Чтение онлайн

– Они друг друга стоят.

– Я знаю... – Она поставила наполовину выпитую чашку на стол. – Слушай, мне нужно домой. Мне надо встретиться с адвокатом, заниматься магазином, завести кошку, и, наверное, я обращусь в службу знакомств в Интернете.

– Ты уверена? Кошки? Службы знакомств?

– Я ни в чем не уверена, за исключением того, что мне надоело сидеть и лить слезы из-за этого козла. С кошкой будет гораздо веселей, и, наконец, я собираюсь знакомиться с мужчинами. Где-то ведь должен быть парень получше. – Ее подбородок снова задрожал, а глаза наполнились слезами. – Черт возьми, почему я вообще переживаю? Лео ублюдок. И всегда им был.

– А ты победитель. Напоминай себе об этом почаще... звони в любое время и... ты уверена, что тебе нужно уезжать? – спросила Оливия, дотрагиваясь до Сариной руки. – У меня есть лишняя комната.

– Спасибо, ты просто чудо, но мне нужно привести свою жизнь в порядок. И ты... разберись в своих отношениях с полицейским и отцом Джеймсом.

– Что? Я не...

– Ш-ш-ш. – Сара покачала головой и подняла руку. – Не обманывай меня. Я знаю, что у тебя какие-то виды на детектива, и заметила, как на тебя смотрел отец Джеймс.

– Если помнишь, он – священник.

– Он мужчина, и случилось так, что он стал священником. И он настоящий красавчик.

– Ты действительно сошла с ума.

Губы ее подруги изогнулись в грустной улыбке.

– Возможно, – признала она. – Наверное, мне стоит внести поправки в мои планы. Мне надо повидать адвоката, управлять магазином, завести кошку, вступить в клуб знакомств и посетить психиатра. Так лучше?

– Гораздо лучше, – ответила Оливия, грустя из-за отъезда Сары. Было так хорошо, когда в доме жил кто-то еще. Они обнялись и вздохнули, затем Оливия помогла Саре убрать ее вещи в багажник взятой напрокат малолитражки. Когда она уезжала, заворчала белка. Хайри С заскулил, когда маленькая машина исчезла за мостом среди деревьев. – Она вернется, – предсказала Оливия, опуская взгляд на пса. – И ты особенно не расстраивайся. Она вовсе не приходила от тебя в восторг. Пойдем. – Она свистнула псу, который погнался за белкой. – Хайри!

Зазвонил телефон.

– Хайри, сейчас же домой!

Пес не обратил на нее ни малейшего внимания.

– Хорошо! – Она оставила дверь открытой и, вбежав на кухню, услышала свой собственный голос на автоответчике. – Это Оливия. Либо меня нет дома, либо... – Она схватила трубку. – Алло?

– О, привет... это Джеймс, – произнес отец Маккларен, и она улыбнулась, вспомнив его красивое, хотя и взволнованное лицо. – Рад, что застал вас... Чувствую себя полным дураком, но, по-моему, я забыл у вас свой бумажник. Может, я выронил его, когда возился с инструментами или когда сидел на диване... Не помню.

– Дайте-ка посмотрю. Подождите минутку. – Оливия стала быстро проверять. В ящике с инструментами не было ничего кроме различных дедушкиных отверток, плоскогубцев, молотков и гаечных ключей. На диване –лишь несколько двадцатипятицентовых монет, собачья шерсть, зернышки попкорна, но затем она заглянула под одеяла на спальном месте Хайри С, и, конечно, она нашла там тонкий бумажник из черной кожи. С фотографии на водительских правах на нее смотрел отец Джеймс Маккларен.

– Нашла, – сказала она, вернувшись на кухню и снова взяв трубку. – Мой пес просто воришка. Я нашла бумажник на его спальном месте. Я могла бы привезти его вам завтра. Мне все равно нужно ехать в город.

– Боюсь, он понадобится мне раньше, поэтому, если вас это устроит, я бы хотел заехать к вам сегодня. Сразу после вечерней мессы?

– Прекрасно, – ответила Оливия, прислоняясь бедром к столу и видя, как Хайри появляется у задней двери и начинает стучать по стеклу. – Я просто хотела избавить вас от поездки. – Отперев дверь, она распахнула ее. Пес галопом забежал внутрь.

– Тогда до встречи, – говорил отец Джеймс. – Как насчет половины девятого?

– Отлично.

– Как Сара?

– Только что уехала. – Оливия вздохнула. – Долгая история. Расскажу обо всем, когда вы приедете.

– До встречи.

Оливия повесила трубку и положила бумажник на стол, куда пес не сможет добраться.

– Как тебе не стыдно? – спросила она у Хайри С, направляясь к передней части дома и закрывая дверь. – Украсть у священника. – Это хуже, чем вожделеть его. Она неодобрительно пощелкала языком и накормила обоих животных. Затем, велев себе не обращать внимания на слова Сары о том, что отец Джеймс испытывает к ней какие-то чувства, переоделась в черные слаксы и свитер, подправила макияж, неудачно попыталась пригладить волосы и слегка надушилась.

Напомнив себе, что она не готовится к свиданию, она включила телевизор. На экране появилась афроамериканка из программы новостей. Она стояла перед старым обветшалым зданием, окруженным деревьями и кустарником. Полицейские машины с включенными мигалками были вразбивку припаркованы вокруг строения, напоминающего склад, и Оливия постепенно осознала, что смотрит на мельницу, где были найдены самые последние жертвы.

Она тяжело сглотнула. Значит, вот где они погибли в заброшенном осыпающемся здании.

– ...как видите, полиция все еще здесь и занимается поисками улик. Вчера вечером тела двух женщин были обнаружены...

Оливия, словно загипнотизированная этими словами, опустилась на диван. Последние несколько дней она старалась не смотреть новости, поскольку не хотела лишний раз видеть убийства, но сейчас, глядя на осыпающуюся мельницу и зная, что произошло внутри, она, остолбенев, слушала, в то время как репортер предупреждала граждан о разгуливающем на свободе беспощадном серийном убийце.

– ...хотя подробностей нам известно немного, полиция обращается с предупреждением ко всем гражданам... – На экране появились другие изображения. Фотографии жертв вперемешку с материалами из архива, на которых были изображены многоквартирный дом в Гарден-дистрикт, где было найдено голое тело Кэти Адамс, статуя святой Жанны д'Арк и сгоревшая коробка дома в районе Сент-Джон, где была убита Стефани Джейн Келлер. – ...И вот теперь две женщины найдены после того, что анонимный источник назвал жуткими, бесчеловечными и ритуальными преступлениями, напоминающими о деяниях Религиозного Убийцы, сеявшего ужас на улицах Нового Орлеана всего лишь минувшим летом. – Теперь на экране появился Бенц, беседующий с прессой. Это был жаркий летний день, и с Бенца катился пот, когда он отвечал на вопросы репортера, уверяя, что Религиозного Убийцы нет в живых.