Профессия – киллер
Шрифт:
Я хмыкнул, попыхтел немного и обратился к потолку:
— Нет, ты посмотри, какие умные, а?!
Естественно, не получил ответа.
Полюбовавшись на множество тарелочек, я в пять минут уничтожил все эти лилипутские блюда. И неожиданно наелся. Разумеется, уже иначе отнесся к выбору обеденного меню.
Лоток отвез посуду и вернулся минут через пять, притащив на себе стандартные листы, тетради, карандаши, ручки, линейку и калькулятор. Я все это забрал, разложил на столе и приготовился к занятию.
В 9.00 телевизор ожил, и на экране возникла очень симпатичная дамочка, которая до обеда приятным голосом читала вводную лекцию, демонстрируя различные графики и таблицы. Через каждые десять минут она напоминала, что этот курс обучения в настоящее время — самый эффективный и что при обучении используются методики, которые позволяют наиболее качественно осваивать информацию в достаточно большом объеме, чего нельзя сказать об аналогичных курсах где-то то ли в Джорджтауне, то ли в Джорджии — там проходят такой же объем учебного материала за пять с половиной месяцев.
Часам к десяти я понял, что это запись, поскольку на экране несколько раз возникла характерная поперечная полоса и чуть протянулся звук. По всей видимости, эту «эффективную» методику неоднократно использовали раньше и чуток заездили.
Где-то в районе одиннадцати мне стало скучно и захотелось спать. Я мужественно поборолся минут десять, потом встал и попытался тривиально завалиться на кровать. Не дали. Быстро отреагировав на такое поведение, браслет вернул меня на место. В левом запястье осталось ощущение, сходное с тем, что возникает после двухчасового пребывания в наручниках на морозе.
С полчаса я пытался размышлять над устройством этой электронной собаки, которая не лает, но кусает. Прикидывал, что за начинка может быть у браслета, не очень-то и толстого. Но, поскольку в голове кое-чего не хватало, я через некоторое время сдался. Когда трудно объяснить некое повторяющееся явление, мы после тщетных попыток понять его сущность постепенно привыкаем к нему и воспринимаем как фатальную неизбежность.
А хорошо операторы у них работают. Придется осваивать всю эту мудятину, решил я полчаса спустя, попытавшись вздремнуть в кресле и получив еще раз браслетом.
В соответствии с распорядком последовал не особенно калорийный обед, после которого я с удовольствием придавил подушку. Потом, разбуженный браслетом, обнаружил себя несколько мрачным, попил кофе из лотка, побродил босиком по травке, принял холодный душ и расположился в кресле, с интересом ожидая, что на этот раз предложит мне руководство школы.
Любопытство было вполне закономерным. Сами посудите. Что бы вы пожелали услышать в начале занятий в школе убийц? Наверное, что-то типа: «Здравствуйте, уважаемые убийцы! Сейчас мы вас будем обучать способам наиболее качественного умерщвления людей. Наша методика в два с половиной раза лучше, чем в подобной школе Джорджтауна…» Да?
Так вот, я с любопытством ожидал начала занятий по специализации. Вдруг телевизор скомандовал: «Внимание! Всем курсантам надеть спецодежду и находиться возле выхода во внутренний дворик. Повторяю…» И еще два раза то же самое.
Затем — спустя несколько секунд — последовал репит на английском, немецком и каком-то вообще тарабарском, по-моему, арабском…
«Листья дубовые падают с ясеня. Вот ни х…я себе, вот ни х…я себе…» Это я сильно удивился. Когда сильно удивляешься, нужно четко и не спеша произнести эту фразу. И тогда сознание гораздо лучше воспринимает поступающую информацию.
Так вот, произнеся медленно и четко известную фразу, я потом сказал вслух же:
— Ну и дела! Это что же тут у вас, международный синдикат убийц? Да?
Я некоторое время посидел в кресле, переваривая новость, и пришел к выводу, что, если только товарищи просто-напросто не желают произвести впечатление, Организация — явление гораздо более серьезное даже, чем я предполагал в самом начале знакомства с ним. И тут же начал меланхолично строить догадки.
А может быть, я и вовсе не эсэнгэвской территории? Наши органы наверняка бы не допустили, чтобы где-то в Подмосковье существовала школа подобного типа. Все равно каким-то образом вышли бы на это заведение… А ежели не на нашей территории, то где? И куда в таком случае ихние местные органы смотрят? Каким местом околачивает груши Интерпол?
Из задумчивости меня вывел браслет. Я даже не возмутился. Это уже становилось привычным. Достал из шкафа один из комбинезонов, облачился в него, вышел во двор и приблизился к металлической двери.
Минуту спустя дверь плавно отъехала в сторону, и я увидел прямо перед собой высокого широкоплечего субъекта в таком же, как у меня, комбезе, но без номера. Субъект был вооружен короткой шарнирной дубинкой с металлическим шариком на конце.
Полагая, что меня будут окольцовывать наручниками, я сложил руки вместе и протянул их вперед, чтобы сэкономить время, но субъект издал хорошо слышимый дребезжащий смешок и произнес:
куда вы, на х…й, денетесь с подводной лодки, приятель!
— А затем он скомандовал следовать впереди него. Я последовал, обозревая местность, и внутренне с ним согласился: ага, наверно, никуда я не денусь.
Мы двигались по узкому бетонному коридору мимо множества металлических дверей — слева тоже было бетонное ограждение такой же высоты, что и забор внутреннего дворика.
Прошагав метров триста, мы оказались на здоровенной травяной лужайке размером в полтора футбольных поля, застроенной какими-то непонятными сооружениями из кирпича и дерева. Похоже на учебный городок.
Здесь уже находились человек шестьдесят — все в комбинезонах. Они молча стояли ровными рядами на незанятом пространстве. У каждого на груди и спине красовался желтый номер.
Субъект поставил меня с краю и тут же удалился. Видимо, за следующим. Я предположил, что, если курсантов много, он в одиночку будет таскать нас как раз до ужина.
Однако, по всей видимости, субъектов было несколько, потому что буквально минут через пять на месте построения оказалось около полутора сотни человеков в комбинезонах.