Чтение онлайн

— Хорошо. Правда, у нас разные представления о том, что такое хорошо умереть. Ведь для канонизации нужно без сопроотивления и в твердом исповедании веры? Насчет веры можете быть спокойны, а вот сопротивлялся Маэда будь здоров. Мне бы так. Он успел свалить одного из морлоков и сломал бы ему шею, но другие, спасая товарища, быстро разбили Маэде голову. Так что долгой потехи, на которую рассчитывало быдло, не получилось.

— Скажите, вы и такую… потеху находите чем-то… законным?

— Я ее нахожу полным дерьмом — это развращает и людей, и морлоков. Но тут уж я ничего не могу поделать — такие, как я, в меньшинстве.

— Такие, как вы — это, простите, кто? Мне показалось, что вы с леди Кассандрой — своего рода аболиционисты…

Нейгал задрал бороду и беззвучно расхохотался.

— Нет, сударыня, мы не аболиционисты. Во всяком случае, мы не те аболиционисты, кто с огнем в глазах вещает о равных правах для людей и гемов. Касси думает, что можно дать гемам какую-то часть прав, чтобы предотвратить злоупотребления — вроде тех же самых боев. Я думаю, что это чушь. Гем-рабство плохо не потому, что с кем-то из зелененьких обращаются жестоко. Оно плохо вообще, в целом, как явление — потому что оно размывает понятие о том, что такое «человек», и ваш спор с Касси за ужином тут очень много показал. Наши предки не устояли перед соблазном иметь дармовую и безусловно верную рабочую силу — и это была измена духу Вавилона, верность лишь букве взаимной клятвы. Кто же такие «мы», к кому я себя отношу? Мы — люди, верные духу Вавилона.

— Так вы стоите за то, чтобы дать гемам полные права?

— Сударыня, я стою за то, чтобы гемов вообще не было. Я — элиминист, слышали?

Констанс кивнула.

— Еще бы вы не слышали, — проворчал Нейгал. — Ведь Крестовый поход был против нас.

— Против геноцида.

— Чушь. Геноцид был вам нужен как повод. Вы знаете и я знаю, что по ту сторону Периметра полно людей, которые думают и чувствуют как я.

— Догмат последнего Собора запрещает им действовать как вы.

Нейгал энергично фыркнул.

— Ну-ка, ну-ка, это как же я действовал? И где? Если на Сунасаки — то я бы действовал также и будучи аболиционистом. А если здесь — то я ни одного гема не обидел.

— Почему? Разве они не исключеныиз вашей Клятвы?

— Кошки тоже исключены, но я и кошек не обижаю. Кстати о кошках — как там ваш серый?

— Он с Джеком. Простите, мастер Нейгал, но мне неясен наш статус. Разве самим фактом того, что вы приютили имперцев, вы не ставите себя вне Клятвы?

— Что значит «я приютил»? Перед лицом нашего закона вы — мои частные пленники. Я первым наложил на вас руку, и Морита может утереться. А что я с вами сделаю — отпущу или съем на завтрак — никого не колеблет. Единственное, на что я не имею права — это отпускать инициированного пилота. Ну так я его и не отпущу.

— Морита обладает полномочиями?

— Его полномочия касаются только служивых людей. Я — лицо частное.

— И вы уверены, что он… как вы сказали — утрется?

— Вот уж нет. Наоборот. Именно поэтому я, как только получу лекарство, постараюсь вас отправить в такое место, о котором Морита не знает, и уладить это дело с ним.

— Как уладить? — приподняла брови леди Констанс.

— Как это принято между мужчинами Рива. Идите спать, леди — а уложу пацана.

— Есть, — этим тихим возгласом Моро вывел задремавшего было Джориана из оцепенения.

Жутковато было наблюдать, как он подключается без сантора к местной сети — просто кладет ладонь на разъем, и сидит с закрытыми глазами, будто грезит. Так что, когда он закончил, Джориан обрадовался не только тому, что скука ожидания переходит в действие.

— В местную фармакологию поступил заказ на специфический комплекс очистки крови. Заказ оплачен со счета сеу Кассандры Кэлхун и должен быть готов к завтрашнему утру. Надо думать, сеу Кассандра лично явится его получать…

— И тогда мы узнаем, где они?

— Я и так знаю где они: в маноре Нейгала.

— Так какого хрена нам ждать?

— Остынь. Мы не можем так просто ворваться в манор и потребовать их выдачи.

— Почему? Это же имперцы!

— Раз Нейгал первым наложил на них лапу — то они личные пленники Нейгала.

— Ни хрена себе. Это что ж получается — плакали наши денежки? Что я ребятам скажу?

— Джориан, как раз сейчас я думаю, что нам делать в связи со всем этим. И чем меньше ты будешь отвлекать меня, тем быстрее я придумаю.

Джориан посопел и пошел из комнаты, где разместили его и Моро, в комнату, отданную братьям Мело. Братцы смотрели по сантору какую-то местную программу, которая крутила старые эротические патроны. Джориан не особенно любил порнуху — что за интерес смотреть на голую бабу, которой нельзя впендюрить? — но остался здесь: любая экранная жопа приятнее, чем лицо Моро. Никакие деньги не стоят того, чтобы терпеть этот снисходительный тон.

Когда он вернулся, Моро уже спал, и Джориан не решился будить его, чтобы тот поделился своими соображениями. Он разделся и лег в свою постель, проклиная тот день и час, когда решил подобрать Мориту на вельботе.

Наутро за завтраком он спросил.

— Ну, что ты надумал?

— Для начала мы побеседуем с сеу Касси Кэлхун, которая прибыла за медикаментами на глайдере господина Нейгала.

— Она уже здесь? — Джориан чуть не подавился. — А ты спокойно сидишь и жуешь?

— Да, и призываю тебя последовать моему примеру. В отличие от своего отца, Мосс Нейгал — лицо официальное и должен подчиняться моим полномочиям. К тому же, он и сам бы не отказал себе в удовольствии пообщаться с любимой женщиной.

— То есть? Ты это о чем?

— Он задержал Касси Кэлхун по моей просьбе. Так что нам незачем гнать лошадей. Знаешь анекдот — «Мы пойдем медленно-медленно и перетрахаем всех телочек»? Так вот, мы поедим не спеша, и отправимся на свидание с прекрасной дамой.

Прекрасная дама оказалась высокой, статной женщиной с длинными прямыми волосами и кожей цвета темного шоколада. Она действительно была хороша собой и разгневана как богиня Тиамат в храме Гнева. Двое пожилых морлоков класса «Аякс» аккуратно, но твердо держали ее за руки, а она орала на Мосса Нейгала, требуя ответить, почему ее задержали.