Чтение онлайн

тысячами тонут в реках и фиордах. Но это не стремление

к гибели, а просто незнание, где гибель.

Однажды двухтысячное стадо полудиких быков и коров,

которое паслось в прериях Аргентины, без всякой

видимой причины вдруг бросилось в реку Парану и утонуло.

Там ясе, в Южной Америке, случилось и такое: сотни

крокодилов дружно покинули гостеприимное устье Амазонки и.

поплыли в открытое море на верную гибель.

Видели и слонов в море, далеко от берега (слоны

отличные пловцы). На одного слона-мореплавателя напали акулы

и разорвали его. Бегемоты и дикие свиньи, переплывшие

пролив между Африкой и Мадагаскаром, счастливо избежали

акульих зубов и акклиматизировались в новой стране

(позднее бегемоты на Мадагаскаре все вымерли).

Эти странные «выходки», это непонятное влечение

сухопутных зверей к морским путешествиям биологи объясняют

так: у многих животных есть врожденное побуждение к

расселению на новые земли, расширение мест своего обитания

во все стороны, куда только возможно. В некоторое время —

когда, например, где-нибудь их слишком много расплодилось

и есть стало нечего,— и у некоторых особенно непоседливых

из них страсть к переселению побеждает все другие чувства,

даже инстинкт самосохранения. И тогда звери без ластов

и плавников храбро и безотчетно бросаются в море, чтобы

вплавь добраться до тучных пастбищ, которые чудятся им

за горизонтом, или плывут на авось: куда-нибудь да

прибьет течение. Едва ли животные, пускаясь в рискованные

вояжи, о чем-нибудь рассуждают, скорее, всемогущий

инстинкт гонит их на поиски новых земель без всяких

раздумий об удачах и неудачах, которые их ждут.

Есть и такая гипотеза: кочующие белки и лемминги

ведут себя как чумовые — гибнут в городах, попавшихся на

пути, тонут в реках. Они одержимы помешательством, все

обезумели от каких-то не известных нам пока причин,

может быть, от паразитов в мозгу — как овцы от иных

глистов или от какого-нибудь вируса,— так утверждают

сторонники теории «роковых миграций». Но поскольку никто

еще не установил, что это за «помешательство», когда и

отчего оно случается, признать его за истину нельзя.

Много всевозможных басен рассказано о самоубийстве

скорпионов. Многие это видели и может увидеть каждый,

кто хочет. Нужно только окружить скорпиона горячими

углями. Он бросится в одну сторону, в другую — выхода

нет. И, не желая умирать в муках, убьет себя уколом

жала.

Натуралисты прошлого века полагали, что скорпион

жалит себя в мозг потому, что от яркого света углей болят

его глаза. А скорпион привык жалить все, что причиняет

ему боль. Другие говорят, что скорпион жалит себя

нечаянно, когда мечется в панике, ища выхода из огненного

кольца. А третьи уверяют, будто он, окруженный углями, и не

умирает вовсе, а от шока, как Ливингстон в когтях льва,

цепенеет в каталепсии. Если набраться терпения и

час-другой посидеть у «мертвого» скорпиона, то можно якобы

увидеть, как он очнется и бросится наутек.

Профессор П. И. Мариковский в своей интересной книге

«Неутомимые охотники» рассказал об опытах, которые

доказали, что яд скорпиона безвреден для него самого.

Значит, скорпион погибает не от самоукуса, а, по-видимому, от

теплового удара и ожогов, которые получает, пытаясь

прорваться сквозь угли. Это, пожалуй, самое правильное

объяснение мнимого самоубийства скорпиона.

Зоологи не раз находили в лесу бурундуков, полевок,

обезьян и даже оленей, застрявших головой в развилке

дерева, словно повесившихся. Птицы тоже часто гибнут,

попадая случайно головой в петли бельевых, крепежных и

прочих веревок. Один пестрый дятел умер, вонзив клюв в

лесной орех. А любопытная сорока засунула клюв в мяч для

игры в гольф и не смогла вытащить его. Некая треска

прославилась тем, что удавилась, всунув голову в пряжку от

пояса, упавшую в море. Есть фотографии акулы, которая

погибла, завязнув в баллоне от автомобильного колеса.

Нелегко, наверное, ей было найти в океане это «смертоносное»

орудие, чтобы так оригинально покончить с собой!

Все эти поразительные случаи мнимого самоубийства

говорят лишь о том, что и животные часто неосторожны.

Самые ловкие бывают неловкими. Несчастный случай —

вот единственная причина их гибели.

Скорее в стаю

Как только морские рыбки платазусы заметят опасность,

сразу бросаются друг к другу и, плотно прижавшись,

образуют фигуру, похожую на колючего морского ежа, съесть

которого мало найдется охотников.

Соколу, атакующему скворцов, очень не нравится,

когда они тесно смыкаются и стая их густеет. Нападая, он

падает из поднебесья со скоростью двести и триста

километров в час и может свернуть себе шею, если врежется в гущу

птичьих тел. И северные олени смыкают перед волком свои

ряды. Но часто ищут спасение в противоволчьем оборони-