Чтение онлайн

Сад.

Где железо подобно отцу.

Юрий Арабов

ПРО БОЦМАНА

В рождество, когда у любой звезды

нету сил, чтоб родиться из млечной щели,

его находили у медсестры

за неимением пещеры.

Придя, волхвы не снимали бот

и не делали коньячных порций,

хоть знали твердо: такой убьет.

Не убивай же их, боцман!

Коль ты в офсайде, продай им зонт

своей мамаши, что красит космы.

Эмигрирует солнце за горизонт.

Не убивай его, боцман!

– 13

– Надень фуражку и не горюй,

что сапоги без носков не очень.

Рождество - это время

по календарю,

когда ноги будущим не промочишь.

Не тронь сестренку, а ну оставь,

зачем ее завернул ты в простынь?

Тебе б товарный грузить состав,

не убивай ее, боцман!

Вселенная - это такой масштаб,

что не пролезет в твою фрамугу,

и в нем кроме Бога фабком, генштаб...

Не убивай же их, боцманюга!

Боюсь, что умер в тебе главбух

и Гуссерль умер с Платоном в паре,

пускай ты их наблюдал в гробу,

уймись, прошу тебя, карбонарий!

Уймись... Ведь сердце уже не бьется.

Приляг в канаву, тут нет Оруда...

Спокойно, товарищи, это - боцман.

Не зарывайте его покуда.

– 14

– Александр Башлачев.

ЗИМНЯЯ СКАЗКА

Однозвучно гремит колокольчик Спасской башни Кремля.

В тесной кузнице дня Лохи-блохи подковали Левшу.

Под рукою - снега. Протокольные листы февраля.

– Эх, бессонная ночь! Наливай чернила - все подпишу!

Как досрочник - ЗК два часа назд откинулся день.

Я опять на краю знаменитых вологданьских лесов.

Как эскадра в строю, проплывают корабли деревень.

И печные дымы - столбовые мачты без парусов.

И плывут до утра хутора, где три кола - два двора.

Но берут на таран всероссийскую столетнюю мель.

Им смола - дикий хмель. А еловая кора - им махра.

Снежок - сахарок. А сосульки им - добра карамель.

А не гуляй без ножа! А дальше носа не ходи без ружья!

Много злого зверья. Ошалело - аж хвосты себе жрет.

А в народе зимой - ша!
– вплоть до марта боевая ничья.

Трудно ямы долбить. Мерзлозём коловорот не берет.

Ни церквушка, ни клуб. Поцелуйте постный шиш вам баян.

Ну а ты не будь глуп! Рафинада в первачок не жалей!

Не достал нас "Маяк". И концерты по заявкам сельчан

По ночам под окном исполняет сводный хор кобелей.

– 15

– По ночам под окном - то ли песня, то ли плач, то ли крик,

То ли спим, то ли нет! Не поймешь нас - ни живы, ни мертвы.

Лишь тропа в крайний дом над обрывом вьется, как змеевик.

Истоптали весь снег на крыльце у милицейской вдовы.

Я люблю посмотреть, как купается луна в молоке.

А вокруг столько звезд! Забирай хоть все - никто не берет.

Значит, крепче стал лед. Мерзни, мерзни, волчий хвост на реке.

Нынче славный мороз. Минус тридцать, если Боб нам не врет.

Я устал кочевать от Москвы до самых дальних окраин.

Брел по горло в снегу. Оглянулся - не осталось следа.

Потеснись - твою мать!
– дядя Миша, косолапый хозяин!

Я всю ночь на бегу. Я не прочь подремать, но когда

Я спокойно усну, тихо стронется лед в этом мире

И прыщавый студент - месяц март - трахнет бедную старуху Зиму.

Все ручьи зазвенят, как высокие куранты Сибири.

Вся Нева будет петь. И по-прежнему впадать в Колыму.

МЕЛЬНИЦА

Черный дым по крыше стелется.

Свистит под окнами.

– В пятницу, да ближе к полночи

не проворонь, вези зерно на мельницу!

– 16

– Черных туч котлы чугунные кипят,

да в белых трещинах шипят

гадюки-молнии.

Дальний путь - канава торная.

Всё через пень-колоду-кочку кувырком да поперёк.

Топких мест ларцы янтарные

да жемчуга болотные в сырой траве.

– Здравствуй, Мельник-Ветер-Лютый Бес!

Ох, не иначе черти крутят твою карусель...

Цепкий глаз. Ладони скользкие.

– А ну-ка кыш!
– вороньё,

заточки-розочки!

Что, крутят вас винты похмельные

– с утра пропитые кресты нательные?...

Жарко в комнатах натоплено.

Да мелко сыплется за ворот нехороший холодок.

– А принимай сто грамм разгонные!

У нас ковши бездонные

да все кресты - козырные!

На мешках - собаки сонные,

да бабы сытые,

да мухи жирные.

– 17

– А парни-то всё рослые, плечистые.

Мундиры чистые. Погоны спороты.

Черный дым ползет из трубочек.

Смеется, прячется в густые бороды.

Ближе лампы. Ближе лица белые.

Да по всему видать - пропала моя голова!

Ох, потянуло, понесло, свело меня

на камни жесткие да прямо в жернова!

Тесно, братцы. Ломит-давит грудь.

Да отпустили б вы меня... Уже потешилсь.

Тесно, братцы. Не могу терпеть!

Да неужели не умеем мы по-доброму?...

На щеках - роса рассветная.