Охотник
Шрифт:
– Я помнить, – мрачно кивнул дикарь. – Я носить тебя на спина.
– Вот именно. Поэтому говори всем, что мы ушли из рощи, а затем вернулись обратно, так как добычи рядом не было. Осознал?
– Даже если спросить Великая Грету?
– Разумеется. Не переживай, мы с ней обо всем договорились. Но если ты захочешь нарушить мой приказ, то она принесет тебя в жертву.
– Моя не хотеть в жертву. Моя сказать как надо.
– Вот и молодец...
– Там ходить воин, – внезапно перебил меня следопыт. – Воин идти сюда!
Я на всякий случай отложил несколько виртуальных кирпичей, но дело так и ограничилось легким испугом – вместо того, чтобы задавать щекотливые вопросы, появившийся из кустов дикарь всего лишь отправил нас на запланированное Корханом собрание.
– Вождь сказал, все должен ходить берег озера. Каждый ходить! Быстро!
– Не вопрос. Пошли, Нгом.
Глава 12
Скопившиеся на берегу озера дикари оживленно переговаривались, крутили головами и с любопытством рассматривали спокойную воду, но все-таки старались держаться от нее подальше. Не являлся исключением даже заметно выделявшийся из толпы благодаря своему могучему телосложению и яркому головному убору Корхан — вождь стоял во второй линии зрителей, предпочитая иметь перед собой и Великим Зверем несколько потенциальных жертв.
– Они думать, большой ящерица живой, – прошептал оказавшийся возле меня Нгом. — Они хотеть...
– Заткнись.
Следопыт замолчал, позволив мне расслышать отголоски доносившихся со стороны деревни воплей. Там, в лесу, кто-то очень сильно негодовал – но я так и не понял, из-за чего конкретно.
– Трревогга, — осторожно пискнул Флинт. — Стррах.
– Да, есть такое...
Крики и ругательства приблизились, вызвав нездоровое оживление среди аборигенов. А еще через несколько секунд толпа расступилась, пропуская к водоему маленькую процессию, возглавляемую донельзя гордой и счастливой Грету.
За спиной у активистки обнаружились четверо дикарей, а также сочная рыжая девица — надежно спутанная многочисленными веревками и поливавшая всех вокруг отборными ругательствами.
– Твоя ревнивый кусок дерьмо! Пустить меня, дрянь! Твоя завидовать! Убрать свои грязный лапа, поганый навозный клещ! Вождь, твоя быть жалкий слизень! Пустить меня, стадо вонючий древесный скунс!
Услышав про “жалкого слизня”, Корхан сердито нахмурил брови, а затем повелительно махнул рукой. Будущую жертву тут же уронили на землю, как следует прижали, после чего начали засовывать ей в рот огромный моток веревки.
— Твоя... ммм! Твоя вонючий... ммм! М!
– Вот так, – довольно произнес вождь, когда негодующие вопли окончательно стихли. – Делай свое дело, видящая.
Грету царственно кивнула и начала раздавать указания.
Повинуясь ее словам, толпа дикарей чуть-чуть отступила, разошлась в стороны, а добровольные помощники выкатили энергично извивающуюся и грызущую кляп рыжеволоску на берег озера. Активистка ловко придавила свою жертву ногой, после чего величаво расправила плечи и возвысила голос:
– Великий Зверь, мы пришли к тебе! Яви нам свою мощь!
Ничего не изменилось, но подготовленная для обряда дикарка стала дергаться заметно активнее. Впрочем, безуспешно.
– - Великий Зверь, прими эту пищу и поделись с нами своей милостью! Взываем к тебе!
Связанная девица умудрилась выплюнуть кляп, широко открыла рот, но тут же получила точный пинок и на время успокоилась.
– Великий Зверь, возьми...
По тихой глади озера неожиданно проскользнула небольшая рябь и перед толпой аборигенов возник заинтересовавшийся всем происходящим Говард.
– ...эту пищу, – выдохнула жрица, изумленно глядя на толстого розового моллюска. – Мы принесли ее для тебя...
Кальмар округлил и без того круглые глаза, нерешительно булькнул, а затем, все еще не веря своему счастью, протянул вперед длинное пупырчатое щупальце. Рыжеволоска, увидев подкрадывающийся тентакль, истошно взвизгнула, попыталась отползти в сторону, но была остановлена безжалостной Грету.
– Пустить меня! Пустить, ревнивый сука!
– Это не Зверь, – ошеломленно сообщил какой-то не в меру догадливый дикарь. – Это ручной ящерица Хитрый Пища!
Толпа загудела. Говард, почувствовав запах жареного, убрал конечность и отплыл от берега. Экозашитница несколько раз моргнула, а потом резко обернулась и вонзила горящий жутким подозрением взгляд прямо мне в сердце.
– Где Великий Зверь? Отвечай! Быстро!
Пришлось импровизировать.
– С чего это вдруг наезды пошли? Забыла, что мы с Нгомом на охоту пошли? А вообще, сама потеряла Зверя – теперь сама и разбирайся, куда он удрал. Нечего косяки на других перекладывать.
– Почему в озере плавает твой ручной слизняк?
Я на мгновение задумался, но не придумал ничего стоящего и пожал плечами:
– Отправил его следить за Зверем.
– Что случилось потом?
– Не знаю. Он ничего не увидел.
Видящая сердито нахмурилась, а затем обратилась к следопыту:
– Ты! Расскажи, чем вы здесь занимались.
– Э... моя... мы ходить охота, но ничего не найти и возвращаться...
– Что случилось с Великим Зверем?
– Моя не знать...
Стоявший за спиной у активистки вождь недовольно поморщился и махнул рукой:
– Нас обманули. Идем назад.
– Стойте! – Грету аж подпрыгнула от возмущения. – Мы должны узнать, куда пропал Зверь!
В толпе кто-то весело хохотнул:
– Его съесть этот мелкий красный ящерица!
– Красный ящерица хотеть большой жертва, – подхватил второй юморист. – Моя принести красный глазастый ящерица жирный пескарь!
– Выпустить меня, навозные червь, – очень кстати заявила о своих правах валявшаяся на берегу девица. – Выпустить, иначе я съесть ваша печень!
– Идем, – Корхан решительно шагнул в сторону деревни. – Нам нужно готовиться к большому походу.