Сборник-3
Шрифт:
зачала в этот час
– парню очень хотелось
с пьяных маленьких глаз.
Я не сплю в эту полночь.
Я смотрю на луну.
Полно, Господи, полно
мучить эту страну!
Нам попало немало,
и хватило вполне
где-то в самом начале,
на гражданской войне.
Где-то в самом начале,
как на грех, как на смех,
всем гуртом мы напали,
да, видать, не на тех.
– 39
– 7
Где-то в знойном Непале
(он ведь рядом, Непал)
мы с тобой не бывали.
Лишь Сенкевич бывал.
Где-то в синей Тоскане,
в Аттике золотой...
Спой мне, меццо-сопрано,
птичка божия, спой!
Чтобы было мне пусто,
повылазило чтоб!
Чтоб от счастья и грусти
треснул медный мой лоб!
Чтобы Родину нашу
сделал я, зарыдав,
и милее и краше
всех соседних держав!
Чтоб жених да невеста,
взявшись за руки, шли,
а за ними все вместе
все народы Земли!
Чтоб счастливый стиляга,
улыбаясь в слезах,
поднял тост: "За отвагу!"
– встал под общий наш флаг!
– 40
– Чтоб сады расцветали
белым вешним огнем
как ни в чем не бывало
на Таймыре пустом,
тма, в заснеженных далях,
за полночным окном,
где-то там, на Ямале,
где-то в сердце моём...
О дитя карнавала
с леденцом-петушком.
ИЗ ПОЭМЫ "ЛЕСНАЯ ШКОЛА"
Ехал на ярмарку Ванька-холуй...
Хулиганская песня
Ой вы, хвойные лапы, лесные края,
ой, лесная ты школа моя!
Гати, тати, полати, ау-караул,
ёлы-палы, зеленый патруль!
В маскхалате на вате, дурак дураком,
кто здесь рыщет с пустым котелком?
Либо я, либо ты, либо сам Святогор,
бельма залил, не видит в упор!
– 41
– Он не видит в упор, да стреляет в упор!
Слепота молодцу не укор!
Он за шкурку трясется, пуляет в глаза.
Ёлы-палы, река-Бирюса!
Ой, тюменская нефть да якутский алмаз,
от варягов до греков атас.
И бродяга, судьбу проклиная, с сумой
вдоль по БАМу тащится домой.
Ой, гитара, палаточный наш неуют!
Дорогая, поедем в Сургут!
И гляди-ка - под парусом алым плывет
омулёвая бочка вперед!
И полночный костер, и таёжная тишь,
и не надо, мой друг, про Париж!
От туги да цинги нам не видно ни зги,
лишь зелёное море тайги!
Лишь сибирская язва, мордовская сыпь...
Чу - Распутин рыдает, как выпь,
над Байкалом, и вторит ему баргузин.
Что ты лыбишься, сукин ты сын?
Волчья сыть, рыбья кровь, травяной ты мешок,
хоть глоток мне оставь, корешок!
Вот те Бог, вот те срок, вот те сала шматок,
беломоро-балтийский бычок!
– 42
– Возле самой границы, ты видишь, овраг.
Там скрывается бешеный враг
– либо я, либо ты, либо сам Пентагон!
О зеленые крылья погон!
Три гудочка я сделаю - первый гудок
намотает положенный срок,
а второй про любовь, про любовь прокричит!
Третий харкнет и снова молчит.
Дверь не скрипнет, не вспыхнет огонь ни фига,
человечья не ступит нога...
В темном лесе свирель, сею лён-конопель,
вольчью ягоду, заячий хмель...
Но кто скачет, кто мчится - спаси-помоги!
Царь Лесной, Председатель тайги!
С ним медведь-прокурор да комар-адвокат!
И гадюки им славу свистят!
Призрак бродит по дебрям родным, разъярён,
европейский покинув газон!
Он рубаху последнюю ставит на кон,
спит и видит сивушный свой сон!
Это дурью мы мучимся, лён-конопель,
волчья ягода, заячий хмель!
Белина-целина, что ни день, то война,
ёлы-палы, лесная страна!
– 43
– По сусекам скребут, по сусалам гвоздят,
по централам торчат-чифирят.
Эх, кайло-кладенец, эх, начальник-отец,
эх, тепло молодежных сердец!
Нам кровавой соплей перешибли хребет!
Отползай, корешок, за Тайшет.
И, как шапку в рукав, как в колодец плевок,
нас умчит тепловозный гудок.
Ну чего же ты, Дуня? Чего ты, Дуня?
Сядь поближе, не бойся меня.
Пойдем-выйдем в лесок, да сорвем лопушок,
да заляжем в медвяный стожок!
Не гляди же с тоской на дорогу, дружок!
Зря зовёт тепловозный гудок.
Там плацкартные плачут, да пьют, да поют,
А СВ все молчат да жуют!..
Снова в широкошумных дубровах один
я бегу, сам себе господин.
Но взглянул я вокруг - а кругом на века
братья Строговы строят ДэКа!
Вырастают, как в сказке, то ГЭС, то АЭС,
освещают прожектором лес.
Всё мне дорого здесь, всё мне догого здесь,
ничего мне не дёшево здесь!
– 44
– То прокисли молочные реки во зле,
вязнут ноги в пустом киселе...
В феврале на заре я копаюсь в золе,
я ищу да свищу на заре.