Самозванец
Шрифт:
Через минуту Малфой и Снейп выскочили из комнаты:
– Дамб зовет! Зачем мы ему понадобились?
– Дамба нет, это вопилка!
– Акцио!
Говорящее письмо с криком: «Срочно в мой кабинет!!!» не приземлилось в протянутую руку Снейпа, а зависло у него над головой и саморазорвалось на кусочки, обсыпав его.
– Пошли к Дамбу.
– сказал Люциус.
– У меня Волчьелычное зелье варится, я не могу отойти!
– отряхивая бумажные обрывки, отозвался Снейп.
– Так погаси огонь!
– Нельзя! Тогда оно испортится.
– Ну, еще одно полнолуние Люпин оборотнем побегает, тебе что, жалко? Oppicondum!
И Люциус со Снейпом удалились, не заметив «новый гобелен» и по дороге рассуждая, что раньше Дамблдор никогда не присылал вопилок, а отправлял за студентами Филча или старосту Долли.
Барти стряхнул иллюзию и ринулся в комнату зельевара.
– Oppidemptum!
Волчьелычное зелье булькало в котелке. Барти нырнул в шкаф, прихватил кастрюльку с оборотным зельем и шагнул на выход, но бросив взгляд на булькающее варево, ухмыльнулся во весь рот, снова отворил шкаф, схватил большой пакет с перцем и опрокинул в кипящий экссудат.
Люциус и Снейп прогулялись в башню, выяснили, что Дамб не вызывал, а вопилка - результат чьего-то чувства юмора.
– Северус, ты Волчьелычное варишь?
– спросил Борода С Глазками.
– Варю.
– Извините за беспокойство, - сказал Люциус, - пали жертвой обмана... Снейпуля, у тебя остатки вопилки за ухом.
Вернувшись в общагу, Снейп кинулся к своему вареву, заглянул в шкаф - добавить полынь, и проскрипел:
– Люциус, нас обнесли. И по специфике украденного я догадываюсь, КТО обнес. Оборотное зелье свистнули!
– Ну хочешь, я его побъю?
– Сам же говорил: «Нельзя бить юродивых!» Ну, вот что я предоставлю на олимпиаду? Требуются два Высших зелья - я покажу Феликс Фелицис, а второе, ну что я скажу - Крауч выпил?
– Покажи им Крауча.
– Они скажут, что я его Полоумным портвейном упоил.
– А есть такой?
– Есть! Применение наказывается уголовно...
Снейп сварил Волчьелычное зелье и понес в гриффиндорскую башню. Люпин попробовал и выплюнул:
– Сопливус!!! Отравить меня хочешь?!
– Он кашлял, из глаз брызнули слезы.
– Что ты ему приволок, грязнокровка!
– закричал Сириус.
– Волчьелычное зелье немного горчит, но терпимое, ты что выкаблучиваешься, пей давай! Для тебя старался...
– возмутился Снейп.
– Яду мне налил, яду...
– скрюченный Люпин бегал по комнате, выпучив слезящиеся глаза и громко втягивая воздух разинутым ртом.
– Он умирает!
– закричал Петигрю.
– Заливай ему!
Мародерчики схватили Снейпа за руки-ноги, а Люпин вцепился ему в волосы, запрокинул ему голову:
– Пей давай! Сам свое зелье пей! Открывай рот!
Петигрю зажал Снейпу нос, так что Северус был вынужден вдохнуть ртом, и Люпин влил ему Волчьелычное зелье. Половина настойки оросила щеки и мантию Снейпа, но и от попавшего в горло зельевар закашлялся, бешено вращая выпученными глазами.
Мародерчики пинками вытолкали его из комнаты.
После отбоя Люпин юркнул в потайной ход, покинул школу и пошел в лес кусать кентавров за ноги, размахивая куцым хвостом.
* * *
Нарцисса убедилась, что Снейп - шарлатан. Взял деньги за приворотное зелье, обещал подлить его Люциусу, но боготворимый Нарциссой объект как не воспринимал всерьез 12летнюю воздыхательницу, так и не заинтересовался. Нарси решила взяться за дело сама. Прогулялась в библиотеку, выискала рецепт из области черной магии - «Смертельная присуха», законспектировала: «Кишки книзля, глаза саламандры, экстракт гипофиза вампира, сердце жабы...» и решила в полночь отправиться в экспедицию в лабораторию Слагхорна за ингредиентами.
Открыла Алохоморой. При свете тусклого Люмоса проинспектировала нижние полки шкафов, искомого не обнаружилось. Нарцисса приставила стремянку, полезла наверх, держа в зубах волшебную палочку. У шаткой стремянки были ножки разной длины, девочка еле балансировала наверху. Возле шкафа стоял здоровенный чан с флоббер-червями. В углу на самой верхней полке наблюдалась искомая баночка.
– Акцио!
– прошептала Нарцисса. Заклинание телекинеза не подействовало. Нарцисса потянулась, не удержал равновесие и грохнулась на пол вместе со стремянкой, а ее палка вылетела из зубов и утонула в бочке с флоббер-червями.
Нарцисса не стала рыбачить в червячьей бочке и поспешила на выход.
– Люмос!
– Слагхорн в ночной рубашке, ночном колпаке и тапках выскочил из спальни.
Ахая и охая над разгромом в лаборатории, профессор зельеварения выглянул в коридор. Нарцисса успела ускакать в общагу, а по темному коридору крался Рем Люпин.
– А ну стой, ворюга! Стоять, я сказал! Минус двести пятьдесят баллов Гриффиндору! А тебе двухмесячная отработка, будешь мне книзлей и саламандр препарировать, флоббер-червей резать, котлы драить, полы мыть, столы дезинфицировать...
– Приступать к отработке прямо сейчас, господин профессор? Я сейчас перекинусь, сэр. Полнолуние!
– сымпровизировал Барти.
– Что... Рем, а Волчьелычное зелье...
– А оно еще не готово, - ухмыльнулся Барти и создал иллюзию, что у него лицо вытягивается вперед, а на щеках отрастает шерсть.
Слагхорн развернулся и, теряя тапки, помчался в опочивальню.
Стряхнув иллюзию, Лжелюпин продолжил путь в гриффиндорскую башню. Он предусмотрительно оставил на попечение храпящих Нотта и Руквуда свою форменную мантию со слизеринским значком и зеленый галстук, оставшись в рубашке и джинсах, в кармане оттопыривался флякончик с панацеей.
В коридоре притихшей общаги стояли Поттер, Петигрю и Блэк, курили в окошко и вздыхали:
– Скучно жить! В нашей деревне никакой ночной жизни! Был бы завалященький стрип-клубец! Все кафешки уже позакрывались, а мы всё пиво выпили! А где там Рем? Обещал повыть под окошком.
– Ууу!
– тихо пропел Барти, приближаясь к троице.
– Ты ж перекидываться пошел!
– Не получилось! Я ж выпил Волчьелычное зелье!
– Ты ж совсем чуть-чуть проглотил и плюнул, - удивился наблюдательный Петигрю.