели на Запад продать?

— Тоже не получается. Им сценарий не понравился. Особенно с того места, когда Достоевский приземляется в Нью-Йорке. Они письмо прислали, вежливое такое. Идея, мол, интересная, динамично, но в целом вынуждены отказаться. У вас, мол, в одном эпизоде хор гарлемских евреев поёт песню «чёрный moron, [5] я не твой», а в другом появляется тёмный властелин по имени Батрак Абрама. Вам не кажется, что тут какое-то противоречие в мировоззрении? Потребитель, мол, запутается… На самом деле никакого противоречия, а диалектика. Просто они там пугливые страшно. На словах свободные люди, а на деле каждый трясётся за свой моргидж и тойоту «Кэмри». Мы им написали — не бойтесь, у нас всё сбалансировано, в конце эпизода Батрак Абрама едет срать на офшорных медведях. А они отвечают — да кому они тут нужны, ваши медведи? Наш потребитель вашим зверинцем уже тридцать лет не интересуется… Зассали, короче.

— И что теперь будет?

— Вернёмся к изначальной концепции. Будем роман доклепывать.

— Что, вернётесь к Сулейману?

— Да вы что, господь с вами. Ни за какие деньги.

— Так ведь издательство ваше у него?

— Уже нет, — ответил Ариэль. — Сулейману генерал Шмыга знаете что посоветовал? Ты, говорит, с Макраудовым про издательство ничего отдельно не подписывал? Так зачем тебе этот геморрой — скинь всю эту херь назад, прежнему владельцу на баланс. Там всё равно только учредительные документы, три компьютера и долг. На фиг тебе кредит отдавать, пускай Макраудов в своём Лондоне жопу чешет, или что там у него вместо головы.

Т. опрокинул стопку коньяку.

— А Макраудов? — спросил он.

— А что Макраудов, что он может. Контракты наши на нём. Так что мы теперь опять под него легли. Зато все в сборе. Митенька вернулся — его как раз с телевидения выгнали. Даже шестого автора наняли, православного реалиста — такой, знаете, духовный паровоз типа «спасу за копейки». Так что из кризиса понемногу вылазим.

— Зачем вам шестой автор?

— Хотим одну реалистическую главку забабахать. Но говорить про это пока рано… Так что, граф, повисели в серой пустоте, побыли отцом пространства, а теперь велкам, как говорится, бэк.

Т. поднял на Ариэля потемневшие глаза и прошептал:

— Глумитесь? Ну что ж… Наслаждайтесь. Вы, может быть, и правда мой создатель — но есть создатель и у вас. И он всё видит. Он не допустит, чтобы… Всё не так, как вы говорите… Мир не может быть таким на самом деле! И вообще, снимите эту чёртову маску!!!

Говоря, Т. постепенно повышал голос и к концу фразы уже кричал; одновременно он поднялся со стула, перегнулся через стол и дерзко сорвал с лица не успевшего отшатнуться Ариэля кошачью личину.

Под глазом Ариэля оказался огромный, в пол-лица, синяк.

Секунду они глядели друг на друга, потом Т. выронил маску и повалился обратно на свой стул.

— Ого, — выдохнул он, — извините… Я решил, вы её носите из издевательства. Я не знал, что у вас такой…

— Фингал, — мрачно договорил Ариэль. — Ну почему издевательство? Что я, по-вашему, изверг? Для меня, если хотите знать, каждая наша встреча — это отдых. Сами знаете от чего, я вам постоянно жалуюсь. И маску я специально надел, чтобы настроение вам своим видом не портить. А вы говорите — издевательство…