Чтение онлайн

Они добежали до развилки тропы, и Сторм устремился направо. Марианна последовала за ним, уже понимая, куда ведет эта тропа.

К огромному утесу, с которого упала и разбилась насмерть Одри Уилкенсон.

Мог ли Джо пойти туда?

Мог ли он провести здесь целую ночь, тоскуя по матери, испытывая неодолимую тягу к месту ее последнего пребывания на земле? Пульс у Марианны участился от предчувствия, что она сможет сейчас найти мальчика. Она ускорила шаг, едва ощущая тяжесть подъема, хотя тропа становилась все круче.

И вот наконец она достигла вершины, ступила на широкий плоский участок скалы между кромкой леса и вертикальным обрывом, нависшим над долиной, и сердце ее бешено забилось.

Джо сидел на самом краю утеса, спиною к ней, подтянув колени к груди, обернутый в какую-то звериную шкуру.

Сторм, поскуливая, приник к мальчику, пытаясь лизнуть его в лицо, но Джо, казалось, не замечал собаку: он пристально смотрел на раскинувшуюся далеко внизу долину.

Что-то внутри Марианны предостерегло от порыва окликнуть Джо, чтобы ни в коем случае не вспугнуть его.

Она осторожно двинулась к нему и, подойдя вплотную, присела рядом. Не произнося ни слова, женщина обвила его рукой и притянула поближе к себе. В какое-то мгновение ей показалось, что он напрягся, затем обмяк и уронил голову ей на грудь.

— С тобой все в порядке? — спросила Марианна, не испытывая никакого гнева с той самой минуты, как увидела одинокую фигурку, сжавшуюся на краю обрыва.

Джо задумчиво покачал головой.

— Нет, — прошептал он, голос его был едва слышен. — Со мной как раз не все в порядке, тетя Марианна. Я напуган. Я-я хотел умереть.

Волна жалости к своему крестнику, на долю которого выпало столько испытаний, охватила Марианну, и она почувствовала, как на глаза навернулись слезы. Она притянула его ближе.

— Я очень рада, что ты не умер, — сказала она ему. — Мы все очень волновались за тебя.

Джо долго ничего не говорил. Потом тонким прерывающимся голоском произнес:

— Могу поспорить, что Алисон не переживала. Держу пари, она ненавидит меня.

— Никто не ненавидит тебя, — заверила его Марианна. — Совсем никто.

— Но я пытался сделать ей больно, — продолжал Джо. — Со мной произошло что-то ужасное, и я... — Он на мгновение замолчал, не в состоянии закончить фразу. Затем заговорил вновь: — Тетя Марианна, я сумасшедший? Поэтому со мной творится что-то неладное? — Он разрыдался. — Я не хотел причинить Алисон боль, — плакал он. — Я, правда, не хотел! Просто не мог остановиться! А-а сейчас Билл Сайкес мертв и... и... тетя Марианна, что будет со мной?

Марианна по-прежнему держала Джо в своих объятиях, ласково поглаживая его ладонью по голове.

— Все будет в порядке, — нараспев приговаривала она, как будто баюкала младенца. — Я здесь, и ты в безопасности, и все должно быть в порядке. Ты совсем не причинил Алисон боли, и что бы там ни случилось с Биллом Сайкесом, это не может быть твоей виной.

— Но... Но я не помню! — всхлипнул Джо. — Я ничего не помню до того самого момента, как проснулся, я был сам не свой, и... — Он продолжал рассказывать, бормотал что-то почти несвязно.

И хотя она пыталась следить за его рассказом, но не могла уловить смысла. Постепенно Марианна поняла, что он не просидел здесь целую ночь, а спал где-то высоко в горах и, когда проснулся, обнаружил, что лежит в хижине на кровати, завернутый в шкуру, которая и была его единственным одеянием сейчас.

А когда пришел сюда утром, сразу после рассвета, у него было одно намерение — лишить себя жизни.

— Но ты же не сделал этого, — говорила она, помогая ему наконец подняться на ноги. — Ты ждал, пока подоспеет помощь. А это доказывает, что ты не сумасшедший.

Джо посмотрел на нее широко открытыми испуганными глазами.

— Вы собираетесь отослать меня? — спросил он. — Я должен лечь в больницу?

Марианна успокаивающе погладила его по щеке, но не смогла дать обещание, которое, вероятно, не сможет сдержать.

— Давай не будем переживать из-за этого сейчас, — произнесла она. — Давай просто пойдем домой, там твое место.

Они тронулись в путь, вниз с горы. Сторм бежал впереди, указывая дорогу, никто из них не проронил больше ни слова.

Они отправились в дорогу через час после того, как Марианна привела Джо с утеса, мальчик оделся, и Рик Мартин выслушал его странный рассказ о пробуждении в хижине, высоко в горах. Джо двигался первым по тропе, по которой Рик уже шел этой долгой ночью. Когда они подошли к участку, где был убит Билл Сайкес, Джо остановился, внимательно посмотрел на место, где лежал труп, и где Тони Молено — наконец его отпустили домой поспать — стоял на посту в то время, когда Джо, едва забрезжил рассвет, пробирался мимо. Тело Билла Сайкеса уже убрали, а местность, как в лагере у Волчьего ручья несколько дней назад, прочесывали специалисты из Бойсе, этим утром удвоившие свои усилия, запечатывая все, что могли обнаружить, в пластиковые пакеты для последующих анализов. Джо не произнес ни слова, пока смотрел на все это, наконец отвернулся и продолжил свой длинный трудный путь вверх по тропе. Полчаса спустя он изменил направление: свернул в сторону и углубился в лес, то пробираясь по узким тропкам, протоптанным оленями, то петляя между деревьями.

Сейчас они были высоко в горах, около верхней границы леса, прокладывая путь через скопления обломков горных пород, образованные сходом ледников. Рик вздрогнул, пытаясь представить себе, что кто-то может провести здесь зиму, когда толщина снежного покрова достигает десятти футов, а с гор дуют ледяны завывающие ветры. Он взглянул на Джо, и мальчик, казалось, прочитал охватившие его сомнения.

— Мы почти пришли, — произнес Джо. — Чуть дальше будет тропа.

Ярдов через пятьдесят, после того как они протиснулись сквозь узкое отверстие между двумя громадными валунами, появилась тропа, и спустя несколько минут они вышли на небольшой очищенный от деревьев участок леса. В дальнему углу, прилепившись к скалистому горному склону, стояла хижина.

Два ее пустых окна, казалось, смотрели на них зловеще, а открытая дверь напоминала широко разинутый рот. Из ржавой металлической трубы, торчавшей на ветхой крыше хибары, поднималась тоненькая струйка дыма. «Жилище горного человека», — подумал Рик Мартин, хотя за десять лет, что он провел в Сугарлоафе, ни разу не встретил ни одного. До вчерашнего разговора с Марианной Карпентер до него доходили лишь неопределенные слухи, что кто-то из странных отшельников все еще наверняка живет высоко в горах, окружавших долину. И сейчас перед ним была хижина, где мог обитать один из них.