Чтение онлайн

Врезать бы ей сейчас по почкам, подумал Джориан. Люди, которые орут про права, всегда быстро ломаются.

— Сеу Кассандра, — вступил в разговор Моро, приязненно улыбаясь. — Боюсь, что вина за то, что вас задержали здесь — на мне. Мое имя — Морихэй Лесан. Именно мне хотелось побеседовать с вами о гостях Эктора Нейгала, которых он принимает в своем маноре.

— О гостях Нейгала нужно беседовать с самим Нейгалом, — женщина перестала вырываться из рук морлоков, и они отпустили ее, отступив к двери. — Послушайте, у меня нет времени здесь болтать с вами. Меня ждет больной ребенок.

— Больной имперский ребенок, — заметил Моро. — И десяток нарушителей границы.

— Меня это не касается. Для меня больной ребенок — это больной ребенок, и не более того.

— Похвальное милосердие. И что же сеу Нейгал собирается делать с этим ребенком — а также со всеми остальными?

— Это тоже не мое дело, сеу Лесан.

— Вы даже не поинтересовались, нет ли среди них людей, опасных для всей Картаго?

— Послушайте, чего вы хотите? — глаза женщины стали колючими. — Чтобы я выполняла обязанности пограничной стражи, которая хлопает ушами?

— Нет, я просто хочу знать, было ли вознаграждено ваше милосердие подобающей долей искренности. Так например — знаете ли вы, что мужчина, дядя этого самого больного ребенка — ученый-астрофизик? И что он если еще не вычислил координат Картаго — то сделает это в ближайшие дни?

Женщина показалась Джориану на миг озадаченной.

— Вы не знали об этом, верно? Что ж, отвечу на ваш вопрос. Я хочу, чтобы сеу Нейгал добровольно передал мне своих пленников. Всех, без исключения. Я обещаю от имени Солнца — вы слышите? — что его верность Вавилону будет вознаграждена должным образом, если он это сделает, и наказана должным образом, если он этого не сделает.

Кассандра Кэлхун вскинула голову, но Джориан отметил, как напряглись ее пальцы.

— Вы не посмеете напасть на Нейгала в его поместье, — сказала женщина. — Если у вас есть к нему какие-то претензии — обращайтесь в суд лорда-наместника или сёгуна.

— У меня нет на это времени. Моих полномочий хватит на то, чтобы прийти и взять то, что принадлежит Дому Рива.

Женщина повернулась к Моссу Нейгалу.

— И ты будешь спокойно слушать, как угрожают твоему отцу?

Мосс Нейгал был среднего роста, довольно миловидным мужчиной.

— Касси, — мягко сказал он из своего кресла. — Мне очень не хочется, чтобы отец попал в беду — поэтому я тебя и задержал, но ты же бросалась обвинениями и не хотела меня выслушать. Ты должна передать ему, в каком серьезном положении он оказался. Пока он причинял неприятности лично мне — я терпел. Но он пошел против нашей общей Клятвы. Он укрывает наших врагов. Я ничего не могу сделать для него. Предательство — это то, с чем я должен сражаться, даже если виновен отец. Или ты можешь предложить что-то другое?

— Ах ты дерьмецо, — выдохнула женщина, не находя слов.

— Джориан, — сказал Моро. — Позови кого-нибудь сопроводить даму в ее экипаж.

Он снова повернулся к женщине.

— Я думаю, что в вашем лице мы заполучили идеального парламентера.

Сначала Дику казалось, что ни единой ложки этого острого овощного супа он проглотить не сможет — его тут же вытошнит. Его мутило от одного запаха еды. Нейгал все утро подшучивал над ним — как будто похмелье это страшно смешная штука! — но ближе к полудню Дик понял, что старик хочет его подбодрить. Готовилояь что-то серьезное.

Суп, кстати, помог — стоило подавить тошноту и съесть ложки две, как остальное пошло, будто по маслу. Прошла резь в животе, дурнота и отчасти — головная боль. Дик порылся в своем мешке и достал оттуда «неприкосновенный запас» — пакет энерджиста.

— Ну, ты ожил? — спросил Нейгал, когда он напился бодрящего зелья. — Идем, дело есть.

Они спустились в подвал — но по дороге зашли к Джеку. Малыш лежал в постели со своим рисовальным планшетом, что-то там чертил и чувствовал себя сравнительно неплохо, если не считать общей слабости и того, что он не мог есть.

— Как это мне уже надоело, — сказал он со взрослыми интонациями. — Когда я наконец вырасту? Мама сказала, что меня вылечат, когда я вырасту большой.

— Касси поехала в поселок за лекарством, — успокоил Нейгал Бет и леди Констанс.

Дом Нейгала снаружи, насколько Дик разглядел вчера в буране, походил на термитник: коническая — чтобы не залеживался снег — крыша плавно переходила в покатые стены с глубоко утопленными в них узкими окнами, и только на третьем этаже, под куполом, была галерея, забранная бронестеклом и выходящая на единственную дорогу к манору, проложенную между довольно-таки крутым обрывом и довольно-таки отвесным клиффом. Сзади этот же клифф защищал манор. Большинство помещений и технических служб манора находились в пещерах позади здания и под ним. Там же была и кладовая-оружейная, куда спустились вчетвером Нейгал, Дик, Рэй, Тень и маленький тэка в темно-зеленой хламиде — Нейгал представил его как Сета.

Юноша понял, что это за помещение, еще до того, как Нейгал скомандовал «Свет!» Ноздри поймали знакомый с детства запах — смазки, горелого пластика, припоя, изолята и мужского пота, прочно въевшегося в пористые прокладки доспеха-кидо.

Оружейная.

На Дика внезапно снизошло странное чувство покоя. Казалось, что здесь, в этом длинном зале, он в полной безопасности — никто и никогда не посмеет ворваться сюда, чтобы разрушить его жизнь. Это место будет вечным.

Если бы у него был настоящий дом, он понял бы, что это — чувство дома. Именно это он испытывал на «Ричарде Львиное Сердце», проводя часы в оружейной у безногого Тома Монагана, известного среди монахов просто как «брат Томмиган». Томмиган знал об оружии прошлого и настоящего все, что можно о нем знать. После того, как он лишился ног, его перевели в оружейную, отдав ему под начало отделение послушников, которые под его руководством чинили несложные повреждения доспехов, стрелкового оружия и флордов (сложные Томмиган приберегал для себя — точнее, для показательно-ремонтных работ, сопровождающихся лекциями). Он же учил Дика стрелять в тире на грузовой палубе, если у сержанта Коннора не хватало времени на мальчика.

— Я верну вам ваше оружие и доспехи, — сказал Нейгал, и по его знаку Тень отпер один из стенных сейфов. — Держите их наготове. Тень, подберешь что-нибудь из старья вот этому. — Нейгал показал на Рэя, потом повернулся к Дику и положил ему руку на плечо.

— Насколько хорошо ты обращаешься со своим пулевиком? — спросил он. — Выбьешь хотя быть пять из десяти?

— Не знаю, сэр, — признался Дик. Он не тренировался в стрельбе лет шесть, к тому же во время своего пребывания на «Ричарде» ни разу не упражнялся с тяжелым для восьмилетнего мальчика «эрнандесом». Коннор учил его стрелять из маленького десятизарядного «кольта-рассела», который называли еще «женской» моделью. Благодаря брату Томмигану он сумел бы собрать и разобрать «эрнандеса» со связанными за спиной руками на спор, и капитан Хару даже доверял ему чистку оружия — но вот тренироваться в стрельбе на «Паломнике» было негде.