Чтение онлайн

– Я не хочу в военный городок, – едва они отошли от дома подальше, дрожащим голосом сказала девушка. – Я не для того отпуск брала, чтобы там торчать.

– Успокойся. Туда тебе сейчас и нельзя, – сказал Исмаил и повернулся к попу. – Где ее прятать будем, Мишаня?

– Давай к Бугрову, – после секундного размышления предложил отец Василий. – Виктор Сергеевич мужик надежный.

– К этому фашисту? – перекосило муллу. – Да я ее в татарской слободе так спрячу, никто не найдет!

– В слободу нельзя, – цокнул языком священник. – Там наверняка уже наблюдатели Макса тебя пасут. Да и меня тоже.

Исмаил шумно вздохнул. Это была чистая правда. Они умудрились перейти дорогу обеим враждующим группировкам – и брыкаловской в лице Макса, и сомовской в лице Купона.

– Не хочу я к Бугрову, – угрюмо произнес мулла. – Не верю я таким людям. Помяни мое слово, Мишаня, они только снаружи надежные, а копни…

– У нас нет выбора, Исмаил. И потом, не такой уж Виктор Сергеевич и страшный, как ты думаешь. Ну, с приветом немного… а кто в наше время без привета?

– Я, – важно произнес мулла. – Я без привета.

Отец Василий многозначительно кашлянул.

Фамилию Бугрова священник назвал прежде всего потому, что к дому Виктора Сергеевича можно было относительно легко пробраться. Кроме того, отставной капитан однозначно не был связан с бандитами. С Брыкаловым да, какие-то отношения были – священник прекрасно помнил, как легко договорился товарищ подполковник с бугровскими пикетчиками. Но и то: Макса, например, Бугров не знал. Этого было достаточно.

Самое паршивое, отец Василий понятия не имел, что станет делать дальше. «Ну, спрячем мы Леночку у Бугрова. Ладно, – думал он. – Ну, сами пересидим у него дня три. Как бы Исмаил ни выделывался, а все одно где-то залечь надо, и он это понимает. А потом? Что – потом?»

Он вспомнил старую историю про бандеровца, отсидевшего то ли в подвале, то ли на чердаке что-то около тридцати лет и совершенно одичавшего от такой жизни. Отца Василия подобная судьба не устраивала.

Но и выбора особенного не было. Что ни говори, что ни придумывай себе в утешение, но то, что он после той самой губернаторской охоты остался жив, иначе, чем чудом, и назвать было нельзя. Да и его удачное пока бегство от Макса и Купона явно несло на себе отпечаток божественного вмешательства. Но захочет ли бог в третий раз повторить подобное чудо? Не переполнилась ли чаша его терпения? Отец Василий не знал.

Ему уже до чертиков обрыдло быть заложником чужих разборок. Но опять-таки и здесь он не управлял своей судьбой. Возможно, потому, что там, наверху – на самом верху, – на его счет были собственные планы.

Не более чем через полчаса они подошли к бугровским воротам и остановились.

– А может, не надо, Миша? – уныло то ли спросил, то ли попросил мулла.

– Не говори ерунды, – отмахнулся священник. – О себе не думаешь, так хотя бы о ней, – кивнул он в сторону Леночки, – подумай, – и нажал кнопку звонка.

Калитку открыла жена Бугрова.

– Лидия Ивановна, а Виктор Сергеевич дома? – спросил отец Василий.

– Проходите, батюшка, я сейчас его позову, – оторопело кивнула Лидия Ивановна и повернулась к дому. – Витя! К нам гости!

– Кто там еще? – вышел на крыльцо Бугров, но при виде священника чуть не кинулся назад и лишь огромным усилием воли удержал себя в руках. – Что на этот раз?..

Весь его вид показывал, как он раскаивается, что связался со священником пару-тройку часов назад.

– Ничего особенного, Виктор Сергеевич. Просто нам бы отсидеться где-нибудь… Недолго. Хотя бы дня три.

– И речи не может быть, – твердо сказал Бугров.

– Но, Витя… – начала Лидия Ивановна.

– На кухню иди! – зло сверкнул уцелевшим глазом Бугров. – Не понимаешь, так не суйся!

– Может быть, где-нибудь в сарае место найдется? – стремительно теряя надежду, поинтересовался священник.

– Никаких сараев! – отрезал Бугров. – Подставил меня, так что и не… – он никак не мог подобрать нужное слово. – Я раньше думал, что ты мужик! А теперь… А теперь…

– А что теперь? – спросил священник. – Чего ты злишься, я что-то не понимаю! Что я тебе не позволил глупостей с этим автоматом наделать? Этого простить не можешь?

– Не мужик ты, батюшка, не мужик! – с чувством произнес Бугров и картинно выбросил руку вперед. – Вон из моего дома!

– Я тебе говорил, – повернулся к священнику Исмаил. – Гнида, она и есть гнида. Пошли, Леночка, здесь небезопасно.

Отец Василий глянул на Бугрова, затем на Лидию Ивановну, затем на выходящих в калитку друзей и направился к выходу. Он видел, что прямо сейчас происходит чудовищное, ничем не оправданное недоразумение, и так происходить не должно. Но он также понимал, что объяснить им это сейчас не получится, как нельзя в пять минут изменить то, что формировалось в этих людях всю их жизнь. Особенно если учесть, что они не хотят это менять.

Леночка покинула их спустя минут сорок, когда солнце уже село и на городок опустились густые фиолетовые сумерки.

– Вы извините, ребята, – кусая прелестную губку, сказала она. – Я устала и замерзла, а тут недалеко моя подруга живет. Переночую у нее, а там видно будет.

– Давайте мы вас проводим, Леночка, хоть убедимся, что вы дошли и все в порядке, – сразу же предложил Исмаил, но она решительно отказалась.

– Здесь рядом, а в вашей компании я выгляжу дура дурой.

Леночка повернулась и помахала им рукой.

Мулла глубоко вздохнул и побрел вслед за отцом Василием в небольшой сквер у бывшего детского садика. Здесь можно было спокойно посидеть и обсудить свое положение без риска быть замеченными со стороны.

– Какая женщина! – повернулся к священнику мулла. – Ох и дурак будет Иса, если такую женщину упустит!

Отец Василий попытался сообразить, кто такой Иса, вспомнил, что именно так именуется недавно обрезанный Брыкалов, и невольно улыбнулся.