Охотник
Шрифт:
– Лошара!
Обиженный страус энергично подпрыгнул, звонко щелкнул клювом – и толстая ветка совсем рядом с моими ногами разлетелась на две части.
– Стррах!
[Фороракос. Ранг: легендарный. Уровень: [950].]
Пока я рассматривал статусную надпись, моб взмахнул короткими серыми крылышками, снова раззявил хавальник и громко выкрикнул что-то непечатное.
На этот раз с моим персонажем ничего страшного не произошло, зато оппонент тут же ощутил прилив бодрости – еще раз подпрыгнул, мотнул головой, а затем ожесточенно вонзил в дерево могучий клюв.
Раздался неприятный хруст. Сосна вздрогнула. По сторонам разлетелись длинные белые щепки.
– Да пошел ты...
Новый удар. Зловещий треск.
Осознав, что совсем скоро окажусь на земле, я в свою очередь крепко выругался и пустил в разбушевавшегося страуса молнию. Потом еще одну, еще...
Гнусная птица, высокомерно игнорируя летящие в нее разряды, продолжила косплеить обезумевшего дятла и еще сильнее вгрызлась в несчастное растение.
– Стррах!
Мысленно проклиная всех пернатых этого мира, я схватился за соседнюю ветку и швырнул в моба “искру”.
– Получи, тварь!
Как только висевшая над фороракосом полоска хитпойнтов начала уменьшаться, тот без малейших колебаний бросился наутек. А я, понимая, что второго штурма наполовину сгрызенное дерево уже не выдержит, стал готовиться к смене позиции.
– Трревогга.
– Тихо, ждем...
Как только доисторический страус выскочил из зоны поражения и действие заклинания оборвалось, я кулем свалился на землю и в сопровождении азартно попискивающего Флинта помчался к соседней рощице.
Издалека тут же прилетел наполненный искренним возмущением крик, одураченный враг с энтузиазмом бросился в погоню, но мне в очередной раз удалось избежать смерти – заросли приблизились, Фантом буквально взлетел на одно из деревьев и фороракос снова остался с носом.
– Обломайся, – сообщил я проломившейся сквозь подлесок птице. – Здесь везде деревья. Свалишь это, мы на другое перепрыгнем.
– Крраб!
– Никаких шансов, понял? Вали отсюда.
– Тррус!
Монстр недовольно покосился на болтливого питомца, многозначительно щелкнул клювом, но затем все же внял голосу разума, вернулся на открытое пространство и с независимым видом направился куда-то вдаль.
– Вот, правильно.
Выждав для верности минут десять, я осторожно спустился с дерева, устроил небольшой забег до соседнего лесочка, оседлал там еще одну сосну и начал внимательно рассматривать окружающую местность.
Никаких опасностей рядом не наблюдалось – хищный страус явно свалил в другую локацию, а заметно перенервничавший во время недавней беготни Флинт окончательно расслабился и взялся самозабвенно чистить перышки.
Все говорило о том, что продолжать путешествие не только можно, но и нужно.
– Ну, попробуем...
В течение следующего получаса я оказался предоставлен самому себе и своим мыслям. Высоко в небе мелькали силуэты птеродактилей, задремавший попугай время от времени сонно попискивал, пару раз среди деревьев возникали уже знакомые мне ослы, но динозавров или других крупных хищников видно не было.
Все изменилось, когда мы вышли на заключительный отрезок пути. Сначала я увидел стайку велоцирапторов, перебежавших в расположенную прямо у нас по курсу рощу. Затем, сразу после изменения маршрута, откуда-то со стороны предгорий донеслось басовитое рычание, еще больше подкосившее мой дух. А десять минут спустя впереди объявился настоящий противник – грозный и могучий.
[Пещерный медведь. Ранг: легендарный. Уровень: [1800].]
Косматый гигант неторопливо шагал по залитому солнцем лугу, что-то вынюхивал, изредка останавливался и копался в земле, но вектор его движения постепенно смещался в нашу сторону, а взгляд маленьких глазок то и дело пробегал по моей фигуре.
Это нервировало.
– Да ну тебя нафиг, – пробормотал я, медленно смещаясь к покинутой совсем недавно роще. – Обойдешься.
Увидев, что намеченная жертва уходит из зоны досягаемости, медведь широко зевнул, подошел чуть ближе к облюбованному мной клену, а затем неожиданно опустился на травку и заснул. Или сделал вид, что заснул.
– Трревогга.
– Знаю, не дурак...
Хуже всего было то, что до отмеченной колдуном точки было не так уж далеко, а рядом со скалами деревья не росли в принципе. Соответственно, решись я на дальнейший переход, мои шансы попасть на зуб притаившемуся рядом монстру выросли бы до абсолютно неприличных значений.
Но торчать на одном месте не имело вообще никакого смысла.
– Слушай сюда, пернатый. Если в ближайшие полчаса что-нибудь вякнешь – сварю из тебя суп. Ясно?
Попугай негодующе встопорщил синий хохолок, открыл клюв, но быстро осознал возможные последствия спора с хозяином и благоразумно промолчал.
– Молодец. Свалим от этого мохнатого пассива, добежим до камней, а потом хоть трава не расти.
Гениальный план удалось осуществить лишь частично – мы без особых проблем обошли мишку и вышли на финишную прямую, но когда до вожделенных скал осталось меньше сотни метров, сзади раздался громкий рев сбросившего с себя оковы сна хищника.
– Стррах, – не выдержал Флинт. – Стррах!
Я оглянулся, увидел бегущего к нам медведя, после чего сразу же забыл о скрытности и метнулся вперед, стараясь рассмотреть какое-нибудь укрытие или безопасный путь наверх.
Серая, растрескавшаяся и откровенно неприветливая стена приблизилась, но особой радости мне это не доставило – в отличие от других похожих локаций, здесь не имелось никаких лиан или удачно расположенных расщелин. Только щербатые уступы, узкие каменные полки, а также мелкие выемки, позволявшие кое-как сохранять равновесие, но не желавшие складываться в полноценную тропу для восхождения.
– Блин... дерьмо!
Медведь что-то коротко рявкнул и я, отбросив сомнения, полез на ближайший уступ. Зацепился за крошечную выемку, подтянулся, кое-как выполз на относительно надежный карниз... и остался там.