Чтение онлайн

— Ну, что? — начал он, когда мы шли с площадки.

— Что значит «что»?

— Ты и Каллен, да? — обличающим тоном спросил он. Нежность и благодарность к нему мигом испарились.

— Это не твое дело, Майк, — предупредила я, про себя предрекая Джессике семь кругов ада.

— Мне это не нравится, — упрямо продолжал он.

— Ну и подумаешь! — бросила я.

— Он смотрит на тебя так… так, словно хочет съесть! — закончил он, не обратив внимания на мою резкость.

Со мной едва не случилась истерика, но я задавила ее в зародыше. Только один маленький безумный смешок сумел выпрыгнуть наружу. Майк мрачно посмотрел на меня. Я помахала на прощанье и исчезла в раздевалке.

Я быстро оделась, и что-то более сильное, чем страх, заставляло мое сердце колотиться о ребра. Ссора с Майком уже стала воспоминанием. Я думала, будет ли Эдвард стоять здесь, или придется ждать его возле машины? Что, если его братья и сестры тоже окажутся там? Тут я почувствовала волну настоящего ужаса. Они знают, что я знаю? Они думают, что я знаю то, что они знают, что я знаю, или как?

Выходя из спортивного корпуса, я уже была готова идти домой пешком, даже не взглянув в сторону парковки. Но мое беспокойство оказалось напрасным. Эдвард ждал меня, небрежно прислонившись к стене, его невероятной красоты лицо было спокойным и умиротворенным. Подойдя к нему, я испытала странное чувство облегчения.

— Привет, — выдохнула я, широко улыбнувшись.

— Привет, — он белозубо улыбнулся в ответ. — Как физкультура?

Я слегка помрачнела и соврала:

— Просто отлично.

— В самом деле? — недоверчиво спросил он. Его взгляд слегка переместился за мое плечо, глаза прищурились. Я оглянулась и увидела удаляющуюся спину Майка.

— Что? — резко спросила я.

Он снова смотрел на меня, глаза были какие-то нехорошие.

— Ньютон действует мне на нервы.

— Ты что, опять подслушивал? — меня охватил ужас. Хорошее настроение исчезло без следа.

— Как твоя голова? — с невинным видом спросил он.

— Ты просто невозможен! — Я повернулась и зашагала более-менее в направлении парковки, в душе не исключая, что все-таки пойду пешком.

Он с легкостью меня догнал.

— Ты сама сказала, что я еще не видел тебя на физкультуре, вот мне и стало интересно.

Поскольку он даже не думал раскаиваться, эти слова я проигнорировала.

Мы молча — я не могла выдавить ни слова от гнева и смущения — шли к его машине. Но, не дойдя нескольких шагов, я остановилась: машину окружала толпа мальчишек.

Мгновение спустя я поняла, что объектом их внимания был не «Вольво» , а красный кабриолет Розали. В устремленных на машину глазах горело вожделение. Никто даже не взглянул на Эдварда, когда тот проскользнул между ними к своей двери. Я быстро запрыгнула на пассажирское сиденье, также никем не замеченная.

— Шикарно, — тихо пробормотал он.

— Что это за машина? — спросила я.

— M3.

— Прости, но это совершенно чуждый мне язык.

— Это BMW, — он закатил глаза. Не глядя на меня, он старался выбраться с парковки так, чтобы не задеть никого из поклонников кабриолета.

Я кивнула — об этой марке я что-то слышала.

— Ты все еще сердишься? — спросил он, виртуозно выруливая на дорожку.

— Разумеется.

Он вздохнул.

— Простишь меня, если я извинюсь?

— Может быть… если не шутишь. И если пообещаешь больше так не делать, — железным голосом произнесла я.

Он хитро, как лис, посмотрел на меня и перебил он мою ставку:

— А если я очень искренне извинюсь и позволю тебе сесть за руль в субботу?

Я подумала и решила, что это предложение — лучшее из того, на что я могла рассчитывать.

— Идет, — согласилась я.

— Прости за то, что расстроил тебя, — его долгий взгляд, повергший в хаос ритм моего сердца, был сама искренность. Затем он игриво покосился на меня и заявил:

— И ясным ранним утром в субботу я буду у твоего порога.

— Знаешь, Чарли очень удивится, увидев непонятно чей «Вольво» брошенным у своего дома.

Он снисходительно улыбнулся:

— Я и не собирался брать машину.

— Но как…

Он перебил меня:

— Не волнуйся. Я буду без машины.

Я решила не углубляться. У меня был более важный вопрос.

— Скажи, «потом» уже наступило? — со значением спросила я.

Он нахмурился.

— Я думала, сейчас уже «потом», — с непроницаемо-вежливым выражением на лице я ждала его ответа.

Он остановил машину. Я удивленно посмотрела в окно — разумеется, мы уже подъехали к моему дому и встали позади пикапа. Было гораздо легче ехать с ним, если не смотреть в окно. Я повернулась к нему и встретила его долгий испытующий взгляд.

— Ты все еще хочешь знать, почему тебе нельзя смотреть, как я охочусь? — с мрачноватой серьезностью спросил он, но мне показалось, что в глубине его глаз блеснули веселые искры.

— Признаться, меня больше озадачила твоя реакция, — пояснила я.

— Тебе стало страшно? — он определенно посмеивался надо мной.

— Нет, — солгала я. Но он не купился.

— Извини за то, что напугал тебя, — произнес он с легкой улыбкой, и следы издевки сразу исчезли.

— Просто я представил себе, что ты можешь оказаться там… где мы охотимся.

Он стиснул челюсти.

— Мне пришлось бы плохо?

— Не то слово, — проговорил он сквозь сжатые зубы.

— Потому что…?

Он сделал глубокий вдох и уставился в небо, на давящие клубы тяжелых темных туч, которые, казалось, можно было достать рукой.

— Когда мы охотимся, — медленно, неохотно заговорил он, — Мы забываем о разуме и целиком отдаемся чувствам. Особенно обонянию. Если бы ты оказалась где-нибудь рядом со мной, когда я не контролирую себя…

Он встряхнул головой, по-прежнему угрюмо глядя на серые тучи.