Чтение онлайн

У меня что-то екнуло в груди.

— Вы хотите сказать, что мой Талант возник совсем не случайно?

— Нет, конечно, — негромко рассмеялся тан. — Ты — результат усилий целой вереницы поколений предков, которые год за годом вносили в семейный Талант что-то свое. Кто-то просто умел соединять живое и неживое. Кто-то научился ловко внедрять в неживое дополнительные программы. Кто-то придумал и создал новые типы големов… и все это стало возможным лишь благодаря Таланту. При этом не надо думать, что Инженер дает возможность всего лишь безвозбранно копаться в электронных устройствах и придумывать для них что-то новое. Нет. Наш Талант помогает постигнуть суть вещей. Выводит взаимодействие с предметами… в частности, с металлом, камнем… на качественно новый уровень. Позволяет его чувствовать. Ощущать частью себя самого. Делать его послушным и податливым. Менять устоявшиеся принципы. Ломать старые связи и образовывать новые. С легкостью соединять то, что раньше было несоединимо. Создавать принципиально новые вещи и схемы. Не всегда у нас, конечно, получалось. Когда-то обряд отбрасывал нас на несколько шагов назад и менял Талант не в лучшую сторону. Но когда стало ясно, что без способности напрямую управлять найниитом с места мы уже не сдвинемся, то я сделал все, чтобы мой сын сумел ее заполучить.

У меня расширились глаза.

— То есть на самом деле он это уже умел?!

— Очень плохо, — кивнул тан Горус. — Недостаточно для полноценной работы с материалом. Но Альнбар хотя бы начал понимать суть того, что есть найниит. Поэтому он и сделал столько открытий. Поэтому же тэрнэ его так ценил. Мне в свое время этого не хватало, — с сожалением добавил он, мельком глянув на плотно задернутую штору. — Но я решил, что хотя бы он должен попробовать.

Я неуловимо нахмурился.

— Но если у вас тогда не было способности понимать суть найниита, то как вы могли передать ее своему сыну?

— А я передал ему не ее — всего лишь возможность, ставшую квинтэссенцией моих жизненных сил, воли, желаний и устремлений. Говорят, когда человек чего-то очень хочет и готов отдать ради этого жизнь, то порой чудеса действительно случаются. Тогда как наш дар…

Тан снова ненадолго замолчал.

— Как это ни странно, но по-настоящему он откликается лишь на самые сильные, самые страстные и самые безрассудные наши желания. Поэтому однажды и стали появляться Таланты. Поэтому и стало возможным их изменение. Но цена за это высока. Даже чтобы просто заставить вырасти и измениться обычный дар, нужно очень сильно постараться. Что же касается Таланта, то для его изменения нужно совершить волевое усилие на пределе сил. Выложиться полностью. Отдать все, что имеешь…

— И вы отдали, — тихо сказал я, наконец-то начиная понимать. — Вместе с памятью и жизненно важной для сына информацией. А потом тан Альнбар передал эту способность мне. Причем из-за особенностей наследования она при этом резко усилилась.

Тан Горус кивнул.

— Да. Я в свое время осуждал его за то, что он остановил ритуал раньше положенного срока. Пытался убедить, что с тобой ему придется сделать то же самое. Но он упрямился. Рисковать судьбой рода не хотел. Однако раз в конечном итоге нужный результат все равно оказался достигнут, причем совершенно естественным путем, то мне жалеть не о чем. Наоборот, я горжусь тем, что сделал. Горжусь тем, что сумел передать потомкам так много. И, надеюсь, мои усилия не пропадут, а ты не остановишься на достигнутом и сделаешь все, чтобы те жертвы, которые наши таны раз за разом приносили во имя рода, в итоге не оказались напрасными.

Я после этого глубоко задумался, тогда как тан Горус понимающе улыбнулся и поднялся с кресла.

— Поразмышляй над этим, Адрэа Расхэ. И, кстати, не придерживай память рода. Не нужно от нее закрываться. Она дает тебе ровно столько, сколько ты способен выдержать. Быть может, порой это будут не совсем приятные воспоминания. Быть может, однажды ты пожалеешь, что рискнул их разбудить. Но когда ты получишь ответы на все свои вопросы, память рода уснет и больше тебя не потревожит.

На третий день нашего пребывания в провинции Лархэ Кэвин решил сделать грандиозный сюрприз и на целых три дня увез нас в горы.

Надо сказать, Иахо — удивительный город, чем-то смутно напоминающий знаменитый российский Сочи. Благодаря уникальному расположению, летом он мог спокойно принимать желающих поваляться на пляжах и покупаться в теплом море, тогда как всего в полутора рэйнах полета от него, в горах, царило настоящее зимнее царство, где к услугам отдыхающих имелось сразу несколько современных горнолыжных курортов.

Признаться, даже я, оказавшись здесь впервые, сумел отвлечься и на время отложил свои проблемы в сторону. Да и Ши в горах очень понравилось. К тому же Кэвин, как радушный хозяин, снабдил нас всем необходимым снаряжением: одеждой, лыжами, сноубордами… Что-то мы, конечно, арендовали, что-то он привез с собой. Поэтому за эти три дня ни о видениях, ни о тане Альнбаре я почти не вспоминал. Разве что в симуляторе продолжал упорно заниматься, чтобы не оставаться без практики. Так что время у меня было занято под завязку, с утра и до самого вечера, а порой и до следующего утра. И лишь по приезде обратно в Иахо, поздним вечером двадцать девятого ардэля, я обратился к лэну Даорну с необычной просьбой.

— Что? — моментально нахмурился он. — Ты снова хочешь отключить блокиратор? Зачем?

— Тан Горус сказал, что память рода так или иначе все равно прорвется. Но пусть лучше видения накроют меня здесь, сейчас и с вами, чем где-то еще или когда никого не будет рядом.

— Почему ты решил, что они вернутся?

— Потому что за последние два дня я трижды оказывался на грани транса, — тихонько признался я. — Блокиратор меня, конечно, выручил, но такими темпами я никогда от него не избавлюсь.

Ну в смысле выручила меня, конечно, Эмма, своевременно заметив аномальную ментальную активность. Плюс усиленные медитации и упражнения на концентрацию помогли мне избежать проблем. Но все равно долго так продолжаться не могло. Тем более что у нас скоро суд, поэтому тридцатого числа, хочешь не хочешь, нам надо будет отсюда уехать. А там и новый семестр начнется. Однако рисковать раскрыть себя перед преподавателями или учителями я бы не хотел.

Наставник тяжело вздохнул.

— Хорошо, — сказал он, когда я выложил перед ним свои аргументы. — Но если все повторится так же, как в прошлый раз, то экспериментировать мы больше не будем.

— Тан Горус намекнул, что я на верном пути. К тому же я и сам чувствую, что осталось недолго. И сейчас, как мне кажется, самое подходящее время, чтобы закрыть этот вопрос.

Лэн Даорн после этого окончательно сдался, так что я сходил умыться, переоделся и, усевшись в кресло, дотронулся до настороженно подмигивающего зеленым огоньком блокиратора.

— Подожди, — спохватился наставник. — За исцеляющим амулетом схожу. Пусть будет под рукой на всякий случай.

Я с интересом на него покосился, недоумевая, когда он только успел. Но тут Эмма по секрету шепнула, что еще позавчера заметила, что у моего наставника появился в кармане неучтенный прибор. А все последние ночи он примерно около полуночи в обязательном порядке вставал, осторожно заглядывал в мою комнату и, только убедившись, что я действительно сплю, так же тихо возвращался к себе.