Чтение онлайн

– Из этого можно сделать вывод, что Меншиков как-то связан с Крестовским и приехал выяснять, что с ним случилось, – с одной стороны, когда великий князь сам приезжает спрашивать про возможную смерть графа, это из пушки по воробьям. С другой стороны, он приехал спрашивать не с кого-нибудь, а с другого князя, потенциал которого пока неизвестен в принципе.

– Видимо, Крестовский работал на Меншикова, – сказал Михайлов. – Разумеется. неофициально. Официально он работал в СИБ.

– Их дома как-то связаны? – Влад в силу своих занятий был достаточно хорошо осведомлен об аристократических родах, но все же его знания были не безграничны.

– Нет, – сказал Михайлов. – Открыто Меншиков никак не связан ни с Крестовскими, ни с Громовыми. И это не было похоже на дружеский визит – великий князь прибыл с отрядом личной охраны в максимальном для городского боя оснащении. С постановщиком помех, которых, кстати, до сих пор там стоит. Они разговаривали больше двух часов, а потом Меншиков уехал.

– И вы не знаете, о чем они говорили?

– Нет, – сказал Михайлов. – Мой наблюдатель говорит, что в кабинет они не поднимались.

– Во всем этом нет никакого смысла, – сказал Влад.

– Это лишь означает, что мы смотрим на картину не с той стороны.

– Допустим, – сказал Влад. Он попытался откинуться на спинку неудобного офисного стула и прокрутить в голове подслушанный разговор еще раз. Особенно его смущали два момента. Первый, про дочь, он уже озвучивал. Второй – обсуждение матримониальных планов Ломтева.

Чтобы какой-то граф диктовал князю, что ему делать, да еще и список невест составил? В это верилось с огромным трудом.

Да что там граф, Влад был уверен, что и Меншиков не смог бы навязать Громову-старшему свою волю.

Из этого следовал только один вывод, но он был слишком невероятный.

– Посмотрели? – спросил Михайлов.

– Все встанет на свои места, если допустить, что Громов и Ломтев – это разные люди, и подмена произошла как раз в «Золотой осени», – сказал Влад. – Но это….

– Невозможно? – уточнил Михайлов. – А смена вектора силы возможна?

– Были прецеденты, – сказал Влад.

– Были, – согласился Михайлов. – Но, как правило, у наблюдаемого объекта с самого детства наблюдался дар двух стихий, и потом, со временем, одна вытесняла другую, даже если раньше она была более слабой. Но этого никогда не случалось в таком возрасте. Кроме того, Громов изначально был сыном Зевса, причем внекатегорийным, и никаких других склонностей никогда не демонстрировал.

– Это не значит, что их не было, – заметил Влад.

– Две равные силы уживались в одном человеке на протяжении такого времени?

– То, что мы никогда раньше о таком не слышали, не означает, что это невозможно в принципе, – сказал Влад. – Кроме того, мне сложно поверить, что какой-то человек с даром такого уровня уклонился от испытания силы и прожил столько лет, так и не попав в поле зрения СИБ, которая такие случаи отслеживает весьма скрупулезно.

– Возможно, он не из империи.

– Допустим, они смогли подправить ему внешность так, что он умудрился ввести в заблуждение собственного сына, – сказал Влад. – Но его друзья, старые связи…

– Которые он даже не попытался возобновить, – сказал Михайлов. – После испытания силы и раскола в клане Громовых, Ломтев не вышел на связь ни с одним из своих многочисленных знакомых. Он живет затворником.

– Это можно понять, учитывая его возраст и положение.

– Не стоит списывать все странности на возраст, – сказал Михайлов. – Тот же Меншиков моложе всего на двенадцать лет.

Старики.

Старики у власти – это ее полбеды, подумал Влад. Беда, когда у этих стариков есть сила, сравнимая с мощью целой армии, пусть даже эта армия принадлежит какой-нибудь небольшой стране. Что ты будешь делать с этими стариками?

Только ждать, когда они умрут.

Но тот же Романов не умирает уже больше сотни лет. Так можно и самому состариться в ожидании.

– Я считаю, Крестовский никогда не стал бы так разговаривать с настоящим Громовым, – сказал Михайлов. – А если бы такое произошло, Громов убил бы его в самом начале разговора. И даже не этого разговора, а одного из тех, что были у них раньше.

– Если только он не выжил из ума.

– Если бы он выжил из ума, туда все же приехала бы спецгруппа СИБ, а не целый великий князь, – заметил Михайлов.

А дом Меншиковых издавна тесно связан с домом Романовых, и по одной из теорий наследования, после смерти Петра Шестого великий князь является третьим в очереди наследования.

По другой теории – шестым.

Возможно, это ничего и не значило, и, скорее всего, так оно и было, но в голове Влада почему-то всплыл именно этот факт.

Заговор, подумал Влад. Непонятно, чей, непонятно, против кого он направлен, но это и неудивительно. Они, возможно, годами плели паутины, а мы случайно наткнулись на одну ниточку, и совершенно естественно, что мы не видим всей картины целиком.

Но другого объяснения он найти не мог. Крестовский работал на СИБ, но если бы он посещал Ломтева по служебным делами, после его пропажи фамильный особняк был бы уже трижды оцеплен эсбэшниками, а зондеркоманда ариков уже готовилась бы к штурму.

Другое дело, если он был там с частным визитом.

И граф мог бы давить на князя, пусть даже и не совсем настоящего, хотя в некоторых аспектах уже и настоящего, только если за спиной графа стоит кто-то еще.

Кто-то больший.

Например, великий князь.

Тем самым объяснялся и шантаж дочерью, и многое другое.

– Бритва Оккама, – сказал Михайлов. – Нужно отбросить все лишнее.

Влад, так и не сумев найти комфортного положения, сел ровнее и закинул ногу на ногу.