Чтение онлайн

Алена секунду подумала, пожала плечами и утвердительно опустила веки.

Алена направилась в расположенную по соседству со студией ванную комнату. Леха поманил Верзилу и, когда тот наклонился к нему, прошептал на ухо:

– Приглядывай за девчонкой в оба. Только культурно, понял меня? – Ткнув боевику кулаком в упругое пузо, он кивком выпроводил его прочь.

– Лобастый, обыщи краснорожего, у него должны быть баксы, – затягиваясь дымом, спокойно констатировал Реаниматор. – Есть?.. Сколько? Все правильно, положи на стол. Теперь приступим к главному. Тебе не кажется, что наш чухонский друг сильно заскучал, пора услышать его голос? Эй, как там тебя! Хейно… Отзовись, будь ласка.

– Меня зовут Ярри, – с подчеркнуто сильным акцентом проговорил впервые подавший голос финн.

– А скажи-ка мне, Хейно, гость из страны оленей, кто у вас в кодле босс, а кто его помощники? – потребовал Леха и зловеще предупредил: – Вздумаешь врать – пожалеешь.

– Я… не понимаю, – заметно растерявшись, промямлил чухонец.

– Сейчас поймешь, – равнодушно, почти лениво сказал Леха и многозначительно посмотрел на Лобастого. Тот, поняв, что от него требуется, не говоря ни слова приблизился к связанной парочке и трижды – два раза кулаком, а затем ногой – ударил свинорылого иностранца в лицо. Кровь брызнула во все стороны. Не стерпев боли, Ярри заорал во всю глотку.

– Нехорошо врать, будучи в гостях, – назидательно заметил окутанный облаком сигаретного дыма Леха. Ствол «мосберга» угрожающе качнулся. – Хозяевам, а в этой стране мы хозяева, нужно говорить только правду. Спрашиваю последний раз. Кто из вас троих босс?

– Я! – подумав, что девчонка наверняка проболталась и русским гангстерам известен реальный расклад, в отчаянии признался чухонец.

– Еще раз соврешь, покалечу, – деловито предупредил порнодельца Леха. – Выжгу сигаретами глаза, по очереди отстрелю все пальцы, вырву член и в таком веселом виде отпущу гулять на свободу. Сам, падла, в петлю полезешь. Или все-таки лучше быть здоровым и богатым, а, Хейно?

Финн благоразумно прикусил язык и промолчал. Понял, что если не упрямиться, пойти на условия бандитов, то убивать его вряд ли станут. Но на благодатном прибыльном бизнесе отныне можно ставить большой жирный крест.

– Значит, поговорим, – довольно хмыкнул Леха. – Итак, ты, безо всякой крыши, долгое время снимал порнуху, используя в качестве актрис похищенных на улицах Питера и посаженных на иглу девок. И судя по сегодняшней вашей добыче, далеко не все они были профессиональными шлюхами… Верно? Верно. До кучи ты наладил регулярную линию секс-туризма, с которого тоже имел солидный доход. Ну и самое, пожалуй, главное – некоторых пленниц вы убивали, после чего избавлялись от трупов в ближайшем лесу. По закону все это без оговорок тянет на вышак. Но его отменили. Значит, на пожизненное заключение. Устраивает такая перспектива?

– Хочешь сказать, что сдашь ментам? – ухмыльнулся Ярри. Его акцент словно сквозь землю провалился. Растаял без следа. – Туфта. Вам нужны деньги, а не зэки. Не похож ты на Робин Гуда. Ты – бандит.

– Это верно, – согласился Леха. Поэтому ты прямо здесь и сейчас платишь нам все, что должен. За полтора года. Со штрафными процентами. После чего мы заключаем соглашение, и раз в месяц ты отстегиваешь нам оговоренную долю, взамен получая свободу, защиту и возможность работать дальше. С жестким условием – больше ни одного трупа. Узнаю, что принялись за старое, – звиздец, без предупреждений. Вот такое мое к тебе предложение, Хейно.

– Сколько ты хочешь? – прохипел свинорылый.

– Двести пятьдесят тысяч сразу, – без паузы, словно давно уже вычислил нужную сумму, ответил Реаниматор, – и впредь по десять штук ежемесячно.

– Это же грабеж! – выпучив белесые глаза и став похожим на хряка, увидевшего прямо перед рылом нож мясника, истошно взвизгнул Ярри. – У меня нет таких денег!

– Здесь не базар. Лобастый, – полуобернулся Леха, – прикончи, а потом вместе с Верзилой в темпе обшмонаете хату. Мы возвращаемся в Питер.

– Подождите! – хлопая разбитым ртом и часто-часто моргая, заорал чухонец. – Вы же деловые люди! Ну откуда у меня такая огромная сумма?! Это же все, что я заработал! Я готов заплатить, но… хотя бы тысяч пятьдесят! Больше у меня просто нет, клянусь!

– Мало… Лобастый, чего ты ждешь? Накрути глушак и начинай. А я пойду прогуляюсь.

– Да врет он, сука! – не выдержал толстогубый Вован. – Есть у него башли, кусков сто! Я могу показать, где они спрятаны! Только не убивайте!

– Интересное предложение, – остановив Лобастого категоричным жестом, сказал Реаниматор. – Молодец, жирдяй, быстро соображаешь…

– Я отдам все, что у меня есть, до последнего рубля! – сообразив, что дело пахнет керосином, перебил подельника Ярри.

– Ладно, – неожиданно быстро согласился Леха. – Говори, где деньги.

– Сначала развяжите.

– Разве у тебя есть выход, трескоед?

– Обещай, что сдержишь свое слово, – в схватке за деньги жадный свинорыл стоял до конца, пытаясь выторговать у бандита хоть словесную гарантию своей дальнейшей безопасности.

– Ты меня достал, урод, – устало процедил Леха и не очень сильно, дозированно, врезал чухонцу ногой в глаз. Сурово посмотрел на Кочу. – Давай, псковский, колись. Коли жить хоцца.

– В гараже! – скрипя зубами, вновь опередил бугая сморщенный, как давленый помидор, Ярри. – В правом дальнем углу! Там двойная кладка! На уровне пояса выдвигаются кирпичи!

– Лобастый, пригляди за ними – Реаниматор в последний раз пыхнул сигаретой и раздавил окурок о стену. – Пойду проверю.

В тайнике отыскался не только пакет с деньгами, но и небольшой кожаный мешочек, набитый украшениями. Здесь были и серьги с камушками, и браслеты, и цепочки с кулонами, и кольца, в том числе – два обручальных. Не трудно было догадаться, откуда все эти цацки. Их снимали с похищенных женщин, которых после «работы» на подпольной студии оставалось только отвезти в ближайший лес…

Реаниматор высыпал на ладонь бликующую в свете ламп золотую горсточку и с минуту молча смотрел на нее, думая о том, какие трагедии таятся за этими женскими побрякушками. Если до сих пор он колебался, то теперь принял окончательное решение о дальнейшей участи порнодельцов. Нелюди, ни в грош не ставящие человеческую жизнь, не имеют права на существование.

…Да, он сам, Леха Гольцов по прозвищу Реаниматор, был далеко не ангел. И за семь лет в братве ему тоже не однажды приходилось брать на себя тягчайший из грехов. Но мочить приходилось на разборках, когда вопрос стоял жестко: либо ты, либо тебя.