Проблеск
Шрифт:
— Ой, — спохватился Пётр. — А сколько сейчас времени-то?
— Да не суетись ты! — фыркнула Лара. — У тебя ещё четыре часа на то, чтобы помимо костюма до блеска начистить ботинки. Так что не беспокойся — стоять старым пнём у дверей будешь вовремя!
— Действительно, успокоила, — съязвил Пётр. — Но я, наверное, всё-таки лучше сейчас пойду и заранее всё подготовлю, чтобы не носиться в последние минуты как случайно забежавший в город олень! К тому же не хочу я в пятый раз за неделю получить выговор от господ — уж больно нервные они стали!
Вновь обняв сзади свою жену, Пётр поцеловал её в висок и, всё-таки стащив булочку, побыстрее ретировался в коридор прежде, чем всекарающее полотенце его настигло. За полминуты управившись с добычей, он, чуть воровато оглядевшись по сторонам, отряхнул губы и руки от крошек и поспешил на третий этаж в их с Ларой комнату.
Но достигнув второго этажа, Пётр вдруг почувствовал что-то неладное и остановился. Это что-то было едва ощутимым и не похожим ни на что из того, что знал старый лакей… и исходило оно прямиком из комнаты Катерины. Даже не противясь своему любопытству, Пётр тихонько подошёл к двери, осторожно заглянул и… представшее перед ним зрелище столь же потрясало, сколь и завораживало.
С одной стороны, совершенно ничего необычного — просто сидящая на кровати Кэт, которая, подобрав под себя ноги и закрыв глаза, управляла энергией. Так сказать, что-то вроде медитации, которая пользуется популярностью на обеих сторонах. Но тогда спрашивается — что же тут такого потрясающего? Да боюсь, что если бы фее-ведьмочку сейчас увидел кто-нибудь из родственников, то гневного ору и истошных воплей было бы хоть отбавляй! И всё лишь потому, что в данный момент Кэт управляла не тёмной энергией, а светлой.
Снова спрашивается — если это светлая энергия, то почему тогда на неё, как пчёлы на мёд, ещё не сбежался весь дом? И вот ответ — маскирующее поле из тёмной энергии! Совсем вас запутала да?
Внимание — даю своеобразный пример! Представьте себе, что вы ребёнок, и вам, вместо того, чтобы спать ночью, до смерти хочется почитать любимую книгу или, скажем, полазать в телефоне. Но вам нельзя! Ибо придёт мама и да как отберёт телефон с книжкой, сказав, что кому-то завтра в школу рано вставать, и хотите-не хотите, а ведь придётся засыпать!
Но для этого случая есть один сверхэффективный и хитрый предмет, которым даже ваши мамы в детстве пользовались — одеяло! Именно! Берёте книгу и фонарик (впрочем, телефон вместо фонарика тоже сгодится, хотя некоторые вообще с настольной лампой под одеялом сидят) или тот же телефон, затем накрываетесь с головой одеялом и хоть всю ночь читаете! Но опять же ВНИМАНИЕ! Даже одеяло не даёт стопроцентной гарантии, поэтому не забывайте прислушиваться ко всему, что происходит снаружи. Вдруг кому-нибудь приспичит ночью в туалет? Идёт этот кто-то, мимоходом заглядывает к вам в комнату, а там одеяло светится! Поэтому, чтобы не попасться, кто-то в своё время сказал — не теряйте бдительность!
И к чему я всё это вам рассказала? Уж точно не для того, чтобы кто-то проспал школу или обхитрил предков. Просто принцип тот же, что и у поля из тёмной энергии. А именно: создаётся что-то очень похожее на большой и нелопающийся мыльный пузырь, внутри которого можно преспокойно заниматься светлой энергией. Так же, как и одеяло, данное поле неплохо скрывает действия хитреца, но вот только даже сквозь него что-то проходит…
И именно это что-то Пётр и уловил, а теперь, глядя на увлечённо занимающуюся запрещённым мастерством фее-ведьмочку, не знал, как ему поступить. Вдруг дальше по коридору послышались голоса и, не придумав ничего лучше, старый лакей резко открыл дверь в комнату фее-ведьмочки и нарочно громко спросил:
— Некрепкий чай с парой булочек? Сейчас принесу, госпожа Катерина!
Подскочившая от неожиданности, Кэт мигом оборвала свою связь со светом и прежде, чем убрать поле, надела на себя лежащий рядом кулон, который мигом скрыл исходящую от неё светлую ауру. Благодарно кивнув Петру, фее-ведьмочка не без усилий вызвала негативную энергию и постаралась принять спокойный вид.
— Ну, надо же! — показалась в дверях кузина Валерия. — Всего две недели, как вернулась, а уже внаглую слуг за булочками гоняет!
— Я сегодня за занятиями пропустила обед, и поскольку до ужина ещё довольно много времени, то нет ничего плохого в том, чтобы перекусить парой булочек с чаем, — нашлась Кэт.
— Случайно не твоя любимая еда на розовой стороне? — поддела Валерия.
— А с каких это пор тёмная сторона стала розовой? — выгнула бровь Кэт. — Если не ошибаюсь, то мягкие свежие булочки не такая уж редкость ни в нашем доме, ни в клане, ни на тёмной стороне. Но если, как ты утверждаешь, это сугубо фейская еда, то нужно будет попросить дедушку Робиларда лоббировать закон о их запрете. Бедный дедушка! Он же так любит эти булочки! Неужели теперь ему придётся от них отказаться?
— Не утрируй! — фыркнул, наконец, показавшийся в дверях Джек. — Браво за театральность! Но смотри не переиграй сегодня за ужином. А ещё лучше сделай так, чтобы твоё присутствие осталось незамеченным.
— Блестящее предложение! — деланно восхитилась Кэт. — Может, мне тогда вообще не идти на ужин или накрыться с головой какой-нибудь занавеской? Прикинусь, так сказать, предметом интерьера, который может беспорядочно перемещаться по дому и поглощать обычную человеческую пищу в качестве дозаправки.
— Не смешно, — сверкнув глазами, процедил Джек. — На сегодняшнем ужине будут присутствовать важные персоны как из нашего, так и из других кланов, и я, ради твоего же блага, надеюсь, что на нём не будет никаких упоминаний о твоей «убогости». Поэтому будешь весь вечер молчать и открывать свой рот лишь в двух случаях: когда кто-нибудь соизволит к тебе обратиться, и когда ты будешь есть. Но… если что-нибудь — хоть что-то — пойдёт не так, то я уверяю тебя — ты очень сильно пожалеешь о том, что не сдалась властям и не оказалась в тюрьме. Тебе всё понятно? Или мне «чуть» подробнее нужно расписать, что я сделаю с тобой, если ты меня огорчишь?