Чтение онлайн

Мальчик был в хорошей физической форме. Невысокий для своих лет, ростом немного ниже среднего, он обладал не по возрасту развитой мускулатурой, а на широкой груди уже начали пробиваться первые волоски. Пульс и кровяное давление — безупречны, и единственной аномалией у мальчика была температура, которая на целый градус превышала обычную. Коркорана это удивило, он попытался найти еще какие-либо симптомы заболевания, но не обнаружил их. В конце концов он еще раз измерил Джо температуру и, получив тот же результат, записал его в медицинскую карту как аномалию, чтобы вновь проверить, когда в следующий раз будет осматривать Джо.

Хотя врач не был до конца уверен в истинной причине провалов памяти у Джо и надеялся, что знает ответ, причем достаточно простой: потеря родителей была страшной травмой для тринадцатилетнего подростка, и временами невыносимое горе оставляло его разуму лишь один спасительный выбор — отключиться от реальности. Кларк Коркоран был почти уверен, что прав, поскольку, с какой бы стороны он ни пытался определить реакцию мальчика на потерю родителей, Джо неизменно отвечал, что с ним все в порядке, он привыкает к своей новой жизни, и ему нравится тетя Марианна. Он даже признался, что набросился с кулаками на Алисон Карпентер.

Все эти факты, сложенные воедино, подсказали Коркорану, что Джо старался подавить свое горе, отказываясь признать страшную реальность. Он смирился с постигшей его потерей и пытался делать вид, будто ничего ужасного не произошло.

На самом деле это было далеко не так.

Врач предполагал, что в моменты провалов памяти мальчик просто замыкался в себе, не желал никому, даже самому себе, демонстрировать свою боль. Коркоран думал, что знает и причину нежелания Джо разделить с кем-либо свою боль.

— Мне потребуется несколько минут, чтобы сообщить твоей тете, что ты здоров, и вы будете свободны. Но я хотел бы вновь увидеть тебя на следующей неделе.

В глазах Джо мелькнуло подозрение.

— Но ведь Вы же сказали, что со мной все в порядке.

— Думаю, так оно и есть, — заверил его Коркоран. — Единственное, что я выявил во время осмотра, это слегка повышенная температура, которая, смею надеяться, нормализуется к завтрашнему дню. Но мы все равно должны выяснить, что же произошло с тобой, когда ты убежал, не так ли?

Джо молчал, настороженно поглядывая на доктора, как загнанный в угол зверек.

— М-многие люди часто все забывают, — наконец осмелился заявить он. — И что в этом страшного?

— А кто сказал, что это страшно? — задал встречный вопрос Коркоран. Если он придаст слишком большое значение потере памяти, Джо лишь сильнее замкнется в себе. — А разве тебе самому не хочется узнать? Мне было бы интересно!

В сознании Джо возник образ Билла Сайкеса. Если он действительно вспомнит, что делал прошлой ночью, и окажется, что он... Нет! Он прогнал прочь еще не оформившуюся до конца мысль.

— Д-думаю, мне тоже, — наконец произнес Джо.

— Тогда мы на следующей неделе еще немного поработаем, чтобы выяснить все до конца, договорились? — Коркоран открыл дверь и проводил Джо в комнату ожидания, где Марианна Карпентер нервно перелистывала какой-то журнал. — Вы не могли бы зайти в мой кабинет на пару минут, миссис Карпентер? — попросил Коркоран.

Джо сел на освободившееся на диване место, а Марианна прошла вслед за доктором в его кабинет и присела на самый краешек стоявшего перед письменным столом стула.

Коркоран опустился в свое кресло, взял со стола медицинскую карту Джо и вручил ее Марианне, чтобы она сама прочитала сделанные им записи.

— За исключением незначительного повышения температуры, — заметил он, пока Марианна изучала заключение, — Джо находится в хорошей физической форме. Действительно, в очень хорошей форме. — Следующие несколько минут он говорил не останавливаясь, излагал ей свою теорию по поводу провалов памяти у Джо.

— Хотелось бы мне, чтобы все было так просто, — задумчиво произнесла Марианна, когда он закончил. Она до сих пор помнила тот день, когда приехала в Сугарлоаф, и Джо, разрыдавшись, бросился к ней в объятия. — Мальчик, которого Вы описываете, выглядит гораздо более... стоическим, думаю, это слово подойдет больше всего. А Джо отнюдь не стоический. Он, скорее, непостоянный. Настроение у него меняется так часто, что порой я думаю, а знаю ли его вообще.

— Джо всегда был таким, — согласился Коркоран. — И, мне кажется, я знаю причину этих противоречий. Даже будучи совсем маленьким, случались моменты, когда он полностью замыкался в себе, но иногда он становился сущим дьяволом. — Доктор замолчал, потом заговорил вновь, внимательно глядя на нее. — Насколько хорошо Вы знали Теда?

«Тед, — эхом отозвалось в голове Марианны. — С кем бы я ни беседовала, разговор всегда сводится к Теду».

— Я уже начинаю думать, а знала ли его вообще, — наконец откликнулась она. — Смею предположить, что не знала, я имею в виду, что была знакома с ним с тех самых пор, как Одри вышла за Теда замуж, но я, безусловно, никогда не была с ним близка.

— Он был очень сложным человеком. — Коркоран откинулся на спинку кресла. — Мне он нравился, я хочу, чтобы Вы поняли это. Но иногда Тед был чрезмерно строг по отношению к Джо, а порою смотрел на его поведение сквозь пальцы. У меня сложилось такое впечатление, будто Джо и сам никогда не знал, чего можно ожидать от собственного отца. То, что, казалось, умиляло Теда сегодня, назавтра могло вызвать совсем противоположные чувства. Поэтому Джо постоянно находился как бы на перепутье. А в последнее время Тед, похоже, становился все более и более нетерпимым по отношению к мальчику.

Марианна напряглась.

— Вы говорите, что он стал плохо обращаться с Джо? — спросила она, решив, что наконец пришло время выяснить, чего не договаривали все — от Чарли Хокинса до Рика Мартина, и даже Оливия Шербурн.

Кларк Коркоран помолчал, потом тяжело вздохнул. Марианна заметила, что, когда он заговорил, то избегал смотреть ей в глаза.

— Дело в том, что немного нашлось бы в округе людей, которые посмели бы выступить против Теда. Боюсь, что и я не смог бы. — Врач протянул руку и, взяв со стола карандаш, начал беспокойно вертеть его пальцами, а сам продолжал говорить. — Вы же знаете, что Тед был очень богатым человеком, а пару лет назад он учредил фонд на строительство у нас клиники. Весной следующего года должно начаться ее сооружение.