Чтение онлайн

— Иди, иди и ничего не бойся, уже пора. С богом! — Он протянул ей руку и исчез.

Девушка пошла. Немного погодя она остановилась и оглянулась в надежде увидеть Иржика, но его уже не было. Тогда она ускорила шаг. Ей послышался какой-то шелест в кустах, она испуганно осмотрелась, но ничего не увидела. Скоро Лидушка дошла до колодца, над которым высилась темная ель. На ее мшистом стволе висел грубо нарисованный образок девы Марии. Перекрестившись, девушка поспешно спустилась по откосу вниз.

Когда она исчезла из виду, Иржик повернулся, побежал лесом и, остановившись у дороги, прислушался. Издали доносился сигнал тревоги, крики людей и звуки рожка. Он засмеялся и, как заяц, перебежав лесок по ту сторону дороги, скрылся за старой сосной. Когда некоторое время спустя юноша выбежал на поле, окровавленного колышка уже не было в его руках.

Вдова стояла у воза, запряженного тощей лошадью, и с нетерпением поджидала его.

— А я уже думала, что ты не вернешься.

— Бегал воды напиться из колодца, да засмотрелся на господскую охоту. Вот и задержался.

Взяв в руки вожжи, он осторожно свел лошадь вниз. Вдова шла рядом с ним и радовалась, что еще до дождя они свезут урожай домой.

ГЛАВА ПЯТАЯ

БУРЯ

Не успели Иржик с вдовой спуститься на дорогу у леса, как услышали доносившиеся сверху гул и крики. На опушке промелькнули один за другим два всадника, несколько слуг и крестьян бежали следом, словно кого-то разыскивая.

— Остановитесь! Подождите! —послышался чей-то громкий голос. По полю к вдове и ее спутнику скакал всадник из княжеской свиты. Вдова так испугалась, что не могла и слова вымолвить. Хорошо еще, что с ней был такой смелый паренек.

— Никто здесь сейчас не выбегал из леса?

— Никак нет, милостивый пан.

— А вы давно в поле?

— Я с утра, а мать с полудня…

— И раньше не замечали, не слонялся по опушке какой-нибудь подозрительный человек, не выходил из лесу?

— Никак нет, милостивый пан.

— А сами вы откуда?

— Из Мартиновской усадьбы.

Всадник что-то проворчал и, повернув коня, поехал к лесу. Иржик, выпрямившись, горделиво усмехнулся, тронул вожжи, и они направились дальше.

— Видно, что-то случилось? —недоумевала крестьянка.

— Не знаю, ведь паны за всякий пустяк преследуют. День угасал, на западе вставала туча, было душно.

— К ночи будет гроза,—предсказывала вдова.—Слава богу, вовремя домой доедем.

Овес был уже в амбаре, а хозяйка крошила в молоко хлеб, когда ее позвал сын, стоявший возле Иржика. Иржик пристально смотрел в лощину у березовой рощи. Отложив нож, хозяйка подбежала к окну и увидела нечто необычайное.

Внизу по дороге ехали две охотничьих повозки, окруженные свитой из пеших и конных охотников. На передней повозке сидели три дамы, среди них мадемуазель фон Стреревитц, которая снова расхворалась, на второй — молодой князь Иосиф Пикколомини. Голова и рука у него были перевязаны; напротив князя сидел тучный замковый доктор. За повозкой вели раненого коня. Порывы ветра раздували плащи всадников и хвосты лошадей.

Процессия вскоре скрылась за поворотом дороги, но над склоном лощины все еще виднелись темные головы всадников, затем и они исчезли.

Иржик продолжал стоять у окна, задумчиво глядя вдаль, и хозяйке пришлось дважды звать его к ужину. За окном засвистел ветер, налетел на избу, деревья закачались, застонали, и грянул гром. Старик и его сноха стали креститься, мальчик прижался к матери, а незнакомый парень повернулся к окну.

Едва они поужинали, как разразилась невиданная буря. В комнате стемнело, хозяева молились. Из ближайшей деревни ветер донес тоскливый благовест, прогонявший грозу. Ослепительные молнии прорезали темноту, в окна забарабанил дождь, и вскоре послышался шум воды, устремившейся с вершины холма мутными потоками.

— Боже мой! Господа попали в грозу,—говорила хозяйка свекру.—Ну, а Франтина, наверное, на панском дворе. Христос с нами! «Отче наш, иже еси на небесех»,—молилась она, зажигая сретенскую свечку.

Иржик сквозь сумрак видел, как из леса проскакали два всадника. Едва они исчезли в темноте, вновь за окном промелькнуло несколько фигур. Люди бежали мимо березняка к ближайшей деревне. Спасаясь от ливня, они, словно ряженые, накинули на головы куртки и исчезали во тьме.

Иржик знал, что это были люди из княжеской свиты, искавшие смельчака, который напал на молодого князя. Усталые, промокшие, они возвращались ни с чем.

Камердинер нашел своего господина под деревом. Израненный, он был без чувств. Когда камердинер уже поднял князя, чтобы положить его на свою лошадь, к нему подбежали охотники, которые видели мчавшегося через поляну княжеского коня. Испуганное животное удалось поймать только у шатра. Мадемуазель фон Стреревитц, услышав шум, забыла о своей болезни и выбежала из шатра. Увидев окровавленного коня, она вскрикнула и попятилась назад. Вскоре доставили и всадника. Правда, доктор, пробужденный от приятных сновидений, признал ранение пустяковым, охота, однако, была испорчена. Все стали готовиться к возвращению в замок. Два охотника на конях во главе загонщиков бросились искать преступника. Но напрасно. Он спокойно сидел в Мартиновской усадьбе, задумчиво глядя в темноту ночи.

— Что с тобой?— спросила его хозяйка.

— Сохрани бог тех, кто теперь в лесу или в чистом поле.

— Правду говоришь! «Отче наш, иже еси…» —молилась хозяйка, ей вторил мальчуган, а губы старца тихонько шевелились.

Иржик встал и, пожелав им спокойной ночи, сказал, что идет спать на чердак.

В доме «На скале» в эту ночь тоже не спали. В тревоге за внучку старая бабушка молилась при свете сретенской свечи, шепча молитву против грозы. Полуодетый Балтазар Уждян, сидя на постели, разбушевался, как буря на дворе.

— Леший тебя дернул послать Лидушку так поздно за этой медуницей. Гроза застала ее в лесу либо в поле. Черт подери, вон что делается,—ворчал он, прислушиваясь.—Это нагонит страху и на старого кавалериста, не то что на девочку.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

МАТЕРНИЦКАЯ ПУЩА

В те времена, когда происходили эти события, в Находском панстве было много старых и обширных лесов.

Вблизи границ Находского панства и владений Полицкого монастыря тянется большой лес; часть его, где узкая долина проходит между высокими лесистыми холмами, известна в этих местах под названием «Матерницкой пущи». Нынче здесь кругом шумит молодой лес, но в те времена, о которых мы говорим, Матерницкая пуща была дикой, непроходимой дремучей чащей, разросшейся на крутых склонах.