Симбиогенез
Шрифт:
— Да уж дочка, не лучшее здесь место для ночлега, но это наша перевалочная база на большой земле. Отсюда, мы начинаем путь в Зону. — Иван Сергеевич посмотрел на часы. — Так, это мы часа два назад Карпычу позвонили? Женщина, молча, кивнула головой, продолжая осматривать темное помещение, освещая его маленьким фонариком.
— Значит, еще где-то через час, соберется вся братва. На сходке, и будем решать, что нам делать, да как быть. Осмотревшись, Маша осталась стоять в нерешительности. — Знаешь, Иван Сергеевич, думаю, можно пройти эти излучатели, если использовать защиту.
— Это да… а какую?
— Есть специальные материалы. Из них шьют спецодежду и изготавливают защитные экраны. Если не ошибаюсь, есть такая радиозащитная ткань «Восток», и есть еще тканный радиопоглощающий материал ТРМ, он напоминает прорезиненную ткань. Они поглощают или снижают степень СВЧ излучения до шестидесяти процентов. Твои люди, смогут достать какой-нибудь из этих материалов? Иван Сергеевич пожал плечами. — Хотя бы нужно знать, где это вообще хранится или производится.
— Я знаю где.
Где-то на территории Зоны отчуждения.
Владимир отбросил очередной кирпич и поддев обрубком арматуры увесистый кусок развалившейся стены, сдвинул его в сторону. От тяжелой работы пот лился градом, застилая глаза, а тело начинало неприятно зудеть, издавая неприличное зловоние. Опустив руки, он устало опустился на пол. — В рубашке родилась, — Владимир сделал мысленное заключение, рассматривая безмятежное лицо молодой женщины, — если бы не эта деревянная балка, так удачно упавшая под углом, ее бы раздавило рухнувшей стеной.
Немного отдохнув, он ухватился двумя руками за шиворот кожаного плаща, лежащей без сознания молодой женщины, и потихонечку, увеличивая силу напряжения своих мышц, осторожно потянул, извлекая ее из-под завала.
Окончательно выбившись из сил, Владимир остановился, и тут же опустил свою ношу на зеленую траву. Присев с ней рядом, он устало осмотрелся. С левой стороны по ходу его движения, сквозь редкий кустарник, просматривался старый стенд, выделяющийся из общей картины буйства зеленых джунглей, цветом блекло-синей, старой краски с пятнами ярко красной ржавчины.
Этот старый, позабытый всеми стенд с тусклой надписью «доска почета», поднял в душе странника волну удивительных светлых чувств, чувств мистического ощущения далекой и потому доброй эпохи. И вот уже ему кажется, что он знает людей, когда-то здесь живших. И вот уже он слышит приглушенные звуки сельской жизни, радостный детский смех и далекий рокот тракторов на полях необъятной страны…
— Кто ты?… Владимир поначалу не понял, откуда в его сознание пришел этот вопрос. К подобной неожиданности он оказался не готов, и по телу вдруг прошла мелкая дрожь, вызвав волну пробежавших мурашек. Опустив взгляд, он посмотрел в широко открытые глаза Эльвиры.
— В каком смысле?
— Я все видела. Люди так не могут!
— А много ты о людях знаешь? Женщина вздохнула, и повторила вопрос, — Кто ты? Владимир задумался. — Был, подающим надежды, молодым ученым. Был… — пауза затянулась, он колебался. Колебался, одновременно желая открыться этой странной и сильной женщине, и одновременно, боялся быть не понятым, а следовательно, отверженным. — …а потом умер. Точнее, меня убили. — Он встал, выпрямившись во весь свой рост. — А может, мне просто все это снится. — Владимир осмотрелся. — Сейчас прозвенит будильник и как обычно, жена поцелует меня в губы… Ай!
Бросив в рядом стоящего мужчину, металлический болт, Эльвира прищурила глаза и до неприличия внимательно и долго рассматривала его.
— Ну, ты как, проснулся? Хоть от тебя и воняет, но на зомби ты не похож. Как впрочем, и на псевдо человека тоже. — И тут вдруг в ее глазах промелькнул страх.
— Что тебе нужно? Не отрывая взгляда от лица женщины, Володя присел на корточки. — Думаю, мне нужна помощь. Я не знаю, что мне делать и как быть. Более того, к подобному течению событий, я оказался совершенно не готов.
Эльвира осторожно села и привалилась к стволу тонкого дерева. В ее глазах, еще читался страх. — Расскажи мне о себе. Я же должна знать, кого я приведу к людям?
Владимир хотел напомнить ей, что уже дважды спас ее жизнь, но вдруг передумал, посчитав это дурным тоном. Поудобнее усевшись, он скрестил ноги по-татарски, и прокашлявшись, начал свое нехитрое повествование с того самого момента, когда вместе со своими товарищами по работе, он пересек границу Зоны отчуждения, совершив визит в ее пределы, по делам служебной командировки.
Киев. 22 июля 2015 года 12:45
У пруда парка имени Максима Рыльского, в тени плакучей Ивы стоял широкоплечий молодой человек в легкой, светлой одежде. Оставаясь в тени, дополнительно укрытый гибкими ветвями старого дерева, он наблюдал за хорошо просматривающимися тропинками, ведущими к пруду. Через некоторое время, на тропинке показался высокий худощавый парень и, остановившись у берега, деловито закурил. Время шло, он начинал нервничать. Выбросив окурок в воду, достал мобильник и стал проводить с ним нехитрые операции. Стоящий в тени Ивы молодой мужчина, почувствовал вибрацию полупрозрачного устройства на своей руке. По номеру звонившего, он смело предположил, что праздно шатающийся молодой человек, и есть именно тот, с кем у него назначена встреча. Зеленоглазый мужчина, не спеша покинул свое убежище от летнего, жаркого солнца.
Они шли прогулочным шагом по направлению к Ореховатскому пруду, расположенному у коммунального объединения «Киевзеленстроя».
— … провести тебя через кордон, дело для нас плевое но, тем не менее, опасное и стоит хороших денег. — Он презрительно сплюнул в сторону. — в буферной зоне кордона, большой опасности нет, в плане аномалий. А вот на мутантов, поохотиться можно. Если же решишь лезть в Зону, на это брат, отдельный прейскурант цен имеется. Мужчина снял с руки браслет, который тут же превратился в широкоформатный монитор мобильного устройства. На мониторе появилась карта. — Мне нужно сюда. Парень аж присвистнул от созерцания дорогущей техники. Всмотревшись в карту, он на мгновение изменился в лице, но тут же, скрыл вырвавшееся из под контроля волнение.