Чтение онлайн

— Логично! — растягивая звуки, согласился группник.

— Тогда сосредотачиваем группу вдоль насыпи, — продолжал развивать мысль прапорщик, обращаясь по большей части к старшим троек. — По первой команде быстро летим через дорогу и к деревьям, растущим за ней. — В свете фар легковушки, проехавшей по шоссе, Ефимов успел заметить небольшую рощу. — Не высовываться. Как только появится машина — вжаться в землю и лежать. Знаете что, давайте сделаем даже так: когда машина минует вас, начинаете движение в составе троек, самостоятельно. Ясно?

— Да, так точно! — Другого ответа Ефимов и не ждал.

— Теперь к своим тройкам, и пока нет машин, начинайте подтягиваться к дороге. По готовности доложить по цепочке. Ступайте.

Дорогу разведчики миновали благополучно. На другой ее стороне начинались поля, отделенные друг от друга довольно редкими лесопосадками.

— Виктор! — Ефимов подозвал к себе Прошкина, замершего неподалеку. — Приготовь прибор, пойдешь первым. Не спеши, иди медленно. Сам видишь, сколько под ногами сучьев. Периодически останавливайся и, прежде чем идти, как следует осматривай местность в ночник. Нам надо пройти к лесу у водохранилища, база может быть там. А может и не быть. Досмотрим здесь, двинемся дальше. Я пойду четвертым. А ты не спеши.

— Понял, понял. — Прошкин поднял ночной бинокль и посмотрел вдаль.

Поле, расстилавшее за посадкой, в лунном свете просматривалось совершенно отчетливо.

— Командир! — Ефимов едва не врезался в Шамиля Айдарова, вынырнувшего ему навстречу. — Там наблюдатель противника, — доложил тот.

— Где?

— Там. — Шамиль развернулся и пошел.

Прапорщик, остановив остальную часть группы, поспешил следом за ним.

«Где они его просекли? И как теперь миновать этого наблюдателя незамеченными? — рассуждал Ефимов, следуя за своим бойцом. — Ладно, сейчас гляну, где он сидит, и сориентируюсь».

Все его рассуждения оказались ни к чему. Вражеский наблюдатель с крепко связанными руками сидел на заднице, прислонившись к дереву спиной. Его орудие труда — ночной бинокль вертел в руках старший сержант Прошкин. Вовка Башмаков присел на корточки рядом и с задумчивым видом тыкал пленного стволом автомата в бедро. В темноте не было видно, но Ефимов был уверен в том, что боец, взятый в плен, выглядит пришибленным.

— Спал, сволочь! — сообщил причину такого успеха Прошкин.

— Понятно! — И прапорщик уже с укоризной обратился к связанному наблюдателю: — Спать на служебном задании плохо.

— Да я прикорнул только, — тихо просипел плененный страдалец.

Ефимов вздохнул. Время-то было раннее, всего лишь первый час ночи.

— Ладно, воин, давай сделаем так: мы тебя не видели, ты нас тем более, но при одном условии. Расскажи мне, где тут поблизости есть еще ваши наблюдатели? Только не ври. Если вдруг появится информация, что нас кто-то видел, то мы тебя сдадим, тебе понятно?

— Так точно, — быстро отозвался пленник.

— Раз понятно, то докладывай. Кто, где, как?

— Тут рядом никого нет, все наши ближе к дамбе.

Неужто шар покатился мимо лузы?

— Ты хорошо понял, что я сказал относительно сообщения о твоем сне на посту?

— Никого нет, правда, и в лесу тоже. Вы всех прошли уже.

— Хорошо, допустим. Тогда подскажи, где находится объект поиска?

– Я не знаю, – растерянно пробормотал боец, и прапорщик мысленно выругался.

Получалось, что он перехитрил самого себя. Обмен оказался не равноценным. Информации от врага получено почти ноль целых и столько же десятых. Хотя, конечно, теперь можно какое-то время двигаться быстро, никого не опасаясь. Но как козырь пленный был бы лучше. Увы, слово дадено.

— Развяжите! — скомандовал прапорщик, поднялся с корточек и столкнулся нос к носу с подошедшим командиром группы.

— Что тут у вас?

— Вот, наши пленного взяли. — Ефимов начал отчитываться за произведенные действия: — По его словам выходит, что всех наблюдателей мы миновали, он крайний. Так что сейчас пойдем быстрее.

— А его куда? — лениво поинтересовался группник.

— Пусть бдит! — Ефимов наклонился и зло шепнул уже почти бывшему пленному: — Ты наших вообще никого не видел, понял?

— Так точно! — безропотно согласился боец, которому по большому счету все происходящее было по барабану.

Что солдату-срочнику нужно? Побольше поспать и поскорее на дембель. А что-то в себе воспитывать, чему-то учиться, спешить защищать Родину… Оно ему надо?

— Витя! — позвал прапорщик Прошкина. — Идем в темпе, нам сегодня еще топать и топать. — Он повернулся к Айдарову, замыкавшему головную тройку, и приказал: — Передай по цепочке: пусть проверятся, сократят дистанцию, двигаемся ускоренным шагом.

— Понял. — Шамиль шагнул назад и растворился в темноте.

Минутой позже группа пришла в движение.

Темень сгустилась. Звезды, далекие, недоступные, но манящие, рассыпавшиеся по черному безлунному небосклону, казались необычайно яркими. Поле, ограниченное рядами посадок, осталось позади. Разведчики спустились по пологому склону и вошли в лесок, тянувшийся вдоль водохранилища.

— Привал! — Прапорщик остановил бойца, идущего впереди, повернулся и шагнул навстречу шедшему следом. — Привал. Позови командира.

Лес глушил звуки, но, несмотря на это, со всех сторон слышалось пыхтение, треск ломающихся веток, тяжелые удары об землю рюкзаков, сброшенных с плеч. Послышались шаги.

— Михалыч? — излишне громко позвал группник.

— Я рядом, — отозвался Ефимов, стягивая с плеч рюкзак и осторожно опуская его на корневища дерева. — Ваня, пусть группа пока передохнет, а я возьму двоих и обследую лесок близ водохранилища. Налегке быстрее получится.

— Давай, — безропотно согласился лейтенант, прислонился спиной к дереву и сполз на землю. Рюкзак так и остался у него за спиной. Усевшись поудобнее, он закрыл глаза и почти моментально погрузился в сладкое состояние полудремы.